Мальтийский сокол - Дэшил Хэммет

У Спейда не было четких инструкций на тот случай, если он найдет Флиткрафта. И он пригласил его к себе в Давенпорт. Чувства вины Флиткрафт не испытывал. Он оставил свою первую семью хорошо обеспеченной, собственное же поведение казалось ему вполне оправданным. Его волновало только, сумеет ли он объяснить Спейду резоны своих поступков – ведь ему пока не приходилось развивать свои доводы вслух.

– Я-то его понял, – сказал Спейд Бриджид О'Шонесси, – но миссис Флиткрафт так никогда и не смогла понять. Она считала его поступок идиотским. Может, она и права. Скандала она не хотела, а после такого гнусного обмана – так она смотрела на это – он ей был больше не нужен. Поэтому они развелись по-тихому, и все остались довольны.

– А теперь послушайте, что с ним произошло, – продолжал Спейд. – В тот день по дороге на обед он проходил мимо стройки. Неподалеку от него на тротуар грохнулась балка, сорвавшаяся с восьмого или девятого этажа. Балка его не задела, правда, осколком выбитого асфальта ему оцарапало лицо. Просто кожу содрало, но шрам все-таки остался. Когда он рассказывал об этом, то любовно потирал его пальцем. Хотя он, по собственному признанию, до смерти испугался, главным все же было потрясение, а не испуг. Он испытывал такое чувство, будто кто-то сорвал покров с жизни и показал ему ее устройство.

Флиткрафт был достойным гражданином, хорошим мужем и заботливым отцом не по принуждению, а из внутренней потребности жить в согласии с окружающим миром. Его так воспитали. Такими были люди вокруг него. Та жизнь, которую он знал, была ясной, упорядоченной, здравой и ответственной. Падение балки показало ему, что на самом деле жизнь совсем не такова. Его, достойного гражданина, мужа, отца, могло смахнуть с лица земли между конторой и рестораном случайно сорвавшейся балкой. Он вдруг осознал, что люди умирают по чистой случайности, а живут лишь до тех пор, пока их щадит слепой рок.

И потрясла его больше всего даже не несправедливость, с ней в конце концов, оправившись от первого шока, он смирился. Самое сильное потрясение он испытал, открыв для себя, что, упорядочивая свои дела, он отдалялся от жизни, а не приближался к ней. Он сказал, что, не успев пройти и двадцати футов от того места, где упала балка, понял, что не обретет душевного покоя, пока не приспособит себя к новому пониманию жизни. К концу обеда он уже знал, как ему приспособиться. Жизнь его может прервать случайно сорвавшаяся балка: нет уж, он сам ее изменит не менее случайным образом, просто исчезнув. По его словам, он любил свою семью, как все любят, но, во-первых, он оставлял ее обеспеченной, а во-вторых, он любил домочадцев не настолько, чтобы разлука с ними была для него мучительной.

– В тот же день он уехал в Сиэтл, – сказал Спейд, – а оттуда пароходом добрался до Сан-Франциско. Пару лет его носило по стране, а затем принесло на Северо-Запад, в Спокан, где он осел и снова женился. Его новая жена внешне не была похожа на прежнюю, но все-таки между ними было много общего. Она принадлежала к тому хорошо известному типу женщин, которые любят гольф, бридж и новые рецепты салатов. Он никогда не жалел о содеянном, поскольку считал свое поведение оправданным. Я даже думаю, что не догадывался, что, как и следовало ожидать, попал в ту же самую колею, из которой выбрался в Такоме. Но именно это мне больше всего в нем и нравилось. Он приспособился к тому, что балки падают, а когда они падать перестали, он приспособился и к тому, что они больше не падают.

– Захватывающая история, – сказала Бриджид О'Шонесси. Она встала с кресла и подошла почти вплотную к Спейду. Ее широко раскрытые глаза смотрели на него очень многозначительно. – Мне, видимо, не надо объяснять вам, в сколь сложное положение вы при желании можете меня поставить в его присутствии.

Спейд улыбнулся не разжимая губ.

– Нет, объяснять это мне не надо, – согласился он.

– И вы также знаете, что я бы никогда не поставила себя в такое положение, если бы не доверяла вам полностью. – Большим и указательным пальцами она вертела черную пуговицу на его синем пиджаке.

Спейд воскликнул с притворной уступчивостью:

– Опять вы за свое!

– Но вы же сами знаете, что это правда, – настаивала она.

– Нет, я этого не знаю. – Он похлопал по руке, которая вертела пуговицу. – Моя попытка выяснить, почему я должен доверять вам, привела нас сюда. Не будем запутывать простые вещи. Впрочем, пока вам удается убеждать меня слепо доверять вам, вам нет нужды доверять мне.

Она изучающе разглядывала его лицо.

Спейд засмеялся. Потом еще раз похлопал ее по руке и сказал:

– Не забивайте сейчас себе этим голову. Он будет здесь с минуты на минуту. Заканчивайте с ним свои дела, а потом мы решим, что нам делать дальше.

– И вы позволите мне побеседовать… с ним… как я захочу?

– Разумеется.

Она отпустила пуговицу и сжала его пальцы. Потом сказала с нежностью:

– Мне вас бог послал.

Спейд заметил:

– Не переигрывайте.

Джоэл Кэйро был расстроен. Темные глаза его были в пол-лица. Не успел Спейд открыть дверь, как он торопливо запищал:

– Тот мальчишка шпионит за домом, мистер Спейд, мальчишка, которого вы показали мне около театра или, может, которому вы показали меня. Как это понимать, мистер Спейд? Я шел сюда с добрыми намерениями, не подозревая о подвохе или ловушке.

– Вас и пригласили сюда с добрыми намерениями. – Спейд хмуро задумался. – Впрочем, я мог бы догадаться, что он снова припрется сюда. Он видел, как вы входили ко мне?

– Естественно. Я хотел пройти мимо, но он уже видел нас вместе, так что это было бы глупо.

Бриджид О'Шонесси появилась за спиной Спейда и встревоженно спросила:

– Что за мальчишка? О чем вы?

Кэйро снял свою черную шляпу, сухо поклонился и сказал обиженным голосом:

– Поинтересуйтесь у мистера Спейда. Я знаю обо всем только с его слов.

– Какой-то недомерок весь вечер таскался за мной по городу, – бросил Спейд через плечо, не поворачивая головы к девушке. – Входите, Кэйро. Зачем говорить на пороге, развлекая соседей?

Бриджид О'Шонесси схватила Спейда за руку и испуганно спросила:

– Он видел вас и возле моего дома?

– Нет. Я оторвался от него, перед тем как прийти к вам. Тогда, как я предполагаю, он и вернулся сюда в надежде снова сесть мне на хвост.

Кэйро, двумя руками прижимая черную шляпу к животу, вошел в прихожую. Спейд закрыл за ним входную дверь, и они прошли в гостиную. Там Кэйро еще раз учтиво нагнул голову и сказал:

– Рад видеть вас снова, мисс О'Шонесси.

– Я и не сомневалась в этом, Джо, – ответила она, протягивая руку.

С легким поклоном он пожал ее руку и тут же отпустил.

Она села в кресло-качалку, на свое прежнее место. Кэйро сел в кресло у стола. Повесив шляпу и пальто Кэйро в шкаф, Спейд сел на диван около окна и принялся сворачивать сигарету.

Бриджид О'Шонесси сказала Кэйро:

– Сэм рассказал мне о твоем предложении купить сокола. Как скоро ты можешь приготовить эту сумму?

Брови Кэйро дрогнули. Он улыбнулся.

– Она уже готова. – Какое-то время улыбка еще подержалась на его лице, а потом он взглянул на Спейда.

Спейд прикуривал сигарету. Лицо его было совершенно спокойным.

– Наличными? – спросила девушка.

– О да, – ответил Кэйро.

Она нахмурилась, высунула кончик языка, убрала его, спросила:

– Ты можешь дать нам сейчас пять тысяч долларов в обмен на сокола?

Кэйро замахал рукой:

– Простите меня. Я, видимо, неудачно выразился. Я не хотел создать впечатления, что деньги у меня в карманах, я имел в виду только то, что могу получить их буквально за несколько минут в часы работы банков.

– О! – она взглянула на Спейда.

Спейд выдохнул сигаретный дым себе на грудь и сказал:

– Похоже, он говорит правду. Сегодня днем, когда я обыскивал его, у него было при себе всего несколько сотен долларов.

Он ухмыльнулся, увидев, что глаза ее округлились от удивления.

Левантинец наклонился вперед. Его глаза и голос выдавали нетерпение.

– Я вполне могу передать вам деньги, скажем, в половине десятого утра. Идет?

Бриджид О'Шонесси улыбнулась ему.

– Но сокола у меня нет.

Лицо Кэйро почернело от злобы.

Девушка издевательски усмехнулась.

– Впрочем, он будет у меня, самое позднее, через неделю.

– А где он сейчас?

– Там, где его спрятал Флойд.

– Флойд? Терзби?

Она кивнула.

– И вы знаете, где он спрятал его? – спросил он.

– Думаю, что да.

– Тогда зачем нам ждать неделю?

– Может быть, и меньше. Для кого ты покупаешь сокола. Джо?

Брови Кэйро поползли вверх.

– Я говорил мистеру Спейду. Для его законного владельца.

Девушка, судя по лицу, искренне удивилась.

– Так ты снова вернулся к нему?