Кодекс Охотника. Книга XI - Юрий Винокуров

ведь печать начинает набирать обороты. Тварь потихоньку взламывает собственный блок хозяина, и подчиняет себе.

— Я в порядке! — рыкнул Глыба, заметив мой встревоженный взгляд.

— Я знаю, ты еще ого-го! — с ухмылкой поддержал его, и тут же не сдержался. — Надеюсь…

Глыба одарил меня тяжелым взглядом.

— Теперь понимаю, почему ты предпочитаешь бегать в одиночку. Боишься, что свои же завалят.

— Возможно, — пожимаю плечами, пока смотрю, что там еще нашел Шнырька.

А он, кстати, незаметно для Глыби подкидывал мне в карман и рюкзак разные штучки. Например, кольца павших Истов и их побрякушки. Я, в свою очередь, складывал их в пространственный карман. Потом отдам Архипу, когда он перестанет быть Глыбой. Правда, я не уверен, что после сегодняшнего дня Архипа не заменит Глыба навсегда. Вот же сюрприз будет всем Истам, когда добряк Архип начнет выписывать им по десятое число. Сейчас он не может этого сделать. Видно, что сломлен своим «понижением». Считает, что больше не имеет права сильного, утратив его. Впрочем, так оно и есть. Он доверил спину тому, кому не стоило, и за это жестоко поплатился. Такие повороты судьба нередко выписывает нам в качестве урока. Наверное, это одна из причин, почему Охотники одиночки. В крайнем случае, они работают только с другими Охотниками. Правда, тут есть маленькое дополнение. Все это до определенного уровня развития. Я давно перешагнул ту черту, когда мог бояться удара в спину, или не был к нему готовым. Жаль, что в этом мире еще далеко до такого.

Затем к паучкам подключились энергеты. Это были «хаосники». Внешне они напоминали облака зеленого газа или пыли, что пытались дотронуться до цели, вытягивая из нее силу и энергию. Одного-двух можно было перетерпеть, но когда они накидывались всей кучей, то тут уже Ист падал совершенно без сил, а хаосники пытались «выпить» его досуха. Но под давлением Твари неохотно отпускали все еще живую добычу.

И вот тут я увидел главный Дар Глыбы — Подавление Энергии. Выглядело это забавно. Первый хаосник, который прыгнул на Иста, просто рассыпался на маленькие облачка, которые тут же исчезли. А каменное лицо Глыбы расплылось в широкой ухмылке. А потом он поднял свой Хлыст. На десятом нападении Глыбе стало легче от энергии убитых существ. Дело в том, что пока мы летели в «Буревестнике» к Разлому, я осторожно перекрыл его «отток» энергии к Твари. «Заглушка» была такая себе. Для нее я использовал одну интересную душу из старых запасов, и пока она неплохо сдерживала, не давая «водоему» энергии внутри Глыбы вытекать в сторону Твари. Старые и сухие каналы получили такую забытую пищу, и стали нормально работать. Как же я ему потом не завидую. Откат у него будет сложный, но заслуженный. Пусть помучается, сила не дается легко и просто. Я ощущал, как бесилась тварь, когда мы, раз за разом, убивали ее подчиненных. Она мысленно уже смаковала нас, а тут облом и неудача. Да, она уже зашла в этот Разлом. Я подозреваю, что снаружи среди армейцев сейчас настоящая паника. А как же иначе? Начальник Центра и молодой барон зашли в Разлом 3-го ранга, а сейчас он превратился в 1-й! Кстати, как бы не в Радужный…

Да, Тварь здесь была, но не спешила накинуться сразу на двоих, и я решил ей помочь.

— Слушай меня внимательно, Архип… — начал я, когда мы подошли к развилке. — Здесь мы разделимся, и каждый столкнется со своей преградой, которую необходимо будет преодолеть. Или умереть…

Решил говорить пафосно, чтобы он проникся.

— Не передумал отдать ее мне? — он сам хотел убить тварь, которая так долго его мучила и, более того, заставила чувствовать себя слабаком. Для такого мужчины, как он, именно это было невыносимым. — Это не все фокусы, которые умеет Хлыст, — похлопал Глыба по своему оружию. — С одной тварью я справлюсь, даже если она будет Первого Ранга.

— Нет, все в порядке, давай, дуй и удачи! А еще советую не разносить там все. Я встречал раньше пауков, которые любят закапывать свою добычу под землю или в песок.

— Понял, не дурак…

На всякий случай, решил уточнить, что уничтожать помещение, которое служит логовом, пока не стоит. Плевать, что это всего лишь пещерка. Там, под землей, находятся всё ещё живые Исты.

Я пошел в ту сторону, где меня ожидала Тварь.

Как же она обрадовалась, увидев, что людишки разделились. Согласен, что это всегда выглядит глупо, и не понимаю, почему в каждом кино такое происходит. Наверное, люди любят наблюдать за теми, кто глупее их самих.

Тварь обитала в одном необычном месте. Если все предыдущие пройденные помещения были горными пещерами без следов человека, то это напоминало арену. Круглая комната, с гладкими стенами и полом. По бокам стояли железные жаровни из непростого металла, раз так хорошо сохранились, или эта падлюка их постоянно чистит? На полу руническая разметка, которая уже не имеет силы, что даже странно, ведь руны обычно живут очень долго. Или этому месту больше десяти тысяч лет, или тварь выпила из них всю силу.

— Че-е-е-е-е-л-о-век! — зашипела она, стоило мне только зайти в помещение.

А еще мало того, что она заговорила, так еще и закрыла темной энергией проход за моей спиной. Теперь из земли бьет энергия, которая стеной закрывает дорогу назад.

— С-с-с-с-мерть нашел с-с-с-с-во-ю-ю-ю! — какая уверенная в себе хаоситская зараза.

Я стоял напротив нее, внимательно слушал и улыбался. А вот Шнырька прямо взбесился. Второй раз за короткое время он нашел того, кто копирует его манеру речи, и рвался оторвать ей бубенчики. Не хочу его расстраивать, но там ничего нет. Тварь имеет физическое воплощение, хоть и похожа сейчас на призрака, только массивного и темного, который натянул на себя десяток балахонов, и те сейчас развеваются по ветру, правда без ветра.

— А ты смелая… — улыбнулся я, и слегка наклонил голову набок.

Смелая, и нетерпеливая, к тому же. Ничего мне не ответила, а сразу напала. Рывок ее был быстрым, даже сказать молниеносным. Она решила меня запечатать, потянувшись ко мне. Я, в свою очередь, успел среагировать, и отскочить в сторону, а затем выставил руку, и влупил по ней огненным смерчем. Ну, как смерчем… «Смерчиком», который не так делает больно, как обидно.

— С-с-с-с-с-с-с! — за…сипела она.

Новый бросок, и новый удар огнем, который не может убить или причинить ей вред, зато здорово взбесить.

— И это все, что ты можешь? Смешно… Как тебя зовут?

Молчит…

— Ч-ч-ч-еловек… Еда! Ч-ч-ч-человек — ПИЩА!!!

Завыла она так, что стены затряслись, и это