Поцелуй возлюбленного - Мэри Блейни

– Если бы пистолет был заряжен, я бы не колеблясь воспользовалась им. Поскольку ствол находится совсем близко от вашей груди, я не могу промахнуться. – Она закрыла глаза и оттянула курок, чтобы показать, что сумеет это сделать, если понадобится.

Звук выстрела эхом прокатился по комнате. Оливия вскрикнула и уронила пистолет.

– Нет! Нет! Нет!

Что она наделала? Потянувшись к сюртуку Майкла, она с силой дернула его, отчего отлетели пуговицы.

– Не умирайте! Не умирайте!

А где кровь? Пуля прошла насквозь?

Он схватил ее за руку, причем не слишком деликатно.

– Перестаньте, Лолли! Это был гром. Пистолет не заряжен.

Новая вспышка молнии и удар грома убедили ее. Она бросилась на колени на пол у его ног. Ее стоны превратились в рыдания.

– Я не лучше их. Я могла вас убить, я бы убила вас. Заберите пистолет. Я не хочу его больше видеть.

– Довольно драматизировать, моя девочка.

Лед в его голосе дошел до нее, несмотря на отчаяние. Она снова зарыдала, села на корточки и посмотрела на него снизу вверх. В глазах Гаррета она прочитана заботу, которую трудно было заметить в его голосе. И это успокоило ее.

– Я не враг вам, Лолли. Возьмите эти веревки, и мы бросим их в огонь. В этом случае никто из нас не будет ими связан.

Подбородок у нее дрожал, и Оливия закусила губу, чтобы сдержать слезы.

Гаррет спас ей жизнь, он делал все, чтобы согреть ее, он позволил ей ехать на своей лошади. Все это было весьма щедро. Поднявшись, Оливия закрыла глаза и попыталась разобраться в своих чувствах. Внезапно ее охватило отчаяние.

Она впала в истерику при мысли о том, что причинила боль Майклу Гаррету. Разве она беспокоилась из-за людей, которые ее похитили? Нет. Она надеялась, что они погибли или, что еще лучше, были придавлены деревом, которое свалилось от удара молнии, и умирали сейчас медленной мучительной смертью.

Оливия страшно устала. У нее болело горло. Саднило ноги. Она не могла дать себе отчет в том, когда до такой степени обезумела, но ей и не требовалось разумного объяснения. Она просто должна прислушиваться к тому, что подсказывает сердце. Он ее спаситель. Она встала на ноги.

– Послушайте меня. – Майкл хотел взять ее за плечи, но Лолли отступила на шаг, и он опустил руки. – Мы оказались здесь волей случая или Господа Бога.

Оливия кивнула, слишком утомленная, чтобы что-то ответить; кроме того, сейчас он был зол, но его злость не шла ни в какое сравнение со злостью похитителей, которым она пыталась дать отпор.

– Лолли, я настолько замерз, меня так измучил ветер, что я плохо соображал, куда мы едем, я мог чувствовать лишь направление.

Его гнев был сродни гневу Дэвида, когда он уставал от ее болтовни. Или Джесса, когда они были партнерами при игре в вист и она оказывалась виновницей проигрыша. Раздражение – вот что это было.

– Вы узнали это место, – продолжил он, – однако я верю, что вы сказали мне правду о том, что были все время с завязанными глазами.

Пока она обдумывала его слова, Гаррет прошел в угол комнаты и подхватил веревки. Вернувшись, швырнул их в огонь. Они стали извиваться, как змеи, наконец, загорелись и исчезли в пламени, выбросив сноп искр в трубу и оставив неприятный запах.

– Сядьте и подумайте. Шевелите мозгами и думайте, – настойчиво повторил он, словно полагая, что женщины никогда не включают мозги. – Я хочу подняться на чердак и посмотреть, не найдется ли там чего-нибудь полезного. – Он помедлил и сказал на сей раз мягче: – Я понимаю, что это место рождает множество неприятных воспоминаний. Наверное, они самые тяжелые в вашей жизни.

Она кивнула и села на стул поближе к огню.

– Подумайте об этом, Лолли, и если в вас достаточно здравого смысла, вы поймете, что сейчас все-таки лучше оставаться здесь.

Глава 8

Оливия закрыла глаза, прислушиваясь к тому, как он тщательно проверял крепость стремянки, прежде чем подняться по ней.

Троя подошла поближе, ткнулась Оливии в плечо, и она поняла, что плачет. Это не были рыдания, просто по ее щекам катились слезы. Она подняла руку, смахнула слезы и прошептала:

– Я хотела, чтобы мы отправились домой.

Кобыла кивнула. Троя – это еще одно подтверждение того, что Гаррет – благородный человек. Ни одна столь умная лошадь не может быть предана негодяю.

Лолли вдруг пришло в голову, что лошади будет гораздо удобнее, если снять с нее седло и уздечку. Обрадовавшись, что может сделать что-то знакомое и полезное, Оливия соскочила со стула, задавая себе вопрос, нет ли у Гаррета щетки и скребницы, чтобы почистить Трою. Похоже, никакого овса для Трои не было, а при таком дожде невозможно подкормить ее. Как животные переносят голод?

Лолли ослабила подпругу и потянула седло. Оно оказалось тяжелее, чем она ожидала. Лолли потянула сильнее и упала, а седло свалилось на нее.

Боль в животе на мгновение парализовала ее. Несколько секунд Лолли чувствовала, что не может ни вздохнуть, ни застонать. В этот момент появился Гаррет и снял с нее седло. Однако это не помогло.

– Вы ушиблись?

Она покачала головой и прижала руку к животу. Сердце стучало, как барабан, в ушах шумело, Оливия тщетно пыталась глотнуть ртом воздух. Это было похуже больного горла.

– Это пройдет.

Она почувствовала, что Майкл хочет расстегнуть на ней шинель и оттолкнула его руку.

– Все… в порядке, – смогла выдавить она.

Он ничего не сказал, но кивнул и вернулся к огню.

Троя ткнулась ей в плечо, и Лолли протянула руку, чтобы погладить лошадь.

Лолли лежала на полу и смотрела в потолок. Боль, наконец, прошла, и она могла теперь нормально дышать. Запах помещения щекотал ноздри. Именно по запаху она его узнала. Оно пахло пылью, пустотой и дымом от дров. А сейчас еще и Троей. Оливия закрыла глаза и снова втянула в себя воздух. Даже с закрытыми глазами – и в особенности с закрытыми глазами – она узнает это место даже через десяток лет.

Чем скорее они отсюда уедут, тем лучше. Как только они окажутся в пределах Пеннсфорда, будет лучше, если он оставит ее; она доберется до дома самостоятельно.

Гаррет вернулся и присел рядом с ней на корточки.

– Теперь вы мне доверяете? Разрешите, я помогу вам?

Майкл никогда не узнает, что убедило ее принять его помощь, пусть и в столь незначительном деле, однако она кивнула, хотя и с осторожностью, но все же не столь напряженно.

– Хорошо.

– Все, что я хочу, это глотнуть немного бренди, сесть поближе к огню и согреться. Вам следует сделать то же самое.

– Как только я удостоверюсь, что у нас достаточно дров и их хватит на ночь.

– Вы не должны выходить наружу. Это опасно.

– Думаю, что я предпочел бы Лолли, которая не заботится о том, что со мной случится.