Украденная невинность, или Право первой ночи - Коротаева Ольга

– Вилайн тер Орнанд, – звучно проговорил ректор, – вы заявили о своем праве первой ночи с Эмилией дэ Ритэн. Со всем почтением к королевской семье дэ Ритэн предоставляет вам это право.

Я подавила желание оглянуться и посмотреть на отца моего мужа. Несмотря на понимание, почему тот легко согласился, появилась злость. Она придала мне сил и смелости, и я подняла голову. Встретилась взглядом с принцем, восседающем на стуле так величественно, словно на троне, который ему предстояло занять в будущем.

Его считали самым красивым в столице, но я думаю, ореол привлекательности ему давала именно принадлежность к королевскому роду. Власть так притягательна. И пусть у Вилайна высокий чистый лоб, прямой нос и лучистые глаза цвета неба в полдень, для меня Хансэн все равно самый лучший мужчина на свете.

А принц – лишь минутное препятствие к семейному счастью… Минутное? Очень на это надеюсь!

Вилайн прищурился и, словно прочитав мои мысли, перестал ухмыляться. Резко поднялся и кивнул:

– Идем.

Шагая следом за высоким тер Орнандом, я старалась не обращать внимания на прикованные к нам взгляды и свои пылающие от стыда и ужаса щеки. В голове крутились вопросы, но кто ответит мне на них? Принц не должен никому пояснять, что привело его на мою свадьбу и каковы причины его заявленного права.

Ступив на порог спальни, я замерла на миг и прижала ладонь к груди, где надежно был спрятан пузырек с зельем. Как мне принять его незаметно? Может, сослаться на необходимость выйти в уборную? Или пожаловаться на сухость в горле?

– Передумала? – обернулся принц.

Я заметила, как сверкнули при этих словах его глаза. Кажется, он разозлился. Это не было похоже на Вилайна. Принца мне приходилось видеть лишь пару раз, но Алесия много о нем говорила. Кажется, подруга была, как и многие, влюблена в признанного красавчика академии и знала об этом человеке чуть ли не мельчайшие подробности, о которых часто рассказывала мне.

Жесткий взгляд и источаемая им ярость после ее хвалебных речей стали неожиданностью. Будто принц за что-то меня ненавидел. И то, как он схватил мое запястье, дернул, привлекая к себе, посмотрел сверху вниз, не на шутку испугало.

– Поздно, птичка, – скривился Вилайн и впился в мои губы злым требовательным поцелуем.

Лишая воздуха, свободы и выбора.

Глава 3

Эмилия

Я забилась в объятиях принца, будто зверек в капкане, желая вырваться на свободу. От нахлынувшей паники было невозможно отвоевать даже один вдох. Легкие запылали болью. Горло свело ужасным спазмом.

Неожиданно Вилайн отпустил меня и, отступив, смерил раздраженным взглядом:

– Я же сказал, что поздно. Раньше надо было отказываться, птичка. Теперь передумать нельзя. Последствия будут…

– Я хотела бы привести себя в порядок, – поспешила перебить его и, содрогаясь от послевкусия собственной беспомощности, попыталась улыбнуться. Но губы не слушались. – Пожалуйста, можно мне одну минутку? Церемония была долгой, и я очень хочу…

– Хорошо, – теперь прервал он и кивнул на скрытую за занавесью дверь. – Иди.

Бормоча благодарности, я отправилась к спасительной комнатке, а там облегченно привалилась к прохладной стене. Дрожа всем телом, будто оказалась обнаженной под осенним дождем, обхватила себя руками и осмотрелась.

В огромной позолоченной ванне могло бы поместиться несколько человек. Как селедки в банке, но все же… Стекло высокого узкого окна было матовым и передавало лишь неясные тени. В блестящем на полу и стенах кафеле отражались многочисленные огоньки яркого освещения.

Я поймала свое отражение в огромном зеркале в узорчатой раме и прикоснулась к распухшим губам.

Этот поцелуй. Он был так похож на мой первый, который подарил мне Хансэн. Но тогда все было иначе. Объединяла их лишь необоснованная злость. Что в прошлом с любимым, что сейчас, я не понимала причины едва сдерживаемой ярости. Впрочем, не время сравнивать двух совершенно разных мужчин. Нужно собраться с духом и подготовиться к неприятному событию. Я быстро умылась, пытаясь убрать с лица невидимую липкую паутину страха, а потом пальцами оттопырила корсет.

Платье было шикарным и очень дорогим… И разумеется, швея не предусмотрела ни единого кармана – зелье пришлось засунуть в ложбинку меж грудей. Сделать это было легко, а вот достать пузырек оказалось сложнее. Меня так затянули шнуровками, что ткань практически впивалась в кожу.

Но зелье мне необходимо! Я не хотела чувствовать то, что мне предстояло испытать. Лучше уж заснуть – пусть принц делает все ему необходимое без моего непосредственного участия. Вот только скользкий пузырек никак не поддавался и постоянно выскальзывал, проваливаясь лишь глубже.

Я едва не застонала от отчаяния.

– Эй, птичка, – услышала голос принца. – Не могла бы ты поторопиться? Или лучше мне присоединиться к тебе там?

– Я скоро выйду! – поспешно заверила я, предпринимая очередную попытку выудить зелье.

– Нет уж, – распахнул он дверь. – Мне надоели эти игры.

Я замерла в растерянности с одной рукой в корсете. Вилайн приподнял бровь и уточнил:

– Помочь?

По позвоночнику мгновенно заструился холодный пот, колени задрожали. С трудом сдержав крепкое словцо, я кивнула и медленно повернулась к принцу спиной. Какая разница? Все равно этого не избежать, так путь развяжет эти чертовы шнуры. Тогда я доберусь до пузырька, а потом попрошу воды или вина, незаметно вылью туда зелье и усну.

Ощутив руки Вилайна на своих плечах, я задержала дыхание. Он провел кончиками пальцев по обнаженной коже и, рисуя незамысловатые узоры, неторопливо опустился к моим лопаткам. От небрежной ласки по спине побежали мурашки, дыхание сбилось. Страшно и подумать, сколько раз он проделывал подобное. Принц пользовался популярностью и вряд ли получал от девушек отказ.

От меня бы получил… В других обстоятельствах. Но сейчас, действуя по закону, он был вправе брать все, что пожелает. И я согласилась. Пошла за ним, а теперь смиренно ждала, когда он освободит меня от чертовой шнуровки.

Ощутив, что корсет ослабил свои тиски, а платье готово соскользнуть вниз, я торопливо попросила:

– Могу я что-нибудь выпить? В горле пересохло от волнения.

– Сейчас посмотрим.

Услышав ответ, я облегченно выдохнула. Стоило принцу покинуть комнатку, быстро оттопырила корсет: пузырек уже был в районе живота. Я выудила его и, прижимая ткань к груди, неохотно оставила убежище.

Вилайн находился у небольшого изысканного столика, на котором я заметила початую бутылку вина. В руках молодой мужчина держал наполненный бокал. Пригубив напиток, он довольно улыбнулся:

– Неплохо.

Посмотрел на меня и пригласил:

– Иди же, птичка. Или снова передумала?

Я решительно приблизилась и, приняв бокал, повернулась к Вилайну спиной. Рука задрожала, когда я наклонила бутылочку, – вылить зелье надо незаметно и быстро. Тягучие капли одна за другой упали и растворились в напитке. Пузырек опустел.

Я справилась!

Поднесла вино ко рту, намереваясь выпить залпом, как неожиданно ощутила на шее горячие губы мужчины…

Сердце совершило кульбит, пальцы дрогнули и выпустили бокал, который разбился об пол.

– Не понравилось вино? – обжигая кожу дыханием, тихо поинтересовался принц.

Я же готова была заплакать, наблюдая, как среди осколков растекается багровая лужа. Воскликнула с обидой:

– Вы напугали меня! Что теперь делать?

– Ничего страшного, – отмахнулся он, небрежно собирая магией и осколки, и вино. Миг – и все это исчезло в вазе для мусора. – Можешь отпить из бутылки.

– Не хочу! – огрызнулась я, едва сдерживая рыдания.

– А я хочу, – развернул он меня к себе. – Тебя хочу. Сейчас.

– Подождите, – похолодев, пролепетала я. – Пожалуйста…

– Ну уж нет! – Он рывком сорвал платье и, подхватив на руки, понес к кровати. – Я достаточно ждал и больше не намерен ни минуты.

Он уложил меня на постель. Расстегивая пуговицы, заскользил по моему оголенному телу жадным взглядом. Я стыдливо прикрылась руками, и принц выгнул бровь: