Игра на равных - Рей Тейн

- Только то, что сказала. - Губы Бетси вытянулись в тонкую линию. - Большинство молодых людей твоего поколения интересуют исключительно всякие там ночные бары и вечеринки. Им никогда не придет в голову заглянуть к пожилой женщине и проверить, достаточно ли у нее на зиму дров. Или, например, расчистить подъездные дорожки к ее дому от полутораметровых заносов и купить ей продуктов на неделю.

Чейз все это делал? Руки у Карли безвольно опустились. Такая забота о ее матери согрела ей душу. Она готова была улыбнуться, но в последний момент успела поменять улыбку на гримасу. Зная Чейза Самуэльсона, не приходилось сомневаться, что у него был какой-то скрытый мотив. В данный момент, видит Бог, она не могла вычислить, что им руководило, но ничего, дайте ей только время. Многолетний опыт поможет-таки Карли определить любые его скрытые мотивы.

- Вот-вот, - продолжала Бетси. - И я, заметь, не единственная. Не считаясь со временем, он расчищал дорожки миссис Хардуэй и этого симпатичного старичка, что живет через три дома, мистера Гомеса. Представляешь, у него такой артрит, что он даже ходит с трудом.

- Счастливчик Чейз, - язвительно бросила Карли, - времени у него хоть отбавляй, так что несложно проявлять великодушие. Если бы я получила такую сумму за пять сезонов в высшей лиге, я тоже запросто тратила бы свободное время на заботу обо всем городе. И вообще, - чуть мягче добавила она, - ты на себя наговариваешь. Ты вовсе не пожилая женщина, а очень даже моложавая пятидесятивосьмилетняя дама, и тебе далеко до стариковских фуфаек или палки для ходьбы.

Бетси покачала головой, даже не пытаясь скрыть свое обычное недовольство единственной дочерью. Это выражение на лице матери не в первый раз вызвало у Карли острое желание чем-нибудь куда-нибудь швырнуть. Не обязательно прямо в Бетси, но хотя бы в ее направлении.

Она обожала свою мать. Правда, обожала! Но иногда забывала об этом - если слишком долго делила с ней одно жизненное пространство. Они всегда были несовместимы - как вода и огонь. Две женщины, практически не имеющие ничего общего, кроме шоколадного цвета глаз и двух любимых ими обеими мужчин. Карли так и не стала дочерью, о которой мечтала Бетси, а Бетси так никогда и не смогла понять ту женщину, в которую превратилась ее повзрослевшая девочка. И обе знали, что их мечты так и не осуществились, и обе страдали от этого.

- Карли Джейн! Ты слышишь меня?

Она отмахнулась от грустных мыслей.

- Прости, мам. Что ты сказала?

- Я сказала, что, по-моему, Чейз станет идеальным мужем для какой-нибудь счастливицы. Он такой внимательный, так прекрасно общается с детьми. Когда он появляется в церкви - кстати, мог бы, на мой взгляд, делать это почаще, то помогает Пенни с ее близнецами. Боже, что это за парочка сорванцов! Но Чейзу всегда удается их приструнить.

Карли нервно выдернула из коробки шарф и принялась наматывать его на ладонь, делая вид, что не слышит пылких излияний матери.

- К тому же он еще и красив, - продолжала Бетси. - Такие выразительные глаза. А эти ямочки на щеках! Классный парень. Так, кажется, сейчас молодежь выражается?

Больше она не вынесет. Ни единого слова. Тем более что оценка матери в точности совпадала с ее собственными чувствами к этому человеку, и это сильно удручало Карли.

- Чейз Самуэльсон, - выпалила она, - не что иное, как отвратительный, лживый негодяй, способный, не задумываясь, вонзить нож в спину своему лучшему другу.

Бетси ахнула. Взгляд прищуренных глаз впился в лицо Карли.

- Карли Джейн Джейкобс, я запрещаю произносить такие слова в моем доме.

- Какие такие слова? - хладнокровно поинтересовалась она, снова уткнувшись в коробку с походными принадлежностями. - Что твой «хороший мальчик», который покупает тебе продукты на неделю и расчищает тебе дорожки от снега - это тот самый «хороший мальчик», который убил твоего сына? - Она подняла глаза на мать. - Или ты забыла о Майке? Действительно, прошло ведь уже десять лет, как он сорвался на машине с горы. Наверное, воспоминания потихоньку стираются из памяти, если тебя каждый день ублажают.

Едва с ее губ слетели эти отвратительные слова и повисли в воздухе словно смог, Карли от всего сердца пожалела, что их произнесла. Мать прямо на глазах постарела, и теперь выглядела на все свои пятьдесят восемь нелегких лет. Прижав ладонь к губам, она откинулась на спинку кровати и уставилась в пространство пустым, застывшим взглядом - взглядом женщины, пережившей потерю и мужа, и сына.

- Ох, мам, прости, прости меня…

Карли, проклиная свою черствость, тоже забралась на кровать и стиснула прохладные, тонкие пальцы матери между своими ладонями. Мать всегда выглядела собранной и хладнокровной, даже когда развивала кипучую деятельность по дому или отчитывала детей. И поэтому увидев, как этот фасад каменного спокойствия рассыпался в пыль, Карли была потрясена до глубины души.

- Прости… - еще раз прошептала она, - я не хотела. Я знаю, что ты тоскуешь по Майку так же, как и я…

- Больше.

Карли с трудом расслышала тихий ответ, но от его горечи у нее на глазах выступили слезы. Она порывисто сжала ладонь матери, и несколько минут они молча сидели рядышком на кровати, вспоминая веселого, полного жизни мальчика, которого обе так любили.

- Но Чейз ведь не Майк, мам, - наконец произнесла Карли.

- Я это знаю, дорогая. А еще я знаю, что он всегда был хорошим мальчиком, а теперь стал, что бы ты ни думала, очень внимательным и заботливым молодым человеком.

- Ну, если ты так считаешь… - Карли выпустила руку матери и снова опустилась на пол перед коробкой. Она считала себя не вправе обсуждать достоинства Чейза Самуэльсона, или, если уж на то пошло, полное отсутствие таковых.

- Да, считаю, - отозвалась Бетси, вернув на лицо свое обычное безмятежное и невозмутимое выражение. Она встала с кровати и расправила на брюках несуществующие складочки. - Должна признаться, я никогда не могла понять твоего нелепого убеждения, что в смерти Майка виновен Чейз. Каким образом мог Чейз повлиять на Майка из Аризоны, где проходила его спортивная подготовка… так, кажется, называются эти ежегодные тренировки несчастных бейсболистов?

- Весенние сборы, - машинально подсказала Карли.

- Что?

- Это называется «весенние сборы». Когда Майк погиб, Чейз был в Фениксе на сборах.

- Вот видишь? Не мог же он стать причиной смерти Майка, находясь в семистах милях отсюда? Майк умер от комы, потому что пытался забыть о своем диабете, отказывался от диеты и инсулина. С его стороны это была самая настоящая глупость. В результате - инсулиновый шок и авария. И тебе это прекрасно известно. Чейз тут абсолютно ни при чем.