Крутая девчонка - Вера и Марина Воробей

– Вообще-то… – Незнакомка потупила взгляд, – Сергей просто обожает средневековую музыку…

– Надо же! – изумилась Каркуша.

– Короче, я всю Москву облазила и нашла-таки одно место! «Металлолом» называется. Там в каталоге я обнаружила немца, который исполняет средневековые баллады. Только диски нужно заказать, и их тогда выпишут прямо из Германии. У нас же такая музыка не очень-то популярна.

– Ну и ты как, заказала?

– Пока нет… Я же не знала, достану деньги или нет.

– А они что, безумно дорогие, эти диски?

– Три альбома, каждый по двадцать долларов, – ответила девушка, понизив голос.

– Значит, нужно шестьдесят баксов… – произвела несложный подсчет Каркуша. – Слушай, а давай я позвоню сейчас Пашке на мобильник и узнаю, сколько мне там причитается.

Каркуша прямо-таки горела желанием помочь Незнакомке. Во-первых, ей очень нравился ее парень Сергей, во-вторых, даже если б деньги ей нужны были для чего-то другого, Кате до ужаса приятно было осознавать, что ее деньги – и не просто деньги, а впервые заработанные – могут реально выручить подругу в сложной ситуации. Но была и еще одна причина ее оживления. Самая, пожалуй, главная. Чувство вины перед Незнакомкой и неожиданно полученный гонорар прочно связались в Каркушиной голове. Отдавая Ольге деньги на подарок, Катя как бы сглаживала свою вину перед ней. Вину, о которой ее подруга даже не подозревала. Нет, она совсем не думала откупаться от Ольги деньгами! Даже и мысли такой не было! Но, выручив Незнакомку, Каркуша не ощущала бы свою вину так остро. Нет, она, конечно, во всем признается ей! Непременно признается! Но только не сейчас!

И, не дожидаясь одобрения, она кинулась к телефону. Через три минуты Катя с гордостью сообщила:

– Короче, ему заплатили сто пятьдесят долларов, и он решил разделить их по-братски. Так что считай, что семьдесят пять баксов уже лежат у тебя в кармане!

– Мне не надо столько! – испуганно замахала на нее руками Ольга. – Оставь себе хоть немного… Нужно же дебют отметить!

– Слушай! – Катя пропустила ее замечание мимо ушей. – А давай вместе поедем на встречу с Пашкой. Возьмешь деньги и рванешь за дисками, а?!

– Заказать диски и без денег можно, – возразила Незнакомка. – А у вас, наверное, там свои разговоры профессиональные… Нет, – отрезала она, – езжай одна.

– Ну, хорошо, – не стала настаивать Каркуша. Она знала, что если Ольга сказала «нет», то переубедить ее практически невозможно. – Тогда отправляйся в этот свой «Металлолом», заказывай диски, возвращайся домой и жди меня.

– Спасибо тебе большое. – Незнакомка встала и дотронулась до Катиной руки.

– Да брось ты, – смущенно отдернула руку та.

Да, жизнь и правда менялась к лучшему. Да так круто, что аж дух захватывало!

8

Сегодня Паша был на редкость весел и щедр. Мало того что он торжественно вручил Каркуше половину полученного гонорара (кстати, как оказалось, это была исключительно его инициатива), так еще парень взялся ее угощать. Они сидели в небольшом кафе. Том самом, в котором Паша не так давно уговаривал ее сниматься на обложку журнала.

– Нужно обязательно отметить дебют, – заявил Паша. – Это примета такая. Иначе заказов больше не будет.

Каркуша вспомнила, что Незнакомка тоже говорила ей что-то об этом, и, лишь для приличия пробормотав нечто невразумительное, согласилась.

– Только расходы – пополам! – решительно сказала она, открывая сумку. Там в отделении, закрывающемся на «молнию», лежали в голубом конвертике новенькие купюры.

– Обижаешь! – поморщился Паша. – Могу я раз в жизни угостить девушку бокалом шампанского?!

И, укоризненно покачав головой, Каркуша сдалась.

Шампанское оказалось удивительно вкусным. Впрочем, опыт в таких делах у Кати был совсем небогатым. Нет, она пробовала, конечно, и шампанское, и пиво, и вино какое-то, но ни разу девушка не получала от напитка такое удовольствие, как теперь. Возможно, тут сказывался еще и повод, и приподнятое настроение ее галантного кавалера, и ощущение того, что это только начало ее новой, совсем непохожей на прежнюю жизни.

– Я разослал по картотекам через Интернет твои снимки, – начал Паша, будто прочитав ее мысли. – В журналы толстые, на кино– и телестудии, в рекламные агентства. В каждом уважающем себя издательстве и фирме, занимающейся рекламой, имеется банк данных, – объяснял он. Каркуша слушала парня с неподдельным интересом. – Думаю, тебя обязательно заметят, – уверенно заявил Паша. – Я же сразу сказал, что лицо у тебя совсем нестандартное. Сейчас спрос именно на такие лица. Нынче в цене яркая индивидуальность. Времена мейнстрима прошли.

– Времена чего? – захлопала ресницами Катя.

– Мейнстрим – это основное течение, направление в искусстве и моде. Принадлежать мейнстриму – значит быть таким, как все, понимаешь?

– Теперь понимаю, – совсем по-детски кивнула Каркуша.

– Предлагаю выпить за яркую индивидуальность. То есть за тебя! – Паша весело подмигнул ей и высоко поднял свой бокал.

Вот уж воистину «вещуньина с похвал вскружилась голова…».

Каркуша одним махом осушила свой бокал и поставила его на стол. Официантка, обслуживающая соседний столик, недовольно покосилась в их сторону. Заметив это, Каркуша тихо ойкнула и прикрыла ладонью рот.

– Не обращай внимания, – махнул рукой Паша, лихо подхватил бутылку и в очередной раз наполнил бокалы.

Голова у Каркуши кружилась. И не только «с похвал», но и от шипучего напитка. Внезапно ее переполнило чувство любви ко всем, кто ее окружал: к Паше, к строгой официантке, к незнакомым людям, сидящим за столиками, и к прохожим, которые спешили куда-то за окнами кафе. Это ощущение было столь острым и неожиданным, что Каркуша почувствовала, как на глазах наворачиваются слезы.

– Что с тобой? – испугался Паша, заметив, что Катя принялась ожесточенно тереть глаза.

– Это я от радости, – Каркуша попыталась улыбнуться, но в следующее мгновение слезы так и брызнули из ее глаз.

– Э, матушка, – покачал головой ее спутник, – тебе, пожалуй, хватит. – Он протянул ей сложенный вчетверо темно-синий носовой платок и участливо спросил: – Кофе будешь?

– Кофе? – отрывисто и громко засмеялась Катя.

Паша настороженно наблюдал за ее действиями: развернув и разложив на столе платок, Каркуша схватила из вазы мандарин, положила его в центр платка и принялась затем связывать концы платка.

– Что это ты там делаешь? – поинтересовался парень.

– А вот что! – выкрикнула Каркуша и, прежде чем Паша успел что-либо сообразить, запустила в него мандарином, завязанным в платке.