Серинити - Сергей Столбов

Когда Капитан внезапно ойкнула и хлопнула по шее, то Серинити услышала тихую ругань и как она проговорила «Так… еще не забыть против этих проклятых кровопийц заговор наложить». И нарисовала на земле обычную капельку, которые иногда в империи могут нарисовать угольком дети на стенках домов или мостовых. Поцарапав палец и выдавив капельку крови, она дотронулась до земли со своей «руной». В тот же миг в радиусе всего круга не стало ни одного комара, чему гном и плут были чрезвычайно рады: пока Капитан колдовала, комары нещадно работали над этими двоими. А вот эльфа и вампиршу они наоборот не трогали, чем окончательно расстроили плута.

Наконец, когда все разбрелись по лагерю, Серинити заметила, что Элизабет сидит в стороне от остальных, возле озера, держа в руках походную кружку. «Неужели ее мучает совесть?» – подумала вампирша, нахмурившись, и решительно двинулась к ней. По крайней мере, болтовня ей не повредит.

– Капитан, хотела спросить, почему ты, когда колдуешь, всегда проговариваешь или выкрикиваешь заклинание на вполне себе общем языке? Мне всегда казалось, что все маги и колдуны используют древние наречия… Во всяком случае колдуют на языке тех народов, кто открыл в себе эти возможности. – спросила вампирша, присаживаясь рядом с Капитанов на опрокинутое дерево.

– Глупости все это. – слегка подвинувшись сказала Капитан – Я никогда не учила по настоящему «древние заклинания». Если хочешь знать мое мнение, то все это фарс, на пускание тумана и попытка сделать свою профессию мистической до ужаса. Любой мало-мальски грамотный чародей тебе скажет, что слова позволяют лишь придать нужную форму заклинанию. А вот творить заклинание, это уже природное. Или умеешь или нет. – фыркнула Элизабет, отхлебнув с чашки немного подогретого вина со специями.

– Ясно. Предполагала подобное – кивнула Серинити, задумчиво рассматривая отражение ночного неба в озере. Серинити редко общалась с магами кроме своего господина, а тот не посвящал ее в свои таинства.

– Ну а ты… Как работают твои вампирские таланты? Я хочу сказать, ты вроде как не обладаешь магическими способностями… Я проверила. Тем не менее, то, что я слышала… не могу сказать, что я смогу сделать что-то подобное.

– Я… Это сила крови. Любой вампир обладает способностями… как правило их немного. Обычно две-три уникальные силы, не больше. Я скорее исключение из правил, этакий вампирский гений: обладаю только одной, но очень редкой и мощной силой… которой впрочем, очень трудно управлять. Мир теней… он живой и чтобы его вменяемо контролировать мне приходится использовать жизненную силу смертных. Проще говоря чем больше я использую силу тем чаще я хочу есть. – при последних словах вампирша невольно сверкнула глазами, отчего капитан сразу же напомнила себе что перед ней не милая девушка двадцати лет отроду.

– И сила всегда слушается тебя?

– И да и нет. Понимаешь, они живые и ведут себя очень непредсказуемо. Иногда на простую просьбу уходит очень много внутренних сил, а иногда бывает, что нужно сделать что-то сложное и оно чуть ли не само собой выходит. В любом случае, я свой предел знаю… и думаю, что смогу остановиться в нужный момент, если что-то пойдет не так.

– А что произойдет, если сила выйдет из-под контроля?

– Не уверена, что знаю, если честно. Мало чего хорошего. – уклончиво ответила вампирша, хотя она точно знала, что ее может ждать.

– А вот вы где. Да… местечко конечно романтическое… И о чем воркуют голубки? – Ловкач подкрался как всегда тихо к беседующим и не смог удержаться, чтобы не подколоть капитана отряда.

– Ловкач, ты знаешь, как я ненавижу, когда ты так делаешь? Еще одна такая выходка с твоей стороны и сегодня всю ночь будешь персонально кормить комарье.

Ловкач лишь горестно вздохнул, зная, что лучше не спорить с Капитаном. Но подколка того стоила: даже в лунном свете было заметно что Элизабет залилась румянцем как обычная деревенская пастушка.

Следующий день прошел в спокойной езде, за исключением того, что с самого утра как они выбрались, солнце заволокло тучами, и шел мелкий холодный дождь до самого вечера. Ни дорога, ни погода не располагала к общению, тем не менее, Капитан и Аптекарь ехали чуть позади и о чем-то очень долго беседовали. Серинити сильно не прислушивалась, однако ее чуткий слух иногда улавливал куски их не громкой беседы. Они вели речь о том, что произошло сутки назад: гном считал, что зря Элизабет пошла на такие крайности, а Элизабет вполне логично объясняла причины своего поступка и нарушения кодекса. Чем там закончилась беседа, Серинити не уловила, но гном явно успокоился и даже повеселел, несмотря на погоду. Переночевали они в небольшом придорожном трактире, столь удачно встретившимся на пути. К слову сказать, трактиром он был лишь отчасти, больше походя на маленький форт: укрепленный двухэтажный дом, с крепкими дубовыми дверями, небольшим частоколом и даже одной дозорной башенкой. На вопрос Ловкача по поводу такого укрепления, хозяин двора, заикающийся хоббит, с вечно бегающим воровским взглядом с рыжей кучерявой шевелюрой, со смешным именем Блюмс неохотно сообщил, что на дорогах не спокойно. Только с месяца два назад возле его трактира было убито несколько проезжающих купцов. Поэтому он хорошенько укрепил свое жилище. Получив на чай несколько монет, которые отряд наскребал по всем карманам, Блюмс настойчиво порекомендовал, чтобы столь доблестные искатели приключений поискали какой-нибудь караван. Мол, это и заработок неплохой и кое-какая безопасность (не на каждую толпу народа, даже самые отчаявшиеся бродяги нападут).

Выспавшись и неплохо отдохнув, отряд выдвинулся дальше по тракту. Дождь как будто поджидал их выход, и буквально через полчаса после их отправки полил снова. Дорога без того разжиженная вчерашним дождем, грозила превратиться в непроходимое болото. К счастью лошади были очень выносливые, поэтому такого вида дорога их нисколько не смущала.

Чем ближе они были к Холду тем сильнее лил дождь и тем хуже была дорога.

– Ну, по крайней мере, мы обошлись без стычек на дороге! – перекрикивая шум дождя сказал плут, когда они въезжали в очередной небольшой лес.

– Черт тебя дернул, такое ляпнуть. Гляди! – прищурившись, указал пальцем гном вперед. Там и вправду, похоже, намечалась неприятность: посреди дороги было повалено несколько деревьев. И причем непросто повалено, а специально срублено и перекинуто через дорогу.

Вслед за тем, как отряд притормозил, прикидывая как быстро объехать такое препятствие, где-то из леса раздался громкий лихой свист и как по команде из оврага позади, и из-за дерева спереди вышли восемь ухмыляющихся и нагло улюлюкивающих головорезов. Большинство из них было вооружено кистенями и дубинами, а из брони плохонькая клепаная кожанка, но эти недостатки легко компенсировали наглостью и силой этих ребят. Серинити заметила еще двоих стрелков с короткими луками на дереве, но из-за дождя они вряд ли смогут нормально пускать свои стрелы. Тем не менее, опасность все равно представляли, если не для нее, то для лошадей и остальных членов отряда.

Капитан лишь успела крикнуть к бою и, перехватив мушкет, выстрелила, почти не целясь, в одного из лучников, прячущегося на дереве. Заговоренная пуля, оставляя желтоватый росчерк за собой, сделала свое дело: пробив насквозь дерево, она сразу же убила человека, угодив тому в голову. К сожалению, необученная лошадь от такого грохота оружия испуганно встала на дыбы и испуганно заржав, скинула седока с себя. Элизабет не удержавшись, рухнула прямо в грязь, подняв кучу брызг, но вроде бы сильно не пострадала. Эллианархол ловко спешившись рядом с Капитаном и схватив свой огромный меч начал ловко им размахивать, не подпуская к упавшей соратнице головорезов. Серинити выхватила левой рукой пистоль и удерживая лошадь на месте нажала на спусковой крючок, прицелившись в особо ретивого головореза с моргенштерном наперевес. Пистоль лишь жалобно издал «чик-чик»: в отличии от Капитана порох у Серинити полностью отсырел и ни одна пуля не вышла из ствола. Ругнувшись, Серинити достала из ножен клинок и, пришпорив лошадь, направила ее прямо на разбойника. Тот попробовал отскочить, замахнувшись своим оружием. Но вампирша оказалась гораздо проворнее и опытнее: один взмах коротким мечом рассек мужчине руку и большую часть грудной клетки, не оставляя ему шансов на выживание. Обернувшись, она увидела, как Эллионархол уже срубил одного ретивого соперника, практически разрубив тело пополам. К этому моменту, гном спрыгнув с коня, ловко пнул под коленку разбойника пытающегося обойти Эла сбоку и саданул шестопером ему по не защищенной голове, практически раскроив череп с одного удара.

Выжившие грабители, сообразив, что позарились на добычу, которую не смогут проглотить побросав свое оружие кинулись бежать. К их удаче, поднявшись, вываленная в грязи Капитан приказала не преследовать их: не хватало в еще одну ловушку угодить, но уже на более удачном для разбойников поле боя. Поняв, что разбойники уже не вернутся, отряд опустил оружие.