Нить судьбы - Айрис Олби

Свет от открытой дверцы холодильника тускло осветил камбуз и часть кают-компании. На раскладном кресле в углу, в передней части салона, поджав ноги и подложив руку под голову, лежала Мелани. Она не спала. Даррел заметил, что отблеск света отразился в ее открытых глазах, но не знал, смотрит она на него или нет. Блуждают ли ее мысли по той же опасной извилистой тропинке, что и у него?

Даррел захлопнул холодильник. Мелани встала, и одеяло, прикрывавшее ее ноги, соскользнуло на пол. Слегка пошатываясь, она зашла на камбуз.

— Что с тобой? — тихо спросил Даррел.

— Не спится, — ничуть не удивившись его присутствию, объяснила Мелани. — В обезьяньих клетках в зоопарке, наверное, спать удобнее, чем здесь. Ноги совсем затекли… Осталось еще пиво? — улыбнувшись, спросила она после паузы.

Даррел кивнул и открыл холодильник. Неяркий свет, отражающийся от бутылок с янтарным напитком, осветил ее лицо, сделав его более мягким.

— Мелани?..

— Что? — не поворачиваясь спросила она, извлекая из холодильника бутылку светлого пива. Ловко откупорив, она наполнила пластиковый стакан.

— Когда все это закончится…

— То есть ты хочешь сказать, когда я одержу победу, — поправила она его, многозначительно подмигнув.

— Ну хорошо, — усмехнулся Даррел, вспомнив о ее ни с чем не сравнимом упрямстве. Что это с ним? Он нервничает? Сердце учащенно бьется. Он не мог припомнить, когда в последний раз так волновался, опасаясь, что будет отвергнут. — Так вот, когда все закончится, можно ли тебя пригласить на свидание?

Мелани уже делала второй глоток, когда он задал этот вопрос. У нее вдруг сдавило горло, и она едва не пролила пиво на пол.

— Что… что ты сказал?

— Я хотел бы пригласить тебя на ужин. Или, может, на какой-нибудь интересный фильм в кинотеатр… — О Господи! Ему захотелось хлопнуть себя по лбу. Зачем он все это сказал? Не мог выразиться более складно?!

Мелани тихо рассмеялась.

— Такого, признаться, я от тебя не ожидала.

— Я, может, неуклюже выразил свою мысль, — попытался объяснить Даррел. — Подобрал не те слова. — Он шагнул вперед, взял из ее рук стакан с пивом и поставил на холодильник. — Я бы… — Он запнулся, осознав, что волнуется, потом попробовал еще раз: — Мне бы очень хотелось куда-нибудь пригласить тебя, когда наше испытание завершится.

Мелани заморгала. Молчание затянулось на несколько мучительных секунд. Одна, две, три…

— Не думаю, что это удачная мысль, — наконец ответила она.

— Но почему?

— После нашего с тобой последнего и единственного свидания ты высадил меня и умчался на машине с такой скоростью, что шинами едва не протер асфальт!

— Ты преувеличиваешь!

— Я тебе не нравилась. Впрочем, это было взаимно.

— Нам тогда было по шестнадцать лет…

Мелани покачала головой.

— Не думаю, что со временем что-нибудь изменилось.

В маленький иллюминатор пробился тоненький луч света, который блеснул в ее глазах. От нее исходил восхитительный аромат. Даррел, не осознавая своих действий, машинально протянул руку и коснулся ее щеки. Его ладонь ощутила под собой мягкую и гладкую кожу. Как ему захотелось прижаться к ней губами! Волна неистового желания накатила на него и ударила с силой цунами. Он судорожно глотнул, отчетливо чувствуя те несколько сантиметров, которые разделяли их в тесном пространстве камбуза.

— Я думаю, что изменилось очень многое, Мелани.

Какое-то мгновение, продолжительностью в пару сердечных ударов, она не шевелилась. И, казалось, прекратила дышать. Потом она отступила на шаг.

— А ты?..

— Я и говорю именно о себе, — с горячностью произнес Даррел. — В этом смысле прошедший год дал мне очень многое и стал определяющим.

— А, вот почему ты все чаще стал упоминать о серьезных отношениях…

— Возможно.

— Или, может быть, я тот запретный плод на дереве, до которого тебе пока не дотянуться?!

— Вовсе нет! Мелани…

— Даррел, — решительно перебила она его, — почему бы тебе не начать с кого-нибудь попроще? — Заметив недоумение в его глазах, она пояснила: — Заведи себе щенка. Заботься о нем, корми, уделяй внимание. И так каждый день. Испытай себя, прежде чем начнешь давать обещания женщине, которые потом не выполнишь.

Он напрягся. Мелани точно очертила круг его недостатков и свела их в одну язвительную фразу.

— А что, с тобой так кто-нибудь поступал?

— Ты помнишь Линн Хартфорд? — не слушая его, спросила Мелани.

Он покачал головой.

— Что ж, а я, представь, не забыла. И поэтому не слишком-то доверяю тебе. А также другим мужчинам. — Она вздохнула. — Так или иначе, сейчас речь не обо мне. — Она снова взяла стакан с пивом. — Предлагаю тебе немного поспать. Нужно ведь отдохнуть перед тем, как завтра ты отправишься домой!

Нет, он все-таки слишком торопит события, словно нетерпеливый хищник в погоне за добычей.

— Я не сдамся так легко, — решительно произнес он.

— А я не уступлю, — ответила Мелани и, не удостоив его взглядом, ушла спать.

В мире полным-полно красивых женщин, пытался себя утешить Даррел. Зачем ему обязательно та, которая делает из него идиота? Он допил пиво, прошел на середину кают-компании и опустился на пол, а потом еще долго ворочался, пытаясь уснуть.

Все, что сказала ему Мелани, недалеко от истины. Сможет ли он измениться и стать человеком, который всегда будет там, где требуются его помощь и поддержка. Даррел Уайт не был в этом до конца уверен.

Через полчаса усталость взяла свое и он погрузился в беспокойный сон.

«Оставшиеся двенадцать человек плетут интриги и строят дальнейшие планы. Места по-прежнему не хватает, и теснота служит дополнительным фактором раздражения. В довершение ко всему нескончаемая очередь в душевую и туалет. Все приходится делить. Правда, Даррел сказал, что такой дележ ему по душе. А что же я? Согласна ли я плясать под его дудку? Нельзя не заметить, что он все-таки изменился с годами. К лучшему ли?..»

Мелани захлопнула блокнот и вздохнула. Уже полчаса она сидит возле туалета, ожидая, пока оттуда выйдет Эрни, и все больше злилась. Парень ступил на борт яхты с небольшим пакетиком в руках, содержавшим все его пожитки, а умудряется столько времени проводить под душем и у зеркала! Из туалета доносился звук льющейся воды и мелодия, которую Эрни весело насвистывал себе под нос. Она понятия не имела, что может держать его в душевой так долго: шум включенной воды она слышит уже минут пятнадцать. Принимая во внимание, что в салоне еще одиннадцать человек, такое поведение со стороны парня отдает откровенной наглостью и явным пренебрежением к интересам коллектива!