Тень Одержимого - Феликс Эйли

Все разошлись по своим делам. И когда Фрося покинула кабинет Руденко, с её души словно свалился огромный камень.

* * *

Закат мрачно розовел над буйными зелёными зарослями, которые беспорядочно тянулись к небу. На краю крыши стоял и любовался заревом Фридрих Грюнвальд. Из разбитого железобетона у его ног упрямо росла трава. Вдалеке с гоготом пролетали стайки птиц. Фридрих хорошо помнил тот вечер, когда выбрался на крышу подальше от космоварваров-надзирателей и озлобленных человеческих подростков. Когда посреди заточения ощутил недолгий, но освежающий глоток свободы.

Рядом с Грюнвальдом были друзья. Красавец Антимон, похожий на ангела или музыкальную звезду, гулял по заросшей кромке, рискуя свалиться вниз. Тоже светловолосый, но более грубый Михаил Искандер бубнил под нос какую-то песню. Высокий и массивный Босс лениво потягивался, глядя на солнце. Дэн Цапфер, кудрявый и с редкими усиками на губе, карандашом рисовал закат на помятом клочке бумаги. А Лейба Майер, растерявший всю холёность, но не наивный взгляд, держался от остальных подальше. Он явно пришёл лишь затем, чтобы не попасть под раздачу космоварварам или гладиаторам-врагам Шер-Хана.

И, разумеется, они. Пиксель, круглолицый простоватый увалень в красной бандане, и прекрасная Хелен Нельсон. Влюблённая парочка стояла всего в двух метрах от Фридриха, целуясь и обнимаясь прямо на его глазах. Грюнвальду было неинтересно на них смотреть. Закат манил его сильнее.

— Давай же, давай! — подстрекала девушка. — Покажи ему, ради чего мы здесь!

Фридрих проигнорировал её.

— Ты можешь придумать хоть сто пятьсот общественных теорий и бесконечно развиваться как личность, но ты не крут, потому что девушка выбрала меня! — бросил ему Пиксель. — Давай, смотри на то, какой ты лузер, Красный Гюнтер!

Каким-то неведомым образом они с Хелен очутились между Фридрихом и закатом. На глазах Грюнвальда возлюбленные принялись пылко срывать друг с друга одежду, после чего занялись сексом прямо перед всей компанией.

— Пиксель! Пиксель! Пиксель! Пиксель! — дружно скандировали Михаил, Босс, Антимон, Цапфер и Лейба.

А разрушитель хотел смеяться. Этого в реальности вообще не было! «Чума» никак не могла понять, что прошлое не властно над Фридрихом Грюнвальдом, Лордом Арианом, сколько бы боли и несправедливости ему ни пришлось пережить. Машина заговорщиков играла с подсознанием разрушителя по одному ему, то есть подсознанию, понятным правилам. Фридрих отводил взгляд от обнажённых Хелен и Пикселя, страстно ласкавших друг друга, но затем десятки совершенно одинаковых пар заполнили всю крышу космоварварской тюрьмы, поглотив Цапфера, Лейбу, Михаила, Антимона и даже Босса.

— Я силён, я силён, — как мантру повторял Грюнвальд. — Я силён, я сильнее своих травм!

Сотни Пикселей и Хелен накрыли его со всех сторон. Руки этой голой, копошащейся массы хватались за тело Фридриха, стремились его утащить…

— Я сильный, я сильнее своих травм…

Окружённый, разрушитель провалился в другое воспоминание. Снова школьники с криво нарисованными символами Гюнтера бьют маленького Фрица в коридоре.

— Скучно, я это проходил… — отмахнулся Грюнвальд.

Обстановка ещё раз сменилась. Отец опять хлещет шнапс и равнодушно говорит с сыном. Хлоп. Космоварвары убивают мать и похищают Фридриха. Хлоп. Подростки-гладиаторы из враждебной банды избивают его. Хлоп. Вот уже Грюнвальда бьёт сам Шер-Хан. Хлоп. Во время побега неуклюжий Лейба Майер спотыкается, пролезая через дыру в ограде, и падает замертво, сражённый космоварварами.

Хлоп. В серо-зелёном готическом интерьере Карл Птитс отвергает новую теорию Грюнвальда лишь потому, что забил свою голову благостно-либеральной чушью и не верит в силу духа. Хлоп. А вот уже много лет спустя, среди пальм и фахверковых домиков Карл без тени сомнения подрывает бывшего друга вместе с собой, и только неуязвимая Леди Серпентира спасает Фридриха от смерти…

События из прошлого сменяли друг друга, словно в калейдоскопе. Раньше Грюнвальд редко к ним возвращался, но сейчас из-за «Чумы» он чуть ли не поселился там. И это раздражало своей бессмысленностью, иррациональностью, абсурдностью.

— Хватит, — сказал Фридрих, глядя на мельтешащие картинки. — Хватит, хватит!

Он закрыл глаза, чтобы избавиться от назойливых, постоянно чередующихся образов.

— Хватит, хватит, хватит!

— Точно хватит, — ответил ему голос.

Грюнвальд открыл глаза. И, к своему удивлению, очнулся не на Заксенвельте и не в тюрьме космоварваров, а на кушетке в подземелье «Чумы». Комната со сводчатым потолком сливалась перед взором Фридриха в тёмно-зелёное пятно, но разрушитель всё равно узнал обстановку.

Перед Арианом стоял один из заговорщиков, неотличимый от других.

— Пойдём, — прошелестел голос из-под птичьей маски.

— Куда? — только и мог выдавить Фридрих.

— Сбежим отсюда, пока другие не вернулись, — ответил член «Чумы», освобождая руки и ноги Грюнвальда от зажимов. — Что, не узнал меня?

Ариан покачал головой, вставая на каменный пол. Заговорщик чуть приподнял шляпу, и под ней мелькнули ярко-красные волосы.

— Ты… — протянул Фридрих, узнав Лорда Хосрова. — Ты зачем мне помогаешь?

Окружение стало чуть менее размытым.

— Потом. Сейчас нет времени объяснять. Не дёргайся.

Хосров осторожно вытащил иглу из вены Грюнвальда, а затем положил на это место вату и обмотал вокруг бинтом.

— А теперь идём. Нам нельзя привлекать внимание.

Два Лорда Разрушения прошли мимо кислотных ям и очутились внутри огромной трубы. Хосров уверенно шагал впереди, размахивая руками и слегка задрав клюв маски, а Фридрих шатко плёлся, всё никак не привыкнув к возвращению в эту вселенную.

— А, это ты? — у поворота их встретили два члена «Чумы».

Они охраняли трубу, сидя за столом с телевизором.

— Новое указание Н. С., — ответил Хосров. — Переправить пленника на базу Одержимого. Он считает, что у нашего гостя есть ценная информация.

— Сейчас… — сторож проверил что-то на планшете. — Таких указаний не было. Не пытайся обдурить меня! Тревога!

Он ударил по кнопке на столе, а другой потянулся за оружием. Но в Хосрова и Фридриха не попала ни одна пуля — из-за угла вылетели несколько сине-зелёных чешуйчатых щупалец. Они опутали конечности обоих заговорщиков и стиснули их шеи.

— Что это⁈ — изумился Грюнвальд.

Щупальца исчезли, и оттуда, где они скрылись, выползла Леди Серпентира. Покрытое чешуёй существо с длинным хвостом и вытянутой головой с капюшоном грозно возвышалось над двумя разрушителями.

— Миледи! — радостно произнёс Фридрих.

— Уходим отсюда, мой с-с-слуга, — прошипела змея, высунув язык.

Грюнвальд заковылял по каменной трубе, едва поспевая за Серпентирой. Хосров не отставал, но боязливо оглядывался.

— Это ты позвал её? — вполголоса спросил Фридрих.

— Я