Замки у моря - Памела Бэрфорд

Квин выглядел восхитительно, и Молли не смогла сдержаться: она встала на цыпочки и быстро чмокнула его. Но по непонятной причине вкус его губ, влажных и прохладных, пробудил в ней волнение.

Она целовала его губы, и их вкус смешивался с каплями дождя. Он хотел заключить ее в свои объятия, но она, улыбнувшись, высвободилась и провела несколько раз языком по его губам. Тогда Квин обхватил ее руками, прижимая к своей промокшей одежде. Она продолжала целовать его, стараясь выкрутиться из объятий, но он только крепче сжимал ее. Наконец освободил, и она шагнула в сторону, смеясь и учащенно дыша.

— Вот так! — торжествующе произнес он. — Не пытайся побороть меня, сестренка!

— Ты меня намочил!

— Правда?

Она усмехнулась в ответ.

Его напряженный взгляд остановился на ее груди. Голубая футболка прилипала к телу, и сквозь тонкий материал отчетливо проступали соски.

Конечно, он видел ее и обнаженной, но ничто так не разжигало парня, как поддразнивание.

Какие все-таки странные и непонятные эти мужчины, подумала Молли. Любвеобильные… А некоторые еще и вкусно пахнут. История с Филом не заставила ее охладеть к ним.

Она оттянула футболку, но та прилипла снова.

— Что ты делал на улице?

— Заносил в дом вещи. С первым этажом уже закончил. — Увидев ее непонимающий взгляд, Квин сказал: — Молли, ураган надвигается!

— Как?!

— Ты что, не слышала? Об этом говорили в «Новостях».

— Я не включала телевизор целый день. А нас не должны эвакуировать или что-нибудь в этом духе? Почему мы не уезжаем подальше от берега?

— Все будет в порядке, надо только принять меры предосторожности.

— Чем я могу помочь?

— Знаешь, было всеобщее предупреждение. Если на тебе надета мокрая футболка, то ее надо снять. Сейчас же.

— Хорошая приманка.

— Я предупредил. Не обвиняй меня потом, когда подхватишь урагановую простуду.

— А нам не надо заколотить досками окна?

— Надо, но если ты думаешь, что сейчас я прыгну в машину и поеду за досками, а потом буду приколачивать их и спасать от разрушения дом, чей хозяин плевать на него хотел, то ошибаешься.

— Понятно.

— Но в машине есть скотч. Мы заклеим все окна, чтобы, если они разобьются, не разлетелись осколки. Еще надо убрать твою веранду. Ты пока набери воду во всякие тазики, а то ее могут отключить. И поищи свечки.

— Хорошая идея. О, это здорово!

Квин улыбнулся и открыл раздвижную дверь на веранду. В комнату ворвался сильный ветер с дождем, но Квин отважно, как в фильме, который они недавно смотрели, пошел навстречу стихии.

Пока он заносил столик, стулья и мангал, Молли переоделась в светлый топ и зеленые шорты с отворотами. Она наполнила все, что только можно, водой и нашла одну свечку и фонарик, который, несмотря на все ее усилия, не включался.

Квин поставил все в дальний угол гостиной. Спускаясь вниз по лестнице, он стал снимать с себя промокшую одежду и уже через несколько мгновений вернулся в сухих шортах и футболке, которую ему подарила Молли, желая разнообразить его униформу для отдыха. Футболка была серого цвета, и на ней красовался мультяшный самолет.

Квин принес из машины скотч, исправный фонарь и нашел несколько коробок со свечками под раковиной.

Молли расчистила место в гостиной и положила на пол толстый плед и пару подушек с дивана. Это их теплое гнездышко, из которого они будут наблюдать за буйствами матушки-природы. Единственное, что портило вид, — скотч, которым Квин укрепил раздвижную дверь.

— Присоединяйся ко мне.

Молли похлопала ладошкой по пледу. Скрестив ноги, она сидела и наблюдала за все усиливающимся штормом. Потом взяла штопор, открыла бутылку вина и разлила его в два стакана.

Квин скинул сандалии и устроился рядом с нею, взяв предложенный стакан.

— Я должен был догадаться, что ты превратишь ураган в веселое развлечение.

— Знаешь, надо выключить свет, так будет интереснее.

Как по команде, свет заморгал. Молли хихикнула и раскинула руки.

— Силы тьмы, выполняйте мою команду!

Свет погас, и Молли потрясла кулаком.

— Да! У меня есть сила!

Квин поставил стакан и встал.

— Если великий повелитель тьмы соблаговолит зажечь несколько свечек, я не откажусь от его помощи.

Скоро по всей комнате в чашечках и блюдцах стояли свечки. А снаружи было темно, как ночью. Огромные волны придвигались все ближе и ближе. И уже оказались в опасности дома, стоящие прямо на пляже.

Квин сказал, что вряд ли вода дойдет до их дома. Но Молли сомневалась. Да и без наводнения дом сильно пострадает. А если учесть, что он уже имел не лучший вид, то неизвестно, во что он превратится после урагана.

Раздвижная дверь дрожала от ветра и дождя. Сквозняк находил каждую щелочку, и пламя свечей дрожало, пританцовывая. Квин и Молли молча сидели, облокотившись на подушки, потягивая вино и слушая крики чаек.

Окно превратилось в зеркало. Изучая себя в этом зеркале, Молли поднесла к губам стакан вина. Она видела, как Квин смотрит на ее профиль, потом берет бутылку и наполняет стаканы.

Она решила спросить его, не голоден ли он — время было обеденное, — но не хотелось есть, двигаться, разрушать этот чарующий момент.

Она не могла сказать, сколько времени они провели, сидя так, — час… два… Они были заброшены на необитаемый остров, взятый в блокаду ветром и дождем. Они стали пленниками сил тьмы. При этой мысли на ее губах появилась улыбка.

Квин встретился с нею взглядом в окне-зеркале. Он хотел узнать, что вызвало эту улыбку, но не стал нарушать тишину. Их взгляды были прикованы друг к другу несколько долгих минут.

Наконец Квин опустил глаза. Молли почувствовала взрыв обиды. Он отставил стакан с вином в сторону. Его движения были обманчиво медленны, когда он забирал стакан из ее рук и ставил рядом со своим.

Потом он повернулся к Молли и поцеловал ее. Его губы были сладкими от вина и нежными. Его пальцы блуждали в ее волосах, его тело накрывало ее. Его сила, пыл, натиск сводили ее с ума.

Их губы слились, будто возвращались в забытое состояние, их ноги сплелись, будто были созданы для этого. Ее руки обнимали его плечи не с нежностью, а со страстью. Его язык ласкал, проскальзывал глубоко в рот, чтобы ощутить ее вкус. И она льнула к нему, желая этого, нуждаясь в этом, не в силах больше ждать.

Когда он провел пальцем по ее груди, обрисовав линию топа, она отстранилась, испытывая головокружение и недостаток воздуха.

Глаза Квина подчиняли ее своей власти, взгляд стал опасным. Он продолжал ласкать ее плечи, шею. Когда он потянулся развязать лямку топа, Молли машинально схватила его за руку.