Пожар над Техасом - Сюзан Таннер

– Любую, вернее, любые, какие пожелаете. – Увидев направление его вопросительного взгляда, она презрительно махнула рукой. – Эти парни предпочтут спать на голой земле, лишь бы не платить за приличную кровать.

Один из сидящих за столом нахмурился, услышав это, однако никто не сказал ни слова. Кэтрин подумала, что, несмотря на свою худенькую фигуру, Берди, похоже, умеет осаживать забияк. Наверное, иначе содержать постоялый двор просто нельзя.

Берди угадала просьбу Кэтрин, которая готова была сорваться у нее с языка.

– Ты, надо думать, захочешь вымыться, раз немало проехала. Мы сейчас поставим воду, а я покормлю этих парней и выпровожу отсюда. Слейд, если только ты принесешь мне пару лишних ведер воды и ту лохань снаружи…

– Я сама обойдусь, – быстро вмешалась Кэтрин. Половник Берди на мгновение остановился в воздухе.

– Лохань тяжелая, – предостерегла она.

– Справлюсь.

– А мне сгодится и река. – Слейд уже направился к двери. Он вдруг мысленно представил себе, как Кэтрин раздевается, чтобы помыться, и его тело отреагировало на эту картину.

– Бак уже там, – предупредила его Берди. – Не ныряй, не окликнув его, а то на месяц лишишь меня радости.

Слейд ухмыльнулся, а Кэтрин покраснела. Она считала, что давно потеряла способность краснеть, а Слейд ухмыляться. Он вдруг показался почти нормальным человеком.

К тому моменту, как мужчины кончили есть, она уже втащила лохань в дом, а Берди приготовила воду для мытья и стала поторапливать своих гостей, не позволяя им рассиживаться над пустыми тарелками.

– Вы мне за крышу над головой не платите. Можете сейчас же отсюда убираться. Этой девочке публика не нужна. – Заметив встревоженный вид Кэтрин, она задвинула за ними засов. Запирая дверь, она подмигнула. – Не беспокойся. Бак мог бы выгнать их отсюда топором, и они все равно вернулись бы, когда проголодались.

В воду плюхнулось мыло и мягкая щетка для мытья.

– Ну, – вопросила Берди, – чего ты ждешь? Мужики сюда не войдут, пока я не отопру им дверь.

Кэтрин ждала, чтобы Берди ушла, но говорить этого не стала. Она разделась и вошла в воду – и к черту стыдливость.

Пока она мылась, Берди суетилась, убирая со стола. Кэтрин наблюдала за ней – ей ужасно не хотелось упустить удобный случай, но и привлекать внимание Берди было ни к чему. Наконец, она все-таки спросила:

– Вы давно знаете Слейда?

Берди ни на секунду не приостановилась:

– Много лет. А сколько, сказать не могу. Продолжить разговор было нелегко. Пока Кэтрин пыталась сообразить, за что можно было бы зацепиться, Берди поинтересовалась у нее:

– Далеко направляешься? Зима на носу, – добавила она, не столько предостерегая, сколько объясняя вопрос.

Кэтрин показалось, что эта женщина не из тех, кто обязательно хочет все выпытать.

– Не слишком, – уклончиво ответила Кэтрин, потеряв надежду выведать у Берди что-нибудь о Слейде. Всякая попытка сделать это может привести к тому, что придется самой отвечать на нежеланные вопросы.

Когда девушка окончила мытье, Берди встала наготове, чтобы окатить ее оставшейся ненагретой водой. Кэтрин ахнула, а Берди подала ей грубое домотканое полотенце. Энергично растираясь, Кэтрин повернулась и громко вскрикнула. Берди, которая только что бросила грязную одежду Кэтрин в горячую мыльную воду, чуть не подпрыгнула от неожиданности. Глядя на гостью округлившимися глазами, она выдохнула:

– Индейцы?

– Хуже, – мрачно ответила Кэтрин. – Вы только что намочили всю мою одежду, другой у меня нет.

– Господи, девочка, да все к утру высохнет!

– А до утра мне что делать?

Берди смешливо прищурила глаза:

– Спать, золотко, спать.

Смирившись, Кэтрин завернулась в полотенце.

– Где моя постель?

Берди показала на двери, расположенные по одной стене комнаты.

– Они совершенно одинаковые. – Кивком она указала на дверь с противоположной стороны. – Там моя с Баком комната – на случай, если тебе что-нибудь понадобится.

У Кэтрин приподнялись уголки губ.

– Вряд ли я пойду искать вас, пока вы не принесете мне мою одежду.

Берди громко засмеялась. Кэтрин наугад открыла одну из дверей. Там оказалась кровать, коврик и крючок для одежды. Закрыв дверь, она провела рукой по внутренней части косяка. Замка в нем не оказалось. На ощупь отыскав постель, она скинула полотенце и залезла под одеяло. Постельное белье было чистым и пахло солнцем. Глядя на щелку света под дверью, она услышала, как в дом вошли Слейд и мужчина по имени Бак, искупавшиеся в реке, и заснула под негромкий звук их разговора.

Рассвет, пробившийся сквозь промасленную тонкую кожу, затягивавшую узенькое окно, разбудил ее. Ее первой мыслью было, что ей никак не добраться до одежды. Звать кого-нибудь она не решалась. К счастью, ей не пришлось долго ждать – вскоре послышался стук в дверь, и Берди негромко окликнула ее.

– Я не сплю, – так же негромко отозвалась Кэтрин.

Войдя в комнату, Берди положила аккуратно сложенную одежду на постель.

– Поскорее натягивай, пока она теплая, и выходи завтракать.

Выбравшись из теплой постели, Кэтрин быстро влезла в одежду, которая еще сохранила тепло огня, у которого сушилась.

На столе у Берди громоздились дымящиеся маисовые лепешки, жареная свинина, свежие яйца и огромный кофейник с горячим кофе. Слейд и мужчина, которого Кэтрин опознала как Бака, уже начали есть. Когда она уселась за стол, Слейд только на секунду поднял глаза, но Бак быстро с ней поздоровался. Он прекрасно подходил Берди – такой же невысокий и худой, как и она. Его морщинистое лицо, так же, как и лицо Берди, говорило о сильном характере – решительный подбородок и честные глаза.

Открылась наружная дверь, и, впустив струю холодного воздуха, вошли двое мужчин.

– Найдется еда еще на двоих, Берди?

– Найдется еще на полдюжины, – ответила та. – Ешьте.

Кэтрин почувствовала на себе чей-то пристальный взгляд и подняла глаза на незнакомца, который пока еще ничего не сказал. Он смотрел на нее без всякого смущения. Она ответила холодным взглядом. Его лицо, достаточно красивое, расплылось в довольной ухмылке из-за того, что она обратила на него внимание. Похоже, его ничуть не смутило то, что она глядит на него отнюдь не приветливо.

Она почувствовала, что Слейд, сидевший рядом с ней, вдруг напрягся, и искоса посмотрел на него. Он тоже обратил внимание на пришедшего, и взгляд его был угрожающим. Кэтрин вспомнила, как Убивающий Волков вот так же смотрел на молодых воинов, которые слишком заглядывались на Маленькое Перышко и на саму Кэтрин. Словно зверь, охраняющий свою территорию. Но тогда Кэтрин испытывала радостное волнение, считая, что настанет день, когда этот воин сделает ее своей женщиной. Тогда он был для нее молодым Богом. Теперь же Кэтрин охватило леденящее душу дурное предчувствие.