Армия короля Франции (ЛП) - Элари Ксавье

Надзор за пешими солдатами, по-видимому, был более систематическим, чем за конными. Последние были сгруппированы по "десяткам", в то время как сержанты — по "коннетаблям"[79]. Коннетабль (не путать с коннетаблем Франции!) командовал 49 сержантами. Первое явное упоминание об этой организации в коннетаблях было сделано в 1285 году, по случаю Арагонского крестового похода, но, вероятно, она появилась раньше. В любом случае, впоследствии она регулярно встречается, особенно в связи с оккупацией при Филиппе Красивом герцогства Аквитания и графства Фландрия.

Специализированный корпус

Хотя источники того времени систематически преуменьшают их значение, пешие солдаты были незаменимы для бесперебойного функционирования армий. В редких сражениях, конечно, они играли лишь второстепенную роль, как это было, например, при Куртре. Но на огромном театре военных действий как можно было обойтись без пехотинцев? Они осаждали крепости, служили в гарнизонах, охраняли лагерь и пленных, сопровождали обозы снабжения. Строго бытовые или повседневные задачи выполнялись более или менее специализированными слугами, которые отвечали за обустройство лагеря, перевозку багажа, установку осадной техники и уход за лошадьми. Было место и для музыкантов, например, trompeurs (трубачей), часто упоминаемых Гийомом Гийаром[80]. Хотя это трудно представить, "звуковой сопровождение" войны (трубы, барабаны, боевые кличи, шелест знамен на ветру) заслуживает отдельного исследования, как это сделала Изабелла Гийо-Баши[81].

Для каждой кампании, инженеры проектировали и строили, метательные машины которые упоминаются в хрониках: так было в Египте в 1250 году, вокруг лагеря крестоносцев в Карфагене в 1270 году, при осаде Жероны в 1285 году и Лилля в 1297 году, и даже в битве при Монс-ан-Певель. Инженеры также могли строить, мосты, например, через Шельду во время кампании 1304 года. Некоторые из них известны по именам. Жуанвиль упоминает Жослина де Корнана, "мастера-инженера" короля во время египетской кампании, и Жана л'Эрмина (то есть армянина), "артиллериста" короля во время пребывания Людовика IX в Святой Земле (1250–1254). В 1269 году некий мастер Оноре, которого называли "плотником короля Франции", был послан в Сицилийское королевство, чтобы заготовить древесину, необходимую для создания военных машин. Приказы, отправленные королем Сицилии, Карлом Анжуйским, своим офицерам, позволяют проследить за ходом работы мастера Оноре. Во время кампании, поскольку осада Туниса так и не была предпринята, военные машины, по-видимому, играли лишь второстепенную роль. По словам Ибн Хальдуна, крестоносцы оставили после себя девяносто катапульт, когда покинули побережье. Тунисцы их сохранили и позже позволили Карлу Анжуйскому перевезти их в свое королевство[82].

Снабжение армии

Средневековую армию из тысяч людей, тысяч лошадей и тягловых животных необходимо было ежедневно кормить. Требовались тонны продовольствия. Поэтому военная кампания готовилась заблаговременно, особенно, когда это была заморская экспедиция. Перед своим первым крестовым походом Людовик IX собрал на Кипре большое количество пшеницы, ячменя и вина. В 1269 году Альфонс де Пуатье попросил трех своих слуг отправиться в Сицилийское королевство, чтобы закупить лошадей, мулов, солонину и все необходимое для следующей заморской экспедиции; все это было складировано там, так как Сицилия была первой запланированной остановкой крестоносцев (но в итоге они, перед нападением на Тунис, остановились на Сардинии ). Войскам также нужно было платить: нам известен маршрут, по которому шел обоз с деньгами из Парижа в Каталонию, где в 1285 году действовала армия Филиппа III. Армия, собранная в сентябре 1302 года, была, без сомнения, самой многочисленной за весь исследуемый период. Когда в конце месяца армию распустили, огромные запасы продовольствия, собранные для ее снабжения, были брошены; времени хватило только на то, чтобы вскрыть бочки с вином. В следующем году армия была вновь распущена, так не успев начать боевые действия. Однако на этот раз коннетабль Гоше де Шатийон приказал вывезти все повозки с оружием и продовольствием. Редко случалось так, что запасов, собранных на стадии подготовки, оказывалось достаточно. Поэтому к сопровождению армии привлекались купцы. Находясь под защитой короля, они были освобождены от дорожных пошлин. Некоторые купцы даже выезжали за границу. Жуанвиль вспоминал, что во время Египетского крестового похода, люди короля сдавали захваченные ими товары купцам по слишком высокой цене, так что многие отказались от сопровождения армии. Во время Тунисской кампании корабли связывали Сицилию с армией в лагере под Карфагеном. Как это ни удивительно, но о снабжении армий, как правило, заботились хорошо. Когда этого не происходило, хронисты с готовностью объявляли это предательством, как в случае неудачи с Советеррской армией в 1276 году, которая стала неизбежной из-за отсутствия припасов и недостаточной подготовки, за которую мог отвечать Пьер де Ла Брос, всесильный, в то время, фаворит Филиппа III[83].

3.

Командование и иерархия

Король и принцы

Хотя рыцари были не самым многочисленным сословием, но они лучше всех других отражены в исторических источниках, так как безусловно, являлись самыми ценными воинами. В определенной степени все рыцари были равны между собой. Когда они обращались к окружающим их рыцарям, то и баннерет, как Жуанвиль, и предводитель армии, как граф Артуа, и сам король называют их сеньорами[84]. Капетингская армия — это армия дворян.

Естественным командующим армией, конечно, был король. В каждой важной экспедиции Людовик IX и Филипп III лично возглавляли собранные ими войска. Так было с двумя крестовыми походами 1248 и 1270 годов, а при Филиппе III — с армиями собранными для походов в Фуа, Наварру и Бордо, а также с Арагонским крестовым походом. Филипп Красивый был более осторожен. Хотя он, по приказу отца, участвовал в Арагонском крестовом походе Филипп лично возглавлял только две фландрские кампании: триумфальную 1297 года и другую, гораздо более трудную, которая закончилась битвой при Монс-ан-Певель. Как правило, Филипп Красивый предпочитал доверять командование принцу из своей семьи. Его брат, Карл де Валуа, возглавлял военную демонстрацию против графа Эно (1292) и вторую Аквитанскую экспедицию (1295), сыграл важную роль во Фландрской войне 1297 года и завершил оккупацию графства (1300). Отсутствие графа Валуа, занятого в Италии оказанием помощи своему кузену Карлу II Хромому Анжуйскому, остро ощущалось после катастрофы при Куртре, настолько, что, возможно, Филипп Красивый ждал его возвращения, чтобы начать новую кампанию: и Карл вернувшись был рядом с королем при Монс-ан-Певель.

До своей гибели под Куртре главным военачальником рода Капетингов был Роберт II, граф Артуа. Вступив во владение графством в 1267 году, он вместе со своим кузеном, будущим Филиппом III, принял участие в Тунисском крестовом походе (1270) и восстановил порядок в Памплоне (1276). В 1282 году, после Сицилийской вечерни, он командовал войсками посланными Филиппом III на помощь Карлу I Анжуйскому. До 1291 года он вел войну против сицилийских повстанцев и их каталонских и арагонских союзников. По возвращении во Францию Роберт разгромил англо-гасконцев (1296–1297) и одержал победу над фламандцами при Фюрне (1297). Ему было поручено подавить восстание в Брюгге и части Фландрии, но он потерпел поражение и был убит при Куртре 11 июля 1302 года[85].