Глаз Сивиллы (сборник) - Филип Дик

— Не сомневаюсь, что это ему по силам.

Вернувшись из парка, Милт нашел марсианское растение увядшим. Сухие поникшие стебли и опавшие желтые листья однозначно указывали причину гибели — обезвоживание.

— Даже не пытайся выдумать убедительное объяснение, все ясно, как белый день, — буркнул Милт, глядя на мертвые стебли. — Ты отлично понимаешь, что это значит. В земном воздухе должно быть гораздо больше влаги, чем в марсианском, даже после реконструкции. А ваг засох. Подозреваю, что взрывы проксимианских ядерных бомб опустошили океаны, поэтому-то в воздухе и осталось так мало влаги. Скажешь, я не прав?

Мэри не ответила.

— Никак не возьму в толк, зачем вы продолжаете эту дурацкую игру. Ведь я же закончил свою работу!

Немного помолчав, Мэри спросила:

— По-твоему, на других планетах не понадобятся инженеры-реконструкторы?

— Сколько же новых миров вы захватили?

— Речь идет не о новых мирах, а о Земле. Здесь восстановительные работы затянутся на века, нам потребуется твой талант и опыт инженера-реконструктора. Конечно, я ничего не утверждаю — просто следую логике твоих рассуждений.

— Значит — Земля. Вот оно в чем дело, а я-то гадал, почему так легко вырвался… — Милта вдруг осенило. — Мне не разрешат вернуться на Марс… — Все встало на свои места. — И я никогда не увижу Фей, ты заменишь ее в моей жизни.

— Во всяком случае, попытаюсь. — Улыбаясь краешками губ, Мэри погладила его по плечу.

Смутившись, он отступил, взял со стола горшок с марсианским растением и кинул в утилизатор отходов.

— Давай-ка отправимся в Нью-Йорк, в Музей Современного Искусства, а затем, если останется время, посетим «Смитсоник»[4], — предложила Мэри. — Мне велели развлекать тебя, чтобы не оставалось времени на ненужные размышления.

— Но я все равно буду размышлять, — пробормотал Милт, наблюдая, как она снимает купальник и переодевается в серое вязаное платье.

«Ничего уже не исправишь, — думал он. — С каждым инженером-реконструктором произойдет то же самое, как только он закончит свой участок. Я только первый в этой длинной веренице.

Первый, но не последний… И то ладно».

— Ну, и как я выгляжу? — спросила Мэри, подкрашивая перед зеркалом губы.

— Великолепно.

«Неужели Мэри будет встречать всех прибывающих инженеров и станет любовницей каждого из них? — пронеслось в голове у Милта. — Мало того, что Мэри не та, за кого себя выдает, она и в этом лживом обличье пробудет со мной недолго.

Землянка она или нет, в конечном счете, не так уж и важно. Главное, она живая.

Неужели я останусь один?»

Ему стало жаль себя, потеря вдруг показалась значительной. Он уже привык к Мэри, временами она ему даже нравилась.

«По крайней мере, мы проиграли войну не призракам, а живым существам из плоти и крови. Хоть это утешает».

— Ты готов, дорогой? — игриво спросила Мэри.

Уже утром в Смитсоновском музее, направляясь от «Духа Святого Луиса»[5] к невероятно древнему, казавшемуся ровесником динозавров аэроплану братьев Райт[6], Милт наконец увидел в соседнем зале то, что так настойчиво искал.

Ничего не сказав Мэри, которая с неподдельным интересом рассматривала коллекцию необработанных полудрагоценных камней, он бесшумно ускользнул и через несколько секунд оказался перед витриной. Вывеска в правом верхнем углу гласила:

«ОБРАЗЦЫ ВООРУЖЕНИЯ ПРОКСИМИАН. 2015 год».

За стеклом с оружием наизготовку застыли три солдата.

Рядом громоздились останки их военного транспортного корабля, над обломками развевался бледно-коричневый стяг Проксимианской Республики. Проксимианам, оказавшимся на территории врага, предстояло сделать выбор: сдаться или погибнуть. На темных, перепачканных грязью и сажей мордах читалась ненависть и непоколебимая решимость стоять до последнего.

На витрину таращилась группа землян. Милт обратился к ближайшему мужчине, седовласому бизнесмену средних лет:

— Ну точь-в-точь живые, как по-вашему?

— И не говорите, — ответил бизнесмен. — А самому-то вам пришлось повоевать?

— Я — инженер-реконструктор.

— О, — понимающе кивнул сосед. — У этих проксимиан такой зверский вид, того и гляди, вышибут стекло и всех нас перебьют. — Он вздохнул. — Вообще-то, прежде чем сдаться, эти ребята дрались отчаянно, и следует уважать их хотя бы за храбрость.

В разговор вступила стройная, элегантно одетая женщина:

— От этих винтовок меня в дрожь бросает. По-моему, чучела сделаны чересчур уж реалистично. Нельзя так пугать людей.

Она в негодовании отошла.

— Да, вы, несомненно, правы, — пробормотал Милт. — Они выглядят чертовски реально.

«Скорее всего, экспонат — настоящий. Зачем нужны фальшивки, если подержанное оружие и амуниция под рукой?»

Милт нырнул под перила ограды и что было силы ударил ногой по стеклу. Во все стороны брызнули осколки. Посетители в ужасе разбежались.

Когда в зал влетела Мэри, Милт выхватил у одного из проксимиан винтовку и направил на нее.

Мэри встала, как вкопанная, тяжело дыша.

— Будь по-вашему, я согласен на вас работать! — заорал Милт, держа ее под прицелом. — В конце концов, если все земляне погибли, колонии им ни к чему. Но прежде я хочу узнать правду. Покажи мне, что стало с Землей!

— Нет, Милт, если ты узнаешь правду, то не захочешь жить. Ты застрелишься из этой самой винтовки. — Голос Мэри звучал спокойно, даже сочувственно, хотя глаза горели огнем.

— Тогда я убью тебя, — крикнул Милт, мысленно добавив: «А потом себя».

— Подожди, Милт. — Она задумалась. — Понимаешь, все не так просто. Сейчас ты почти ничего не знаешь, но уже не находишь себе места. Что же с тобой станет, когда ты увидишь, как изуродовала война твою родную планету? Поверь, у меня самой сердце кровью обливается от этого зрелища, а ведь я всего лишь… — она запнулась.

— Ну, продолжай же!

— Я только… — Слова душили ее. — Посторонний наблюдатель.

— Но я прав? Отвечай же!

— Да, Милт, ты прав. — Она вздохнула.

В дверях появились два вооруженных охранника музея.

— Мисс Аблесет, вы не пострадали?

— Пока нет. — Мэри не спускала глаз с винтовки в руках Милта. — Стойте и ничего не предпринимайте, — приказала она охранникам.

— Да, мадам. — Охранники застыли.

— Уцелела ли хотя бы одна земная женщина?

Помедлив, Мэри сказала:

— Нет, Милт. Но как тебе наверняка известно, у проксимиан тот же набор генов, мы можем дать совместное потомство.

— И на том спасибо. — Милту захотелось направить ствол винтовки себе в грудь и нажать спуск.

«Все даже хуже, чем я предполагал. То существо, что я встретил на третьей посадочной площадке, никакая к черту не Фей! Дочери — тоже подделки!»

— Послушай, Мэри или как тебя там, я закончил свои дела и хочу вернуться на Марс. Там док Девинтер, он поможет в трудную минуту. Ну что, отпустите?

— Конечно, конечно. — Казалось, она разделяет его чувства. — Ведь ты же сделал там за нас всю работу и имеешь полное право вернуться. Но, если хочешь, задержись на год-другой. Марс в самом скором времени будет заселен, нам нужны новые территории. Там станет гораздо теснее… Да ты и сам увидишь. — Она попыталась улыбнуться, но губы не слушались. — Милт, мне очень жаль, что все так получилось.

— Мне тоже. Черт, мне жаль с тех пор, как погиб ваг. Уже тогда я знал правду. Не предполагал — знал точно.

— Тебе наверняка будет интересно узнать, что твой коллега, инженер-реконструктор Красного района, Кливленд Эндр выступил вместо тебя на собрании. Он прочел твое сообщение, добавив кое-что из собственных соображений. Инженеры единодушно проголосовали послать своего официального представителя на Землю, и Кливленд сейчас в пути.

— Конечно, это интересно, хотя… вряд ли что-нибудь изменит. — Милт отшвырнул винтовку. — Могу я вернуться на Марс прямо сейчас? — Он чувствовал себя совершенно измотанным. — Сообщите доку Девинтеру, что я возвращаюсь. Пусть готовит свою технику для лечения психов. А что с земными животными? Хоть кто-нибудь выжил? Хотя бы кошки или собаки?

Мэри переглянулась с охранниками. Один из них кивнул и она сказала:

— А может, это и к лучшему.

— Что к лучшему? — не понял Милт.

— Что хоть на несколько секунд ты увидишь мир своими глазами. Пока ты держишься лучше, чем мы предполагали. Посмотрим, что будет дальше. — Подумав, Мэри добавила: — Да, Милт, кошки и собаки выжили, они живут в развалинах. Иди же и посмотри сам.

Он последовал за ней, думая на ходу:

«А может, она права? Действительно ли я хочу увидеть, что стало с Землей после войны?»