Пожар над Техасом - Сюзан Таннер

И хотя она была уверена, что собственническое отношение Слейда к ней не окрашено сексуально, это не успокаивало. Он был уверен, что сможет воспользоваться ею в своих целях, но у нее были свои собственные цели. Она не намерена позволять Слейду – или кому-либо еще – вставать у нее на пути. Однако ее преследовало чувство, что планы Слейда могут пойти вразрез с ее собственными.

ГЛАВА 5

Слейду нужна была информация. Они с Баком выехали на заставу Сан-Саба прежде, чем солнце успело выпить блестки росы с травы.

Когда Баку надоело слушать, как скрипит кожаное седло, он искоса посмотрел на Слейда.

– А красивая все-таки женщина.

Слейд только хмыкнул. Он знал, что Бак говорит о Кэтрин, и знал, к чему Бак клонит. Он не хотел поддерживать этот разговор.

– И шаг у нее легкий. Изящный такой. Слейд нахмурился:

– Она для меня – гарантия хорошего отношения Сломанной Стрелы.

– Ты уверен, что Убивающий Волков захочет взять ее обратно?

Баку не хотелось даже представить себе, что эта светловолосая девушка будет жить с таким, как этот Убивающий Волков.

– Он совершил несколько вылазок, разыскивая ее. Он напал на форт, куда ее увезли, сразу, но ее там уже не было.

– Это могла быть месть, – предположил Бак.

– Убивающий Волков хочет вернуть свою женщину, – ответил Слейд. Какое-то время, пока он еще не видел Кэтрин Беллами, Слейд готов был предположить, что главной целью Убивающего Волков было вернуть малышку, хотя для воина была нехарактерной такая тревога за ребенка женского пола. Но теперь, когда Слейд хорошенько рассмотрел Кэтрин, он ни на секунду не усомнился в том, что Убивающий Волков хочет получить обратно свою жену. Слейд говорил себе, что ему все равно, какую жизнь выберет себе эта Беллами. Только пусть этот выбор приведет его к Сломанной Стреле и Убивающему Волков.

Неприветливость Слейда заставила, наконец, Бака замолчать. Он попытался утешиться, напомнив себе, что у Слейда хорошее настроение зачастую не отличишь от дурного. Он умел слишком хорошо скрывать и то, и другое.

Бак часто гадал, что именно в прошлом Слейда научило его так глубоко прятать чувства, но Слейд никогда об этом не говорил. А Бак ни разу не задавал ему этого вопроса, хотя уже довольно давно считал себя его другом.

В Сан-Саба Слейду ничего не удалось узнать. В торговой компании его не ожидало никаких сообщений, хотя торговец его достаточно хорошо помнил. Ему и прежде приходилось по целым неделям хранить какое-либо сообщение для человека по имени Слейд. Торговцу всегда щедро платили за эти кусочки бумаги. И хотя он один раз попытался прочесть одно из таких посланий, у него из этого ничего не вышло. Торговец решил, что они могут иметь смысл только для самого Слейда и, возможно, его добычи. Он давным-давно решил для себя, что Слейд охотится на людей, за голову которых объявлена награда, но никому не говорил о своих догадках. И никогда не скажет.

Слейд почти не надеялся что-нибудь узнать в Сан-Саба. Если бы Джебу было что ему передать, он сделал бы это через Бака и Берди. Но Слейду надо было дожидаться Джеба, а он был не из тех, кто даром теряет время. От проезжих охотников, торговцев и солдат всегда можно что-нибудь узнать. Они с Баком достаточно приятно провели время за выпивкой и разговорами с теми, кто ехал мимо торговой компании. Но ничего нового Слейд не услышал.

Кэтрин потянулась за очередной оловянной тарелкой и тут заметила, что полотенце, которым она вытирала посуду, набухло от воды. День оказался длинным. Берди была аккуратной хозяйкой, но прислуги у нее не было, так что она не стала отказываться от предложенной ей помощи. А Кэтрин не могла бы сидеть без дела, пока кто-то рядом работает. Тетя Ди так ее воспитала.

К глубокому изумлению Кэтрин, Берди оказалась очень разговорчивой после того, как решила, что Кэтрин можно доверять. Но для этого понадобилось целое утро. Только после того, как ушли дневные посетители, теплая вода словно развязала ей язык, и слова с него стали соскальзывать так же легко, как остатки еды с тарелок и кастрюлек.

– У меня прекрасный сын, – гордо сообщила Берди, энергично отскребая кастрюльку. – Он в армии – в форте Гейтс, так что я его часто вижу. Мужа у меня никогда не было, – продолжала она, – и никогда я об этом не жалела. Правда, сыну иногда приходилось трудно из-за того, что отца не было. Но потом несколько лет назад появился Бак и помог мне его правильно вырастить.

Мысли Кэтрин вернулись к Шей и Убивающему Волков. «Будет ли у Шей отец?» – подумала она с тревогой. Когда-то Убивающий Волков гордился своей дочкой – может, только ради ее рыжеволосой матери? Выдержит ли его чувство испытание разлукой и временем? Но что бы ни случилось, Кэтрин твердо знала одно: она должна оберегать Шей, думать прежде всего о ней и ее будущем.

– Ты давно путешествуешь со Слейдом? Вопрос Берди заставил погрузившуюся в свои мысли Кэтрин вздрогнуть от неожиданности.

– Не слишком, – уклончиво ответила она. – Он направляется на север, и я тоже.

– Армия поручила ему куда-то тебя проводить? – с любопытством спросила Берди.

– А я считала, что Слейд работает с техасскими рейнджерами, – осторожно проговорила Кэтрин, не отвечая на прямой вопрос.

Ответом ей послужил пристальный взгляд.

– Ну, он и не солдат, и не рейнджер. Он работает с армейскими частями форта Ланкастер – ведет разведку и переговоры с индейцами. Время от времени его направляют работать с рейнджерами, но он не берет задания, если не захочет.

– А кто такой этот Джеб Уэллз, с которым он должен здесь встретиться?

Кэтрин решила воспользоваться готовностью Берди поговорить. И кроме того, она предпочитает задавать вопросы, а не отвечать на них.

Берди презрительно фыркнула, но потом ответила:

– Джеб – обычный рейнджер. Работает тут уже несколько лет.

– Он вам не нравится?

– Не так чтобы не нравился… Наверное, я ему не доверяю. Человек он неплохой, но любит рисковать. О, он, конечно, все обдумывает загодя, но чаще всего идет на риск, каков бы он ни был.

Кэтрин сполоснула последнюю кастрюлю и внимательно слушала Берди, разглядывая чуть помутневшую воду в миске. Не похоже было, чтобы ей удалось узнать что-то важное, но очень трудно сообразить, какие вопросы надо задавать, когда не знаешь толком, какой ответ ищешь. Возобновив разговор, она специально перевела его на жизнь самой Берди. Пожилая женщина обладала редкой способностью вытягивать из собеседника сведения, словно воду из колодца, а у Кэтрин не осталось вопросов, которыми ее можно было бы отвлечь.

К тому времени, как был готов ужин, Кэтрин охватило беспокойство. Начинало уже смеркаться, а она за целый день даже ни разу не вышла из помещения. Слейд с Баком не вернулись, а она готова была, скорее, откусить себе язык, чем спросить – пусть даже у Берди – где они.