Двенадцать секретов - Катя Брандис

– Да, я, но об этом поговорим позже, – ответила Лисса. – Ляг на землю, Сумрак, а я осторожно возьму тебя когтями. По-другому я не смогу тебя перенести.

Сумрак плюхнулся с ветки вниз животом и улёгся на траве, сложив крылья.

– Клянусь облаками: кому рассказать – никто не поверит, – сказал он, когда когти орлана осторожно сомкнулись вокруг его тела. Птица, расправив мощные крылья, взлетела так легко, словно Сумрак был крошечной мышкой. Тень озабоченно летела рядом, решив не выпускать брата из виду ни на секунду.

До школы они добрались глубокой ночью. На первый взгляд она напоминала скалистый холм, но некоторые окна светили ярче луны. Внутри всё выглядело так, как, по мнению Тени, и должно быть в человеческих домах, было тепло и пахло какой-то незнакомой едой. Интересно, что это? Может, жареный дождевой червяк?

– Это пицца, – пояснила развеселившаяся Лисса, – с сыром и без дождевых червей.

Подростки, которых они встретили в коридоре, с любопытством смотрели им вслед. Один мальчик, увидев раны Сумрака, пожелал ему поскорее поправиться.

Директор школы принесла Сумрака в белую комнату с двумя кушетками и множеством неизвестных предметов. Судя по размеру, кушетки были предназначены явно не для ворон, но и Тень и Сумрак без особых усилий смогли принять человеческое обличье.

– Отлично, спасибо. А то получилось бы, как будто курицу ощипали, – сказала полная пожилая женщина. Она очистила раны на руках Сумрака и обернула их чем-то белым, похожим на кору берёзы.

– Я смогу снова летать? – спросил Сумрак, от боли кусая губы.

– Как бог ветра, – заверила его мисс Кристалл. – Не волнуйся, рулевые перья снова отрастут.

Они в безопасности, и брат поправится! Тень с облегчением наблюдала, как люди помогают её брату. А потом вдруг она увидела прямоугольную поверхность, с которой на неё смотрело лицо юной девушки с большими тёмными глазами, обрамлённое длинными чёрными волосами. Кто это? Тень как заворожённая подошла ближе. И лишь когда она подняла руку и девочка в зеркале сделала то же самое, она наконец поняла. Очень медленно она притронулась к своей мягкой щеке и провела по ней пальцами. Так вот, значит, как выглядит её человеческое лицо: она лишь однажды мельком видела его – в озере в безветренную погоду.

Лисса Кристалл подошла к Тени и улыбнулась её отражению в зеркале:

– Ну и что вы решили – пойдёте учиться в мою школу?

– Да, это было бы просто небесно, но наши родители против, – сказал Сумрак с кушетки.

– Я могу попробовать их уговорить, если хотите, – спокойно предложила директор.

– Хотим! – обрадовалась Тень и ощутила, как дрожит её голос, – пережитый сегодня ужас давал о себе знать.

А потом она впервые в жизни залилась слезами.

Волк и персидская кошка

Клифф, волк

Январь, до прибытия Карага в школу «Кристалл»

Входная дверь была из дерева, с полированной латунной ручкой и украшена огромным венком из остролиста. Таблички с именем не было: и без неё все в деревне знали, кто живёт в этой похожей на замок громадине.

– Только попробуй нас опозорить, понял? – прошипела мать и поспешно в очередной раз пригладила его прямые светлые волосы. – Будь вежливым, но, ради бога, не говори лишнего, Клиффорд.

На её пальто от «Бёрберри» с оторочкой из чёрно-бурой лисицы виднелось пятно. Мама его явно ещё не заметила, иначе сошла бы с ума.

Отец нервно поправлял галстук. Каждый серебристый волосок его шевелюры был идеально уложен, слегка загорелое лицо безупречно выбрито.

– Надеюсь, тебе не нужно напоминать, насколько эта встреча важна для нашей фирмы? У Ван Дельвиков связи на самом верху!

Клифф молча смотрел на родителей и недоумевал: зачем они вообще его с собой взяли? Он был почти уверен, что они его не любят. Они не любили его с самого детства. А сейчас он подросток в пубертате, и от него одни проблемы. И это они ещё не догадываются о самом страшном, открывшемся ему, когда он смотрел на «Ютьюбе» документальный фильм о волках. Если они узнают его тайну – тут же лишат наследства. Ну и пусть. Эта их семейная фирма ему ненавистна. Все разговоры – только о торговле сырьём, о бюджете, сотрудниках, менеджменте. Он уже больше не может всего этого слышать.

Дворецкий открыл дверь, и Клифф увидел мраморный пол, парадную лестницу и люстру. В нос ударил поток тёплого воздуха. Пахло жарким из оленя, кошкой и дорогим парфюмом для дома.

О чёрт, здесь кошка?! Хорошо хоть её пока не видно.

У них забрали верхнюю одежду, а потом к ним вышла миссис Ван Дельвик – в переливающемся шёлковом платье кремового цвета и с двумя нитками жемчуга на огромной груди:

– Добро пожаловать! А ты, должно быть, Клиффорд. Энтони будет очень рад твоему обществу.

Ага, значит, вот почему его взяли? Сыночка развлекать. А он бы с гораздо большим удовольствием остался дома и подремал в своей уютной комнатке.

– Как дела в школе? – спросил мистер Ван Дельвик. Он был в тёмно-сером костюме и явно вылил на себя пол-литра мужских духов.

– Хорошо, сэр, – ответил Клифф.

– Он мог бы прилагать и чуть больше усилий, – сказал отец и сделал вид, что с любовью треплет его по плечу. Просто отвратно.

– А родители даже не сказали, что ты такой большой и сильный, – щебетала миссис Ван Дельвик, от которой исходил горьковатый запах лекарств. – Ты наверняка член футбольной команды?

– Нет, миссис Дельвик, я в команде борцов, хотя мне не особо нравится.

– Чудесно, чудесно. – Умение слушать, видимо, не было её сильной стороной. – Поднимайся сразу к Энтони, там уже есть один мальчик. На второй этаж, не ошибёшься. Ужин будет подан ровно в семь, – она одарила его сияющей улыбкой и посеменила на высоких каблуках дальше, болтая с его родителями, увлекая за собой и этот странный запах.

Клифф не торопясь понялся по лестнице и попытался ослабить галстук, который душил его, как удав. Интересно, где же кошка и как она поведёт себя, когда учует его запах?

Энтони, разумеется, ничуть не обрадовался его появлению:

– А, это ты тот тип с золотых рудников? Твои родители нехило так подлизываются к моим, ха-ха.

У него были рыжие волосы и неприятная ухмылка, и ещё от него исходил запах кислого молока, который Клифф еле выносил.

– Увы, и то и другое верно, – подтвердил Клифф, а потом взглянул на худого, но мускулистого мальчика с каштановыми волосами, который удобно уселся на пуфе, поджав под себя