Правда — и только правда - Беверли Брандт

— Гм… — неопределенно промычала Мэдди.

— Кстати, где он? Он сказал, что мы увидимся здесь в шесть часов. Надеюсь, он не опоздает. Я чувствую себя довольно глупо в этом костюме. Мне совсем не хочется, чтобы в этот вечер я прогуливалась здесь в купальнике одна-одинешенька.

Мэдди взглянула на часы. Было без пяти шесть. Съемочная группа Второго канала, по-видимому, была уже на пляже, с камерами наготове для вечернего выпуска теленовостей. Мэдди повела Дениз к открытым дверям, выходящим в патио, за которым начинался пляж. С южной стороны залива к берегу медленно приближалось судно. Наблюдая за ним украдкой, Мэдди мысленно молила небо: «Хоть бы это был Гай!»

— Я уверена, что он сейчас в пути, — сказала она, скрестив два пальца на счастье. Проходя по дворику вместе с Дениз, она встретилась глазами с Лилиан, приветственно поднявшей большой палец. Ободренная ее сигналом и улыбкой, Мэдди вдохнула поглубже и снова взглянула на море. Судно и впрямь приближалось.

— Почему бы нам, не пойти взять вам что-нибудь выпить, пока мы ждем его? — предложила Мэдди, махнув рукой на полинезийскую хижину, возведенную на пляже.

— Великолепная мысль, — сказала Дениз и кратчайшим путем направилась к хибаре, крытой пальмовыми листьями.

Мэдди шла за ней более медленным шагом, краем глаза следя за судном. Тяжело ступая по белому песку, она подумала о своей неподходящей обуви. Нужно было надеть сандалии вместо этих черных лодочек. Но если бы она вообще знала, как ей одеться в этот вечер! Можно подумать, кто-то будет на нее смотреть.

Она повернула голову в сторону бухты и полной грудью вдохнула густой соленый воздух. Единственное, без чего она не могла обойтись в жизни, — это море. Она любила шум прибоя. В нем было что-то успокаивающее. Возможно, звук воды, разбивающейся о песок, заглушал звучание ее собственных мыслей.

Когда она нагнала Дениз, та уже наполовину осушила ароматный пунш.

— Не хотите окунуть ноги в прибой? — спросила ее Мэдди, отчасти чтобы отвлечь от соблазнов полинезийской хижины, отчасти чтобы подготовить к сюрпризу Гая.

Они побрели туда, где волны плескались о берег, недалеко от края сочной зеленой лужайки, окружающей большой дом, где сегодня устраивали вечер.

Мэдди тайком наблюдала за съемочной группой, медленно подтягивающейся к ним, так чтобы не вызвать подозрений у Дениз. Когда они поравнялись с судном, которое, наконец, бросило якорь строго за пределами буйков для разметки фарватера, Мэдди остановилась и вдохнула поглубже. Час пробил. Шоу началось.

Услышав всплеск, она небрежно шагнула в сторону, заставляя Дениз свернуть вместе с ней и тем, отвлекая ее внимание от залива.

— Если вы с Гаем все-таки поженитесь, где бы вы хотели провести медовый месяц? — спросила Мэдди.

— На Аляске, — ответила Дениз.

— Что? — Мэдди была так удивлена ответом, что забыла о гребной шлюпке Гая и не услышала, как она задела песчаное дно бухты. — Я думала, вы с Гаем из тех, кто вырос в тропиках.

Дениз отпила глоток напитка и наклонилась вперед, как бы готовясь поведать секрет.

— Гай — да, а я — нет. Я переехала в Неаполь из Сиэтла. После того злосчастного круиза с моим бывшим мужем на Британские Виргинские острова, на паршивой посудине, где не было даже экипажа. Я здесь только временно. Мне нравится более умеренный климат. Я даже не мыслю себе другого дома, кроме как в Сиэтле.

— А Гай знает об этом? — спросила Мэдди, ужасно боясь услышать ответ.

— Нет, но…

Обе резко повернулись, когда за спиной послышался плеск.

Сзади по колено в воде стоял Гай Бромли, дородный мужчина лет пятидесяти пяти, с седоватой бородой и серыми глазами. Его брюки цвета хаки были закатаны до колен, а яркая пестрая «гавайка» свободно болталась вокруг растолстевшей талии.

Мэдди понимала, что сейчас уже поздно что-то делать. Поэтому она извлекла бокал из бесчувственных пальцев Дениз и, отступив назад, чтобы не мешать операторам, стала наблюдать в сторонке, как судьба распорядится этой ситуацией.

Гай протянул руку и улыбнулся.

«Не дай Бог, чтобы их покусала голодная акула», — молилась Мэдди.

Ошеломленная Дениз протянула Гаю трясущуюся кисть.

«Не дай Бог, если они заведут речь о том, где им жить», — продолжала молиться Мэдди.

— Дениз, — начал Гай, — когда мы встретились, я понял, что любовь, и я волей судьбы были подобны двум кораблям, плавающим в ночи. Порой они сближались, порой отдалялись, однако им было не суждено встретиться. Но как только я увидел тебя, я понял в туже минуту, что рок меня миновал. Может быть, у нас были разные морские карты, и мы шли разными маршрутами к пункту назначения. Но теперь я знаю, что мы оба движемся к одному и тому же маяку.

Ого! А двоим из трех отнюдь не плохо, не так ли? Мэдди сжимала в руках запотевший бокал Дениз и думала, что не худо бы что-то взять и себе, чтобы успокоить нервы.

— И когда мы продолжили наше путешествие, я хотел, чтобы ты знала и, чтобы это было ясно всем другим, что этот шкипер нашел настоящую подругу, верную ему до конца жизни. Дениз Клей, — закончил Гай, припадая на одно колено и погружаясь по пояс в воду, — ты выйдешь за меня замуж?

С этими словами Гай протянул ей раковину и крепче уперся ногами в дно, когда набежавшая сзади волна ударила его ниже пояса.

Мэдди нахмурилась. С чего ему взбрело в голову дарить эту раковину? Как символ не умирающей страсти?

К счастью, Дениз оказалась догадливее Мэдди. Она раскрыла створки раковины, да так и ахнула. Внутри раковины как в гнездышке, устроилось обручальное кольцо с жемчужиной и бриллиантом.

Крепко сжимая кольцо, Дениз опустилась на колени в воду и с восторженным криком обвила Гая за шею.

— Да, Гай, я выйду за тебя замуж, — проговорила она, когда их губы встретились.

— Как романтично, — пробормотала Мэдди. Потом она заметила, что у Дениз непонятно каким образом развязалось парео и сейчас его уже относит прибоем. Можно было вообразить, как она будет себя чувствовать, если ее зад останется наполовину ничем не прикрытым. Если бы Мэдди этого не понимала, она оставила бы все как есть. Пусть бы парео уплывало дальше. Но в данном случае она должна была его спасать.

Она торопливо скинула туфли, поставила на песок бокал с напитком Дениз и побежала по пляжу вдогонку за длинной полоской черной материи. Поймать ее было довольно легко, потому что волнами ее почти прибило к берегу, в дюжине футов от все еще обнимающейся парочки. Мэдди выхватила парео и, стоя по щиколотку в воде, повернулась к Дениз и Гаю. Заходящее солнце ослепило ее. Щурясь от теплых лучей, Мэдди поморгала несколько раз и посмотрела на воду.