Наши будни, или рассказ о том, как фабрикуются уголовные дела на советских граждан, выступающих в защиту прав человека - Петр Григоренко

И еще одна характерная черта официальных высказываний против критиков правительственных действий. "У нас есть трудности, - пишут авторы статьи, - и о них мы знаем больше и лучше, чем наши противники. Мы не скрываем их". Да полноте! А где же вы о них сказали, дали полный анализ, разобрали критические замечания? Не было этого. Вы умеете говорить лишь о "великих достижениях", а где-нибудь отдельным абзацем скажете: у нас есть недостатки, "о них мы знаем и работаем над их устранением". Попутно критики недостатков пополняют лагеря и тюрьмы.

Такова "правда", написанная в "Правде" и таковы наши соображения по этому поводу.

4. Планирование операции

"Операция" против групп содействия выполнению Хельсинкских соглашений была несомненно хорошо спланирована и тщательно подготовлена. Это только гнилая западная демократия может позволить себе такой "неразумный" порядок, при котором преступника начинают искать после того, как совершено преступление. Да еще допускают адвоката к участию в следствии, выпускают подозреваемого под залог, а если держат под арестом, то дают свидания с родными и друзьями и не пресекают не организовывавшиеся властями выступления печати и общественности. В результате у них нередко получается конфуз. Вот Анджела Девис, вместо того чтобы быть осужденной за соучастие в убийстве, освобождена от уголовной ответственности и даже в героях ходит.

Социалистическое общество ничего подобного допустить не может. Если бы Андрей Сахаров, подобно Анджеле Девис, вручил кому-то из своих приверженцев оружие, а тот из этого оружия совершил убийство, то Сахаров был бы расстрелян раньше, чем кто-то успел высказаться в его защиту. Да и в обычном уголовном преследовании надоевших властям "антисоветчиков" нельзя допускть самотека. В плановом социалистическом обществе все должно быть спланировано.

Мне случайно удалось ознакомиться с тем, как планировались провокационные процессы в сталинские времена, в частности "Шахтинское дело". Думаю, нет оснований рассчитывать на то, что ведущая сила ресталинизации - КГБ - не использует опыт 20-х и 30-х годов. Опираясь на тот трижды проклятый опыт и учитывая уже известные нам факты фабрикации дела против Группы содействия выполнению Хельсинкских соглашений в СССР и против ее украинской соратницы, я попытаюсь изложить план КГБ по ликвидации этих групп. Не ручаясь за форму плана, за термины и сроки выполнения плановых мероприятий, я абсолютно убежден в правильности содержания плана. Вот вероятный его вариант:

"Утверждаю" КГБ - 60-й годовщине

Великого Октября

План операции "Карающий меч"

Цель: раскрыть и ликвидировать разветвленную сионистско-террористическую организацию, выступающую под названиями:

Группа содействия выполнению Хельсинкских соглашений в СССР.

Украинская группа содействия выполнению Хельсинкских соглашений.

Комитет по правам человека.

Инициативная группа по правам человека.

Советская группа "Эмнисти Интернейшнл"

Участники операции:

1. КГБ

2. Прокуратура

3. Милиция

4. Министерство юстиции

5. ТАСС и средства информации - по особому списку

Этапы операции и сроки:

1. Предварительная подготовка - 1 декада декабря 1976 года

2. Обыски - декабрь 1976 г. - январь 1977 г.

3. Подготовка общественного мнения - январь-февраль 1977 года.

4. Аресты - февраль - ? 1977 г.

5. Предварительное следствие - февраль-октябрь 1977 г.

6. Подготовка к судебному процессу - ноябрь 1977 г.

7. Суд - после празднования 60-летия Октября.

8. Послесудебная работа - после суда 1-2 месяца.

Прежде чем начать рассмотрение этапов операции, скажу несколько слов об "Утверждаю". Не знаю, кто утвердил этот план. Во всяком случае масштаб выше КГБ. Но, может, и никто не учинил утверждающей подписи, а утверждение состоялось в устной форме, чтобы не оставить факсимиле для истории. Если так, то над планом вместо "Утверждаю" написано "Согласовано". Под этим подписи: КГБ, Прокуратуры, МВД, Министерства юстиции и представителя ЦК КПСС или Совета Министров, ведающего средствами информации. Теперь о содержании этапов.

1. 8-го декабря 1976 года в московском метро произошел взрыв. Были человеческие жертвы. Я не утверждаю, что это дело рук КГБ, но событие это использовано им немедленно и интенсивно. Виктор Луи, являющийся корреспондентом какой-то из западных газет, который часто подчеркивает свою связь с КГБ, сделал заявление, что взрыв дело рук диссидентов-террористов. Академик А. Сахаров немедленно выступил с резким протестом против этого провокационного заявления. Академика сразу же вызвали к заместителю Генерального Прокурора СССР, который сделал ему предупреждение, назвав его заявление клеветническим. Газета "Известия" поместила по этому поводу сообщение под кричащим заголовком "Клеветник предупрежден".

Таким образом, задача первого этапа решена. Поскольку заявление В. Луи ни КГБ, ни Прокуратура не дезавуировали, диссидентам наклеен ярлык террористов. Для рядовых граждан слово "диссидент" становится синонимом бандит, изувер, покушающийся на мирных граждан - стариков, детей, женщин. Да к тому же они еще и клевещут на нашу советскую власть, на родное наше КГБ. Миллионы докладчиков и информаторов на предприятиях, в учреждениях, учебных заведениях, колхозах и совхозах распространяют эту клевету, да еще добавляют сюда сионистов и агентов мирового империализма. Теперь диссидентов можно и брать. "Гнев народа" против них обеспечен.

2. В том же декабре 1976 г. провели обыски у членов Украинской группы содействия выполнению Хельсинкских соглашений. Как всегда в таких случаях, изымали книги, рукописи, самиздат. Но появилось и новое. Впервые за послесталинский период подбрасывали "компрометирующие материалы". Миколе Руденко подброшено 39 американских долларов. Олесю Берднику - порнографические открытки, а Олексе Тихому - даже оружие (немецкая винтовка времен 2-й мировой войны). Характерной для этих обысков была и не встречавшаяся прежде грубость.

Расскажу об обыске у члена Украинской группы Оксаны Мешко. Этой женщине 73 года. В сталинские времена она отбыла 10 лет лагерей. Когда вернулась оттуда в 1954 году, сын отказался с ней говорить, так как она "враг народа". С трудом пришлось матери преодолевать отчуждение, воспитанное в сыне школой и окружающей средой. В 1956 году она была реабилитирована, и полковник КГБ, выдававший ей справку о реабилитации, сказал: "Родина просит прощения у Вас".

Сейчас ее тяжело больной сын (туберкулез) отбывает семилетний срок "за антисоветскую пропаганду" во Владимирской тюрьме. И мать, которой пришлось долго и упорно бороться за душу сына, теперь борется за его жизнь. В письме Леониду Ильичу Брежневу она написала: "Мой сын, Олесь Сергиенко, тяжело болен, а я стара и тоже больна. Если сын останется в заключении, мы можем никогда не увидеться. Освободите его. Я 10 лет провела в сталинских лагерях. Меня реабилитировали и от имени Родины просили прощения. У меня тогда нечего было попросить у Родины. А сейчас есть. Я прошу отдать мне сына. Зачтите ему тот срок, который я отбыла ни за что. Он тоже сидит ни за что, и я верю - придет время, когда его реабилитируют. Но мы с ним можем не дожить до этого. Поэтому я прошу зачесть ему мой срок". Л.И. Брежнев никак не откликнулся на этот материнский вопль. Пусть совесть будет ему судьей за это. Но откликнулось КГБ. К ней пришли с обыском. И такой опасной представилась этой банде громил старая больная женщина, что, пока она шла через две комнаты к наружной двери, чтобы открыть ее, у нее в морозный зимний день выломали окно и через него ворвались в квартиру.