Армия короля Франции (ЛП) - Элари Ксавье

Пехота

В этой армии аристократов некоторые дворяне были слишком бедны, чтобы служить верхом на коне. В хрониках иногда упоминаются пешие господа (gentilshommes de pied) и пешие оруженосцы (écuyers de pied). Их жалование было низким, всего 2 су в день, по сравнению с 5 су для конных оруженосцев[62]. Масса пеших солдат, которых источники называют сержантами (sergents), пешцами (piétons) или пешими людьми (gens de pied), получала еще меньше: 1 турский денье в день, то есть в двадцать четыре раза меньше, чем пешие оруженосцы (1 су стоил 12 денье). Американский историк Джозеф Стрейер, отмечая, что меньше платили только женщинам и детям, делает вывод, что пешие солдаты должны были набираться из низших классов; но среди них, похоже, преобладало разнообразие, такое же как среди конных воинов[63].

Арбалетчики составляли элиту пехоты (некоторые даже передвигались верхом на лошадях). В постоянной гвардии короля их было 25 человек[64]. Когда готовилась кампания, сотни арбалетчиков нанимали на жалование, и в хрониках часто упоминается их присутствие в армии, как, например, в начале битвы при Куртре. Примечательно, что Великий магистр арбалетчиков был одним из высших должностных лиц королевства, наряду с коннетаблем и двумя маршалами.

Рисунок из знаменитой рукописи-альбома Виллара де Оннекура дает хорошее представление об экипировке сержанта[65]. Кольчуга покрывает голову, большую часть тела и рук. Ниже колена, кольчужные чулки. На голове — "железная шляпа", в руке — щит, который хронисты называют тарг (targe) или экю (écu). Его единственное оружие — копье. Но для пеших воинов, даже в большей степени, чем для всадников, снаряжение было очень разнообразным. Гийом Гийар тщательно отделяет сержантов — элиту, к которой он он сам принадлежал, — от бидо (bidaux) и рибо (ribauds). Считается, что бидо были выходцами с Пиренейского полуострова: многие из них наверняка были наваррцами, завербованными королевскими агентами, которые управляли королевством Наварра от имени Филиппа Красивого и его супруги Жанны. Рибо были бедными пехотинцами, без доспехов, которые сражались только самодельным оружием, пиками, ножами и рогатинами. Бидо же, напротив, "носят два дротика и копье / И нож на поясе / Им нет дела до другого оружия"[66]. Chronique artésienne (Артезианская или Артуасская хроника) высоко оценивает их эффективность[67]. Хронист-францисканец из Гента считает их "проворными, низкорослыми и легковооруженными людьми". Однако на поле боя они были не менее грозными бойцами, добивая своими кинжалами-мизерикордами (misericorde, кинжал милосердия) раненых и поверженных на землю всадников[68]. В целом, однако, репутация бидо была не очень хорошей, так как их часто обвиняли в жадности, которая заставляла их покидать поле боя и бросаться за добычей[69]. К тому же они часто грабили те регионы, через которые проходили маршем[70]. Согласно Жоффруа Парижскому, в 1312 году в Бурже были повешены 500 бидо, возвращавшихся из Фландрии, за грабежи, совершенные ими по дороге. Их считали виновниками беспорядков в Эг-Морт в 1270 году и в Фампу в октябре 1302 года[71].

Сержанты, выставленные городской коммуной, несомненно, вооружались за ее счет, поскольку на карту была поставлена честь города. Можно почувствовать гордость и эмоции Гийома Гийара, когда он описывает людей, служивших вместе с ним в контингенте из Орлеана:

Снаряженные доспехами Плетеными хауберками, Кольчужными перчатками, Железными шлемами, С горжетами и мечами. Каждый владел, чем умел, Один — арбалетом, другой — копьем, И все были одеты, в этом походе, В черные добротные плащи. Каких не было ни у кого в армии. У каждого было по два щита, Один боевой, другой запасной, С красивыми гербами города. Я достоверно слышал, Что герцог Орлеанский, Раньше носил такое оружие, Когда он уходил на войну[72].

Как и дворяне, орлеанские сержанты выступали в поход под гербом своего города, который и до сего дня остается неизменным ("Gules, three pebbles in the heart of a lily Argent"). Они собрались под своим знаменем, носителем которого, по всей вероятности, был не кто иной, как сам Гийом Гийар.

В приказе, изданном 7 октября 1303 года в Шато-Тьерри, определяется количество сержантов выставляемых общинами жителей: "Каждая община из ста очагов (домохозяйств) должна предоставить нам шесть пеших сержантов из числа наиболее подходящих и лучших, которых можно найти в приходах и в других местах, если те, что есть в приходах, не подходят. Они должны быть снаряжены пурпуэнами, хауберками или гамбезонами, бацинетами и копьями. И из шести двое должны быть арбалетчика, у которых должны быть исправные арбалеты"[73].

Для простых рибо, а также во время кампании, когда воинов нужно было довооружить, король или командующий армией должен был предоставить необходимое вооружение. Перед битвой при Монс-ан-Певель Филипп Красивый привез камни для пращей бидо, а также арбалеты, пики, копья, щиты-тарджеты, и то, что Гийом Гийар назвал повозками (charroi) или артиллерией (l’artillerie)[74]. Поэтому королевское правительство сделало огромные закупки[75]. Перед Тунисским крестовым походом некий Тома привез из Тулузы в Эг-Морт 191.300 арбалетных болтов[76]. 26 февраля 1295 года Филипп Красивый приказал сенешалю Бокера закупить 2.000 усиленных кольчугой гамбезонов, 2.000 бацинетов, 2.000 арбалетов и 2.000 железных горжетов. 7 июня следующего года король попросил сенешаля срочно отправить 500 арбалетов в парижский Лувр[77]. В отчете за 1296 год точно описаны закупки доспехов и арбалетов, сделанные в Тулузе для "морской армии", то есть той, которая должна была вторгнуться в Англию: некий клерк по имени Арно Леметр, ответственный за приобретение 1.000 туник, 1.000 горжетов и 1.000 бацинетов, идентичных моделям, которые король должен был ему прислать, подробно описывает сделанные им закупки. Поставщиками являлись как отдельные ремесленники, которые продавали ему всего одно-два изделия, так крупные корпорации, которые поставляли несколько десятков наименований. Стеганая котта стоила от 15 до 19 су; шлем-бацинет — 50 су; горжет — 21 денье (то есть один су и девять денье). Туники и горжеты были украшены гербами, возможно, с флер-де-лис, изготовленными специально для этого случая. Указано и сукно использованное для упаковки товаров, шерстяные покрывала для тюков и сено для амортизации тряски при перевозке. Счет также включает расходы на 50 или около того тягловых и вьючных животных двух обозов, которые доставили товары в Париж. Арно, должно быть, остался доволен, потому что через некоторое время король сделал ему второй заказ, который также подробно описан в отчете. В общей сложности покупки, сделанные им, составили 3.300 турских ливров[78].