Три заветных слова - Кэролайн Андерсон

— Заедем ко мне и заберем кофемашину. У меня есть ненужная. Я обзавелся новой, так что эта стоит без дела. И еще мне нужна одежда. Возьму кроссовки, чтобы можно было надевать их на больную ногу, и захвачу ноутбук. У меня скопилась работа, которой я могу заняться дома.

Анита кивнула, довольная тем, что Джио наконец найдет себе занятие и не будет соблазнять ее.

— Согласна.

Она улыбнулась владельцу кафе, который принес им заказ, и буквально проглотила пирожное. Анита ужасно хотела есть. Она почти не спала той ночью, а когда уснула…

«Снова о том же», — усмехнулась она про себя. Хорошо хоть объявилась Камилла Понти, так что ей не придется провести рядом с Джио еще одну ночь, чтобы он мог «защитить» ее. Хороша защита! Ей следовало опасаться только себя, как, впрочем, и ему.

— Ты чем-то расстроена? — спросил Джио.

— Что? Нет. Прости, мыслями я сейчас не здесь.

В четырех милях отсюда, точнее, в его постели, прямо на нем, ведя себя как последняя потаскушка. Анита почувствовала, что ее щеки краснеют, и поспешно отвернулась, бросив:

— Замечательные пирожные.

«Значит, и она об этом думала», — решил Джио.

Что ж, сам он думал об этом лет двадцать, не предпринимая никаких действий, за исключением одного короткого, но незабываемого месяца. Так что он продержится две недели. И раз уж Анита заговорила о еде…

— Здесь отличная выпечка, — мягко сказал он, откусывая пирожное.

Их взгляды встретились, а потом Анита посмотрела на его рот, когда Джио облизнул губы. В ее глазах горел огонь. Он понял, что у них проблемы, ведь прошлой ночью, совершенно случайно, они нарушили все возможные правила.

Начиная с правила номер один: не позволять себе лишнего с друзьями. Особенно с теми, кого знаешь еще с тех пор, как научился ходить. С теми, кого ты уже ранил однажды, потому что не смог сдержать свою похоть.

Джио сделал глоток. Кофе был горячим. Чересчур горячим, и он обжег язык, но это по крайней мере отвлекло его от мыслей об Аните и ее теле.

Они приехали во Флоренцию незадолго до обеда. Анита припарковалась рядом со спортивным «мерседесом» Джио. Это была его новая игрушка, и он мечтал прокатиться на нем в Альпы.

Но появилась Камилла Понти…

Он вышел из машины и увидел на земле осколок стекла.

Джио наклонился, поднял его и почувствовал, как холодок пробежал по спине.

— Почему она стремилась поговорить со мной, Анита? — спросил он, глядя на осколок. — Я выполнял свою работу. Она не имела права на эти деньги. Что же Камилла непременно хотела рассказать мне?

— Кто знает? Она лгунья и мошенница. Забудь о ней.

Анита довела Джио до двери, он открыл ее и посмотрел на ступеньки.

— Отнести тебя наверх? — с издевкой поинтересовалась она.

Джио сердито взглянул на нее:

— Очень мило, что ты предложила это, но, думаю, я справлюсь.

Он подпрыгивал, хромал, но они все-таки добрались до верха лестницы. Джио упал на диван и уставился в окно на далекие горы, постепенно приходя в себя.

— Можешь выкинуть этот осколок? Лучше заверни его во что-нибудь. В одном из шкафов лежит куча старых газет. Кстати, я хотел бы выпить кофе.

Анита, изучающая изменения, которые произошли в его кухне за последние пять лет, закатила глаза:

— Тебе вечно нужен кофе. Не понимаю, почему я до сих пор потакаю тебе. — Она выкинула стекло и осмотрелась: — Где она, твоя новая кофемашина?

— За стеклянной дверцей. Нет, это духовка. Рядом. Подними дверцу и задвинь ее внутрь.

Анита посмотрела на аппарат. Он выглядел не таким уж сложным, но некоторые инструкции не помешали бы.

— Как это работает?

— Засыпаешь зерна, ставишь под аппарат чашку и нажимаешь на кнопку. Это проще, чем строить ракеты.

Она проигнорировала его сарказм:

— Чашку? Или кувшин?

Проще подняться самому, но Джио забавлялся, наблюдая, как Анита возится в его кухне, и продолжал инструктировать ее. Всякий раз, когда она нагибалась, он любовался ее прелестными округлыми ягодицами.

Брюки становились тесны ему лишь оттого, что он просто смотрел на Аниту, так что Джио отвел глаза в сторону и попытался взять себя в руки.

Анита оглянулась и увидела, что Джио лениво листает журнал. «Вот свинья», — подумала она. Пять лет назад он был совсем другим. Джио не оставил бы ее одну в кухне, а подошел бы сзади, обнял, прижавшись к ней всем телом, таким горячим, твердым и таким родным. Потом он резко развернул бы ее лицом к себе, усадил на краешек стола, а потом взял прямо там, обжигая своим взглядом, затуманенным страстью. После он отнес бы Аниту в спальню, чтобы завершить начатое.

Но он все разрушил.

— Ну вот, разве это было сложно? — спросил Джио, когда Анита принесла эспрессо, со стуком поставив чашку перед ним.

— Дело не в сложности. Я раньше ни разу не включала кофемашину. Я не дура и в снисхождении не нуждаюсь.

Джио понял, что она злится. Из-за того, что оказалась в его квартире? Из-за того, что он ведет себя как осел? Или из-за того, что в последний раз, когда они были здесь, он перечислил ей причины, по которым они должны расстаться?

— Прости, — искренне извинился Джио. — Прости за все. Спасибо, что приготовила кофе.

— Не стоит унижаться. У тебя есть продукты?

— Я опустошил холодильник перед отъездом. Нет даже молока.

— Ничего. Выпью кофе и без молока, если уж он так хорош, как ты утверждаешь. Ты голоден? Я могу сходить в магазин.

— Давай закажем пиццу.

Джио достал телефон. Аниту не удивило, что номер службы доставки был у него на быстром наборе. Домофон зазвонил через пять минут.

Она спустилась, заплатила курьеру, принесла коробку и поставила ее на кофейный столик перед Джио. Это была пицца «Четыре сезона», с разной начинкой на каждой четверти. Анита взяла кусок и принялась жадно есть.

— Потрясающе. Только что из печи. Где находится пиццерия?

— За углом.

— Они хорошо тебя знают.

Джио озорно улыбнулся:

— Только не говори моей маме.

Анита изучала небритое лицо Джио. Щетина делала его внешность суровой и немного опасной. Она ощутила легкую дрожь восхищения.

— Уверена, что из всех вещей, которые мне не стоит рассказывать твоей маме, эта — самая безобидная.

Джио подмигнул ей и засмеялся, вонзая зубы в очередной кусок пиццы. Тесто таяло во рту. Он потянулся за новым куском, и еще, и еще.

Анита наевшись, вытерла пальцы бумажной салфеткой:

— Даже не помню, когда я последний раз ела пиццу. Это было очень вкусно.

— Да, здесь отличная пицца. Они используют оливки Валтьери.

— Правда? Интересно, почему? — поинтересовалась Анита.