Лабиринты Подземья. Кровь для Ворона - Ирина Иви

в открытое море, все дальше от берега, все выше и выше. Принцесса смеялась беззаботно и весело, сверкая счастливыми глазами, а Ворон впервые почувствовал к ней искреннюю симпатию и не без удовольствия носился с ней по волнам, беспечно тратя магический резерв на пустое развлечение, чего он так не любил раньше.

А из дворца, прижавшись горячим лбом к прохладному хрусталю окна, совершенно незаметному извне, на них смотрел черный колдун Шердэан. Переводя красные воспаленные глаза с ликующей дочери на водного мага, он с каждой минутой мрачнел все больше.

— Быть беде, — прошелестел в тишине нечеловеческий голос. — Девчонка сама не понимает, что творит. Ей еще предстоит превращение… Только ведь она ничего не знает… А как ей сказать?

* * *

Ворон и Ишнаис вернулись во дворец только после заката. Маг был доволен этой необычной прогулкой, да и своей спутницей тоже. Впрочем, очень скоро он и думать о ней забыл — были у него дела поважнее и одно из них касалось Верхнего Мира. Как раз завтра, если верить Давурусу, магу земли, который мог с помощью своей стихии худо-бедно отслеживать события, происходящие в Верхнем Мире, королевский маг Тиверий из Рисавии будет проезжать одно из тех немногих мест, где Ворон сможет пробиться на поверхность. Самому, конечно, выйти не получится, а вот забрать в Подземье одного мага — очень даже. Тиверий мало того, что был сильным магом-универсалом, он еще и обладал даром огня, так что ценность его для Шердэана была огромна. Долго, очень долго ждали они с повелителем подходящего момента и вот он наконец настал. Нужно только как следует подготовиться…

Принцесса же была ликующе счастлива. Этот день, начавшийся как тысячи других дней, завершился настоящей сказкой! И дело было не в водной магии, которая носила ее по морю, хотя и это было восхитительно. Нет, дело было в руках Ворона, которые он не снимал с ее талии, в его смехе, во взглядах и улыбках, обращенных к ней, в которых она впервые увидела искреннее тепло и неприкрытый интерес, ведь он всегда был так холодно-безразличен! В их разговорах, пустых и бессвязных, в которых они делились впечатлениями от этой безумной водной скачки. В стуке его сердца, который она чувствовала, прислонившись спиной к его груди, к его теплому дыханию на своей шее, заставлявшему ее замирать и покрываться щекотными прохладными мурашками.

И ей не было никакого дела до того, что она оставила бальную залу с приглашенными на ее день рождения гостями. Ничего не имело для нее значения. Она была счастлива здесь и сейчас, рядом с Вороном, и никто ей больше не был нужен. А что гости остались без виновницы торжества, так на то он и день рождения, чтобы она могла делать все, что ей заблагорассудится, а не то, что предписывают правила вежливости и хорошего тона.

Ишнаис, даже не зайдя попрощаться с гостями, побежала к себе, перескакивая сразу через две ступеньки, а могла бы и лететь, не касаясь ногами пола — этим вечером она на себе прочувствовала выражение «выросли крылья».

А в своих покоях принцесса обнаружила отца и выражение его лица вмиг спустило ее с небес на землю.

Глава 7

Кто на новенькую?

Я проснулась от громкого стука и ничего не соображая спросонья, даже еще толком не сообразив, где я, ринулась открывать. За дверью оказался парень на вид чуть старше меня, в светлой рубашке и кожаных сапогах. При виде меня брови его взлетели вверх, глаза округлились, и он присвистнул. А я почувствовала, как щеки мои заливает горячий румянец. Ибо я стояла перед незнакомцем в короткой, выше колен, ночной рубашонке, тесемка, стягивающая горловину, за ночь развязалась, горловина, почувствовав свободу, неприлично разъехалась и сползла с одного плеча.

— П-простите! Я сейчас, — пискнула я и захлопнула дверь перед носом посетителя. Схватив со спинки стула длиннющий — не по размеру — халат и проклиная прислужницу, которая вчера, охая и стеная, принесла мне эти вещи — слишком маленькую ночную сорочку и слишком большой халат, причитая, что они-де ждали охотника-мужчину, а не девушку и потому ничего женского у нее попросту нету. Клятвенно пообещав снабдить меня личным гардеробом завтра, она отдала мне халат с сорочкой, извинившись за их размеры (вот уж не знаю, с кого она их сняла, а привередничать мне было не с руки, потому что никакой другой одежды, кроме той, что была на мне, все равно не было). Я поблагодарила, заверила девушку, что ничего страшного не произошло… а сегодня опозорилась перед посторонним мужчиной!

Ладно, что уж теперь.

Завернувшись в безразмерный халат, я вернулась к двери.

— Заходи.

Незнакомец вошел, с любопытством вертя головой по сторонам, хотя смотреть-то особо было не на что — комната как комната.

— При-иве-ет, — протянул он, переведя на меня взгляд, в котором так и плясали смешинки. — Прости, что разбудил — не ожидал, что ты в это время еще спать будешь. Просто хотел познакомиться со своим новым напарником, а оказалось, что с напарницей. Неожиданно вышло — Эрих меня предупредил, что я сильно удивлюсь, когда увижу нового ловчего, но я не думал, что настолько.

Он заразительно улыбнулся, и я невольно разулыбалась в ответ. Тут же вспомнила, где нахожусь и как именно меня сюда доставили — против моей воли, да еще в передвижной клетке — и улыбка завяла, сменившись хмурым взглядом из-под насупленных бровей. Парень, уловив эту перемену, тоже посерьезнел.

— Понимаю, тебе не до веселья — оторвали от дома, приволокли во дворец. Но с этим ничего не поделаешь. Ты же понимаешь, что такое может случиться с любым, если он обладает умением или талантом, в котором появится нужда в Хрустальном дворце. Приходят ловцы со своим фаэризом и р-раз — ты уже не принадлежишь себе!

Я внимательно слушала и старательно запоминала все, что говорил мой гость, не подозревавший, что я не имею ни малейшего понятия о тех очевидных — с его точки зрения — вещах, известных каждому жителю Подземья.

— Ты прав — не до веселья, — проронила я. — Когда ты пришел, даже не сразу сообразила, где я. Даже одежды запасной нет. Я уже не говорю о том, что я сейчас чувствую.

— Прекрасно тебя понимаю, — он с сочувствием посмотрел на меня. — Сам прошел через все это. Но поверь, нам еще повезло — быть охотником в Хрустальном дворце почетно и не обременительно. Быть может, жизнь здесь тебе понравится больше, чем твоя прежняя.