Падаванство (СИ) - Ланцов Михаил Алексеевич

— И почему, скажите на милость, все это ваше производство еще не гремит на всю Россию?

— А зачем? Я вообще стараюсь попусту не кричать. Бахвальство в этом деле опасно. Враг-то не дремлет. Мы пока для своих нужд их делаем и продавать на сторону не собираемся. А потом будет потом. Тем более что производство все еще налаживается.

— И где вы набрали работников? У нас же с такими дельными людьми беда.

— Беда. Но не такая страшная. Просто их не ценят обычно. А я ценю. И вот уже который год скупаю. Как самоцветы по всей России собираю. Или вы думаете, что Якоби просто так ко мне приехал из столицы? Кроме того, у меня к каждому толковому работнику по ученику приставлено или по два.

— Я слышал, что у вас два предприятия механических. На одном вы пистолеты многозарядные делаете, а на втором карабины. Где-то производятся машины эти?

— Револьверы и карабины уже давненько Шарпс делает. А Игнат сосредоточен на выпуске классных станков для моих нужд, но в первую очередь — на машинах. Так, например, продвинутую малую машину в двести лошадей мы сделали к Рождеству минувшему. А к апрелю уже оснастили ими генераторный зал на производстве стали. Совокупно в шесть тысяч лошадей.

— Около тридцати машин! Меньше чем за полгода?

— Они маленькие и в основном на отработанных деталях. И цилиндры, и поршни, и прочее уже отработано было. Не все, но в основном.

— А мощнее пробовали?

— Пробуем. Прямо сейчас. На других размерах. Но раньше осени едва ли получится сделать. Много вопросов. Ожидаем ориентировочно к будущему Рождеству, край к Пасхе машину в тысячу лошадей. Заодно попробуем немного улучшить уже имеющиеся, введя подшипники качения. Заодно нам на будущий год нужно будет переоснащать предприятие, чтобы максимально увеличить производство селитры. Война на носу.

— Хм… — почесал затылок Лазарев, явно загруженной такими деталями.

— Видите? Даже если у нас вообще ничего не сложится из новинок, мы, используя только то, что есть, сумеем получить волшебную палочку. И с ее помощью попытаться избавиться от британской и французской эскадры.

— Скорее волшебную метлу. — усмехнулся Лазарев.

— Тут как вам будет угодно.

Замолчали.

Адмирал смотрел в пустоту перед собой и думал.

Почему Николай Павлович доверял этому молодому, прости господи, кавалерийскому офицеру, Лазарев не вполне понимал. Да, кое-что о нем знал. Но его мало тревожили дела вне флота, поэтому не вникал и особенно не интересовался. Видя в молодом человеке очередного ловкого прожектера, который каким-то образом втерся в доверие к императору.

Так что… сам он ему не доверял.

Говорил-то он, конечно, складно. Но как оно сложится на деле? Неясно. Отдавать в канун войны три самых сильных линейных корабля Черноморского флота очень не хотелось. Это слишком ослабляло его. С другой стороны, если против него выйдут флота Великобритании и Франции да при поддержке турок — надежды нет. Никакой. А если нет? А если англичане с французами сами не сунутся и придется драться только против турок? Там-то эти корабли очень даже пригодятся…

Дилемма.

Как говорится, и хочется, и колется, и Ктулху не велит.

— Михаил Петрович, — нарушил тишину Лев Николаевич, — каково будет ваше положительное решение?

— Вы сказали, что если мы не договоримся, то вы предложите что-то для флота. Я хотел бы вас выслушать. О чем шла речь?

— Вы считаете, что броненосцы делать не стоит?

— Я не сказал вам «нет».

— Вы не сказали «да».

— Я хочу послушать, что вы можете предложить мне взамен потенциально утраченных сильнейших кораблей Черноморского флота. Скажу вам начистоту — вы кавалерист, а рассуждаете о кораблях. Никакой моряк вам бы попросту не поверил. Даже слушать бы не стал.

— Кроме вас.

— И я тоже. Но вы продолжайте. А я подумаю. Что еще вы можете предложить флоту?

— Компактную установку для очистки морской воды[5], что освободит корабли от необходимости возить большие запасы пресной воды с собой.

— И как скоро?

— Первые штук десять в течение года. Дальше — хоть по полсотни в год.

— Еще. — улыбнулся Лазарев.

— Электрическое освещение кораблей. Пожаробезопасное. Во всяком случае по сравнению с открытыми источниками огня.

— У вас вон, до сих пор керосиновая лампа.

— Мне тут так сильно проще. Там ведь потребуется хотя бы маленькую паровую машину ставить, чтобы приводить в движение электрический генератор. Оно тут совсем не нужно. Да и лампы будут жить совсем недолго. Если не верите мне — давайте сходим в Казанский университет. Там уже есть опытная установка.

— Опытная… — покачал он головой.

— Я не спешу технически вооружать наших врагов.

— Что еще?

— Ледокол. Специальной постройки корабль, для вскрытия льда и навигации на Балтике зимой.

— Кхм. Вы серьезно?

— Абсолютно. Это, кстати, несложно совсем. По сути, это винтовой пароход с толстой металлической обшивкой и особой формой корпуса.

— Ладно. Это все хорошо, даже если получится, но не то. Вы мне лучше скажите — чем мне отбиваться от врагов, если ваша история с броненосцами провалится.

— Якорные мины вам Якоби уже изобрел. Я могу помочь с их производством. Подводные электрические фугасы еще раньше стали известны. Что еще? Шестовые мины можно использовать, хоть это и безумие.

— Что сие?

— Катер какой быстроходный с выдвижным шестом, на котором мина с ударным взрывателем. Он подходит к кораблю и взрывает такую мину о борт. Но это, как я уже сказал, сущее безумие. Лучше их делать самодвижущимися.

— Они тоже безумие? — усмехнулся Лазарев.

— Нет. Зачем? Делаем герметичную «сигару» корпуса. В переднюю часть помещаем мину со взрывателем. Остальное — это баллон со сжатым воздухом и гребной винт, который вращает выпускаемый воздух. Запускать их можно с катеров, шхун и прочей мелочевки. Подошли в ночи на кабельтов или ближе в полной темноте. Пустили такие мины. И ушли. Можно даже на веслах подходить, чтобы мачта на фоне ночного неба не маячила. Что еще? Ну и пушки с ударными гранатами. Их можно много, где поставить. Если с нуля их сделать не получиться, можно будет в 36-фунтовые пушки помещать кованую трубку с нарезами под меньший калибр или еще чего выдумать…

Разговор их тянулся и тянулся.

Лев же генерировал всякого рода полезные идеи одну за другой, где-то вспоминая их в чистом виде, где-то адаптируя к ситуации. Лазарев же думал… много думал. Сохраняя, впрочем, скепсис. Ведь слова словами, а дела делами…

[1] Гондек — нижняя артиллерийская палуба на парусном корабле.

[2] Лев предложил Лазареву переделать линкоры в типичнейшие казематные броненосцы, вроде тех, что строили массово южане в Гражданскую войну США (вроде CSS Tennessee 1863 года). В первую очередь, потому что так было проще и дешевле при невысокой технологической базе, а эффективности их было за глаза.

[3] Типовые котлы 1840-х представляли железную бочку на боку, через которую пропускали 1–3 толстые трубы снизу, по которым выходили газы из топки. Это были времена, когда котла были еще очень примитивные и малоэффективные.

[4] 1-ая пара — цилиндр высокого давления и компрессор, 2-ая пара — цилиндры среднего давления, 3 и 4-ая пары — цилиндры низкого давления.

[5] В 1852 году появилась первая компактная (вертикально-трубчатая) дистилляционная установка в Великобритании. Первая же серийная судовая опреснительная установка, основанная на принципе перегонке, появилась лишь в 1884 году. Опять же в Англии. Хотя самые первые установки начали появляться в 1675−1680-х, правда, были громоздкими и малопроизводительными.

Часть 1

Глава 6

1848, июль, 19. Лондон

Королева Виктория медленно помешивала изящной ложечкой в чашке чая, безнадежно испорченного молоком. Деликатно и очень умело, умудряясь совершенно избегать постукивания по бортикам.