Украденная невинность, или Право первой ночи - Коротаева Ольга

– Да брось! Жмешься, будто девственница.

Внезапно меня накрыло волной злости:

– А если не «будто»?!

Он замер на несколько секунд, во время которых мое сердце едва не выскочило из груди. На лице принца появилась странная усмешка, глаза сузились:

– Ты… Девственница?!

– Да, черт побери! – выкрикнула я. – Это что, преступление?

– Нет, – мягко и как-то слишком довольно протянул он. Вилайн одним движением разодрал рубашку, обнажая крепкий торс с гладкой перламутровой кожей. – Но может привести к оному. Если повезет.

Я растерялась, не понимая, о чем толкует принц, а он тем временем снял брюки… Все мысли вылетели из головы, стоило увидеть его мужское достоинство. То, о чем я читала в книгах о целительстве (и рассматривала рисунки), о чем болтала моя новая подруга… Щеки залило стыдливым жаром. От понимания, что сейчас произойдет, мне стало дурно. Захотелось броситься прочь и сделать хоть глоток свежего воздуха, ведь не может все случиться прямо сейчас. Я хотела это познать с любимым, но по итогу шла против своих же желаний.

Когда Вилайн опустился на кровать, я судорожно втянула носом воздух и, задержав дыхание, крепко-крепко зажмурилась. Может, все пройдет быстро? Пусть и болезненно (мама меня предупредила, что будет неприятно).

Но принц не спешил. Поглаживая мою кожу, он тихо рассмеялся:

– Нет, птичка. Я не стану набрасываться на тебя, как голодный зверь. Ведь мы оба не хотим, чтобы твой первый раз был ужасным. Так ведь?

Я промолчала и сильнее сомкнула веки. Мне было все равно, насколько ужасен он будет, лишь бы поскорее пройти эту пытку и вернуться к мужу.

Но, ощутив на своей ключице губы Вилайна, я крупно вздрогнула и распахнула глаза. Будто почувствовав мой взгляд, он поднял голову.

– Я заберу твою девственность, но взамен подарю наслаждение.

– Обойдусь, – вырвалось у меня, и я замерла, проклиная себя за несдержанность.

Принц ухмыльнулся, но улыбка тут же растаяла, взгляд снова стал злым. А потом Вилайн накрыл мои губы своими. Раздвинув их, проник в рот языком, исследуя меня изнутри, посасывая и даже прикусывая.

Я не сопротивлялась. Позволяла делать все, что он захочет, лишь бы это случилось скорее. Отметала мысли о том, что целуется он даже слишком хорошо. Не позволяла себе получать удовольствие от жарких прикосновений. Вот только дыхание само участилось, а кровь быстрее побежала по венам.

Принц отпустил мои гудящие истерзанные губы и медленно, оставляя дорожку влажных поцелуев на шее, опустился к груди. Когда он вобрал в рот сосок, я едва не вскрикнула от пронзившей меня молнии. Между ног сладко заныло, и я с силой сжала колени, запрещая себе даже думать об этом.

– Какая чувствительная, – опаляя дыханием сжавшийся бутон, прокомментировал Вилайн.

Он проводил кончиками пальцев по моей груди, сжимал нежные полушария в ладонях, продолжая ласкать соски. То посасывая их, то покусывая, вырывал у меня непослушные стоны, доводил до безумия…

Я смежила веки и, не в силах бороться с реакцией тела, представила Хансэна, но принц словно ощутил это. Приподнялся надо мной и твердо приказал:

– Смотри на меня, птичка. Не смей закрывать глаза! Поняла?

Пришлось кивнуть, хоть в груди все переворачивалось от ярости. Даже сорвалось раздраженное:

– Долго еще?

Он белозубо улыбнулся, но на меня это очарование не подействовало – я видела в глубине его глаз злость. Он будто наказывал меня и наслаждался этой пыткой. И я не понимала, за что Вилайн со мной так. Что я ему сделала? Или не я? Может, это месть дэ Ритэнам?

А нежное истязание снова продолжилось, лишая сил, наполняя тело обжигающей истомой, рождая желания, о которых я раньше не догадывалась. Принц осыпал поцелуями мой живот, опускался ниже, дразнящими ласками поглаживал ноги. Снова возвращался к груди… Терзал чувствительные соски, жарко целовал в губы.

И когда склонился, опустившись между моих бедер, я задохнулась от взрыва таких сумасшедших ощущений, что даже потемнело в глазах.

– Могу я поздравить молодую невесту с первым оргазмом? – вскоре прошептал мне на ухо этот наглец.

Захотелось оттолкнуть принца, сказать дерзость, но он вновь коснулся кончиками пальцев влажного бугорка, и я невольно выгнулась, застонав в голос.

– Хочешь еще? – довольно засмеялся Вилайн. Глаза его таинственно замерцали. – Не спеши. У нас впереди вся ночь. И я намерен насладиться каждой минутой своего права.

Глава 4

Вилайн

Я очнулся и увидел перед собой великолепные голубые глаза, обрамленные густыми ресницами. Светлые волосы разметались по подушке. На лбу образовалась пара морщинок. Хрупкие плечики были напряжены, а маленькие ладошки упирались мне в грудь. Но не отталкивали…

Дыхание мое было глубоким и частым, будто я только что совершил пробежку, а по телу прокатывались приятные волны удовольствия. Кожа была влажной от любовного пота.

– Ты закончил? – прозвучало с затаенной обидой.

– Что закончил? – не понял я, продолжая изучать девушку, свои ощущения и обстановку вокруг.

Сам факт ее появления здесь настораживал. На полу белым облаком лежало платье. У изножья кровати была небрежно брошена фата. Да и отступающее напряжение в члене, погруженном в теплое пульсирующее…

Вот прах!

Я сдержал порыв отстраниться. Остался в той же позе, нависая над девушкой, и прислушался к ощущениям в теле, где расслабленность смешалась со сладким напряжением – значит, у нас уже все было.

Дважды прах!

– Ты меня чем-то опоила, – пока еще спокойным тоном поделился своим выводом и перекатился на спину.

– Да как ты… вы… – воскликнула девушка и села, тут же прикрыв покрывалом свое нагое и весьма складное тело.

Глаза ее заблестели. Пальчики, сжимающие ткань, побелели от напряжения. Пухлые алые губы вытянулись в тонкую линию, и незнакомка дернула покрывало на себя, тут же обмотавшись им. Спрыгнула с кровати. Поспешила к окну, будто стараясь держать дистанцию или остерегаясь чего-то.

– Вы получили то, чего хотели, а сейчас будьте добры, покиньте эту комнату.

– Но она моя, – небрежно заметил я, пытаясь спокойно и сдержанно во всем разобраться, хотя раздражение уже подступало.

А стоило девушке всхлипнуть, как я стиснул зубы. Отличная актерская игра! Но лучше сейчас отнестись ко всему с юмором и долей самоиронии, чем злиться и метать молнии. С меня ведь станется. Я прекрасно представлял, каков в гневе, потому старался решать любую проблему мирным путем.

Незнакомка быстро стала серьезной, поняв, что дешевым спектаклем меня не пронять. Схватила платье и начала со злостью ворочать его, от бурлящих эмоций не понимая, где верх, а где низ. Видимо, расстроилась, занервничала, ожидая иного результата от своей аферы. Но какого?

– Не хочешь пояснить?

– Вообще-то это вы должны здесь объясниться! – дерзко ответила девица, борясь с ворохом непослушных юбок. – Зачем я вам понадобилась? К чему весь этот фарс? Решили поглумиться, да? Поздравляю, у вас отлично получилось, принц. Не представляю, как теперь мне забыть эту мерзость, но вам желаю всего самого наилучшего, – выпалила она в сердцах.

Я повел головой, как от пощечины. Мерзость?! Скользнул взглядом по своему телу и прикрылся подушкой. Изучил комнату, посмотрел на стол, где определенно должны были стоять какие-нибудь бокалы или пузырьки – ведь я не помню ничего, начиная с момента… И память, как назло, не подкидывала мне никаких подсказок. Я лишь сегодня вечером вернулся в академию, еще не успел повидаться даже с близкими друзьями, как попал в передрягу.

Нет. Судя по холодному свету, льющемуся из окна, это было вчера.

– Как тебя зовут? – может, еще удастся разобраться в произошедшем мирным путем.

Плутовка определенно получит свое, к тому же сполна, но узнать ее методы и цели не помешало бы. Потому я быстро надел штаны и приблизился к незнакомке. Кто она? Не припомню, чтобы когда-то ее видел.