Ты - моя половинка - Эйлин Уилкс

Майкл усмехнулся, поплотнее укутавшись в плед. Что за глупая идея ждать смерти от банальной лихорадки?

— Я не смогла найти больше. Уже темнеет. Но этого должно хватить до утра, — сообщила Эй Джей, вернувшись к костру с охапкой сухих веток.

— Затянулся наш пикник, — отстукивая дробь зубами, горько констатировал лейтенант.

Эй Джей понимала, чего ему стоит это признание.

— Ой! — внезапно воскликнула она, глядя куда-то вверх и в сторону. — Майкл, ты видел эту птицу? Только что взлетела. Восхитительная. Вся ярко-красная и длинное желтое оперение хвоста.

— Подбрось-ка еще веток в костер, — усталым голосом попросил ее Майкл.

— Майкл, ты меня пугаешь, — пролепетала она, выполнив его просьбу. — Я сейчас вскипячу еще воды… Только сбегаю к реке, наполню кастрюльку.

— Прости меня, — проговорил Майкл, обессиливая.

Эй Джей поспешила уйти, чтобы не показывать ему свои слезы.

Они устроили привал у малого притока реки, который в этих местах больше напоминал обмелевший ручей. Эй Джей зачерпнула полную кастрюлю воды. Их ужин был прост. По пути им попалось дерево манго, и они набрали плодов достаточно, чтобы насытиться. Хотя плоды оказались не вполне зрелыми, они были пригодны в пищу.

— Учитывая, что сейчас декабрь, недурно, — заметила Эй Джей, надкусывая плод манго. — Жаль, что здесь мелководье. Можно было бы рыбы наловить…. Но простирнуть одежду самое оно, — прибавила женщина.

— О чем ты? — удивился Майкл. — До того ли сейчас?

— Это просто необходимо. Ты постоянно потеешь. С потом выходят вредные вещества. Я собираюсь выстирать твою одежду и помочь тебе помыться.

— Ты просто считаешь, что должна что-то для меня сделать. Даже если будешь возиться со мной, как с младенцем, мне это не поможет.

— Я предлагаю начать все с самого начала, — уверенно проговорила Эй Джей.

— То есть как — с самого начала?

— У тебя лихорадка из-за того, что рана изначально была не лучшим образом обработана. Мы спешили. Теперь же нам спешить некуда. Я простерилизую марлю, отфильтрую и прокипячу воду, осторожно промою рану, очистив ее от некротических тканей. Вновь тщательнейшим образом обработаем все перекисью водорода, нанесем бактерицидную мазь, наложим стерильную повязку и дадим твоей ноге покой. Покой — это то, что необходимо для восстановления, и то, чего у тебя не было все это время… Ну как, Майкл, ты поддерживаешь мой план?

Майкл внимательно всмотрелся в уверенное и спокойное лицо женщины и несколько раз кивнул в знак согласия.

— В таком случае приступим. Мы должны все успеть до полной темноты.

После трудов праведных, изможденные, они сидели рядом у костра, завернувшись в плед.

— И как же ты куролесила в колледже? — спросил у нее Майкл.

— Следует начать рассказ с того, что я потеряла девственность в мужской раздевалке при стадионе, — призналась, рассмеявшись, Эй Джей.

— Что ты такое говоришь?!

— Но это правда. Просто тогда я встречалась с капитаном бейсбольной команды нашего колледжа. У него имелись ключи от раздевалки. Должны же мы были где-то уединиться, чтобы заняться любовью. Комфорта, прямо скажем, никакого. На скамейках особо не разгуляешься. Но выбора у нас не было.

— То есть ты пошла в мужскую раздевалку для того, чтобы…

— Нет, конечно. Предлог был другой. Мы гуляли возле стадиона. Он предложил мне зайти внутрь — так он смог бы показать мне, где и как они тренируются. Я, разумеется, согласилась. Вот он и показал мне раздевалку…

— Ну, и как тебе это понравилось? — осведомился Майкл.

— Достаточно! Я открыла тебе свой маленький секрет, теперь ты давай разоблачайся.

— В семнадцать лет на заднем сиденье «ягуара». Весьма традиционно… Разочарована?

— В семнадцать у тебя был «ягуар»?! — изумилась женщина.

— Не у меня. У моего старшего брата Джейкоба. Он дал мне его на вечер в знак утешения. На следующий день я должен был ехать в военное училище… Ему же «ягуар» достался по дешевке. Старый разбитый кузов и неисправный двигатель. Джейкоб перебрал машину собственными руками, заменил вышедшие из строя детали, восстановил кузов и салон. После такой работы «ягуар» действительно выглядел впечатляюще. Без него я оставался бы невинным еще полгода или даже год.

— Твой брат увлекается восстановлением старинных автомобилей?

— Не совсем так. Он просто любит хорошие машины. Когда способен что-то делать собственными руками, уже не важно, богат ты или не очень. Можно по сходной цене приобрести развалюху с потенциалом и вернуть ей первозданный вид. И чувства к этой машине ты испытываешь совершенно иные, нежели к той, которую можно купить в любом автомобильном салоне.

— Полностью разделяю твое мнение. Поэтому женщины занимаются кройкой и шитьем.

— Верно… Деньги ничего не значат. Хотя мой брат Люк с этим не согласился бы. Он очень жаден до денег и чрезвычайно азартен. Но Люк — везунчик. Он играет на деньги и всегда выходит победителем, ну или почти всегда. Ему нравится жизнь на острие.

— Чем он занимается, кроме азартных игр?

— Люк — атлет. Успешный спортсмен, прирожденный победитель. Сейчас он обосновался на ранчо, занимается муштровкой скаковых лошадей.

— У вас просто семья чемпионов, — отозвалась женщина.

— Что касается моих братьев — это чистая правда.

— Ты скромничаешь или действительно думаешь, что не дотягиваешь до них? Я вот, например, считаю, что все наоборот.

— Скажешь мне это, когда нам удастся выбраться из смертоносных джунглей живыми. Договорились, Алиса?

— Договорились, Майкл. Уверена, тебя после этого непременно произведут в капитаны.

— А как же твое критическое отношение к военным? — припомнил ей недавние разногласия Майкл.

— У каждого своя миссия в этой жизни. Я уважаю твой выбор, — уверенно заявила она. — Для меня ты уже стал героем.

— Поосторожнее, Алиса. Не то у меня закружится голова… А что твой покойный муж, преподобный Дэниэл Келлехар? Он был святым?

— Дэн не был святым и не переживал по этому поводу. Но он был большим, сильным и добрым другом для всех людей, которым посчастливилось знать его. Зато вечно опаздывал, был очень рассеянным, мог напрочь забыть обо всех планах, если постоянно не напоминать ему… Приходилось по несколько раз вдалбливать одно и то же. Иногда он меня бесил этой своей отстраненностью. Но если Дэн болел за чью-то судьбу, то выкладывался. И этим ты на него очень похож, Майкл.

— Представляешь, мой отец за неделю до смерти женился в шестой раз, — мастерски сменил тему лейтенант Уэст, смущенный признанием молодой женщины.