Англо-Бурская война (1899–1902) - Артур Дойл

По всей стране небольшие британские отряды проводили в течение этих месяцев операции, размах и напор которых увеличивались по мере установления холодной погоды. Еженедельные сообщения о пленении буров и захвате припасов, пусть и небольших в каждом отдельном случае, в совокупности давали значительный победный результат. Во время этих разрозненных и сумбурных действий тратилось огромное количество усилий, которые не могли принести никакого удовлетворения, за исключением чувства выполненного долга. Среди множества успешных рейдов и перестрелок достойны упоминания два эпизода, участие в которых принимал полковник Парк из Лиденбурга, в этих случаях было захвачено почти 100 солдат противника, в том числе и Абель Эразм, имевший зловещую репутацию. Рассказ об этих событиях будет неполным, если не упомянуть о героической обороне Махлабатини в Зулуленде, во время которой горстка полицейских и гражданских лиц успешно защитилась от вторжения буров. С наступлением зимы и прибытием подкрепления британские операции во всех частях страны стали значительно энергичнее, и теперь мы перейдем к рассказу о них.

Глава XXXIV.

Зимняя кампания (апрель – сентябрь 1901 года)

Африканская зима продолжается приблизительно с апреля по сентябрь; в это время трава на вельде высыхает, что значительно снижает мобильность бурских войск. Признавалось, что британцам удастся избежать еще одного года войны только в том случае, если они смогут правильно использовать предстоящие месяцы. По этой причине лорд Китчинер попросил о значительных подкреплениях, о чем мы уже упоминали; но, с другой стороны ему пришлось расстаться со многими опытными бойцами – йоменами, австралийцами и канадцами, – чей срок службы закончился. Пехотные роты волонтеров и девять батальонов милиции также вернулись в Англию, но на смену им пришло равное количество новобранцев.

Британские позиции в течение зимних месяцев были значительно укреплены благодаря введению системы блокгаузов. Они представляли собой небольшие квадратные или восьмигранные каменные здания, высотой до девяти футов, с крышами из рифленого железа. В них имелись бойницы для ведения ружейного огня; они могли вмещать от шести до тридцати солдат. Эти небольшие форты были сооружены вдоль железнодорожных линий на расстоянии не более двух тысяч ярдов друг от друга, а когда систему дополнили бронированные поезда, то бурам стало нелегко разрушать или пересекать железнодорожные пути. Эта схема оказалась настолько эффективной, что была распространена и на более опасные участки страны – подобные линии были проложены через Магализбергский дистрикт; таким образом возникла цепь постов между Крюгерсдорпом и Рюстенбергом. В Колонии Оранжевой Реки и на северных линиях Капской колонии широко применялась аналогичная система.

Сейчас я попытаюсь описать наиболее важные зимние операции, начиная с вторжения Плумера на девственные территории севера. В этот период войны британские силы если и не покорили то, во всяком случае, прошли всю территорию Колонии Оранжевой Реки и все районы Трансвааля, расположенные южнее железнодорожной линии Мафекинг – Претория – Комати. На огромных пространствах страны не было ни одной деревни и почти ни одной фермы, куда не заглядывали бы интервенты. Но на севере оставался обширный район, шириной три сотни миль и глубиной почти две сотни, который война практически не затронула. Это дикая местность, покрытая невысоким кустарником, где равнины, на которых обитают антилопы, повышаются, переходя в безлюдные холмы, но там имеется много ущелий и долин, богатых лугами и пышными пастбищами, которые образуют природную житницу и настоящую кладовую для неприятеля. Здесь продолжало существовать бурское правительство, и здесь, отгороженное родными горами, оно сумело организовать продолжение борьбы. Было очевидно, что невозможно положить конец войне до тех пор, пока эти последние оплоты сопротивления не будут уничтожены.

Британские отряды, действующие в северных районах, продвинулись до самого Рюстенбурга в западной части территории, до реки Пинар – в центральной и Лиденбурга – на востоке дистрикта, но там они остановились, не желая двигаться вперед, пока тылы не будут достаточно укреплены. Генерал имел все основания остановиться Перед тем как бросить свои войска в этот обширный и труднопроходимый район, когда к югу от него оставались многие сотни миль незащищенных коммуникационных линий и скрывался активный враг. Но лорд Китчинер с присущим ему терпением дождался нужного часа, а затем, когда он настал, со столь же присущей дерзостью быстро и смело начал действовать. Де Вета, к тому моменту обескровленного, оттеснили аж до Оранжевой реки. Френч изводил бюргеров в юго-восточном Трансваале: было известно, что главные силы врага находятся именно на этом участке театра военных действий. Север был оголен, и Питерсбург мог быть поражен прямо в сердце одним длинным прямым выпадом.

Наступление могло развиваться только в одном направлении, вдоль железной дороги Претория – Питерсбург. Это была единственная магистраль, ведущая на север, и буры, дважды в неделю посылая ремонтную службу из Питерсбурга в Вармбат, содержали полотно в рабочем состоянии; имелись все основания надеяться, что в результате стремительного наступления дорогу можно будет захватить прежде, чем будут нанесены значительные повреждения. С этой целью в конце марта у Пинар-Ривер – британской станции снабжения, находящейся в сорока милях к северу от Претории и ста тридцати от Питерсбурга, был спешно сформирован небольшой, но очень мобильный отряд. Этот отряд состоял из Бушвельдских карабинеров, 4-го Имперского бушменского полка и 6-го Новозеландского полка. Отряду также была придана 18-я батарея Королевской полевой артиллерии и три малокалиберные пушки. Отряд незаменимых конных саперов находился при отряде, а два пехотных полка – 2-й Гордонский и Нортгемптрнский – были размещены в наиболее уязвимых местах линии наступления.

29 марта неутомимый Плумер, преследовавший Де Вета, был отозван, выведен на эту новую линию и без промедления двинулся на север. Полный успех этого продвижения несколько затенил степень его опасности, а ведь это было делом нелегким – наступать на такое большое расстояние по исключительно враждебной местности, с отрядом всего в 2000 штыков. Как военная операция, все это весьма напоминало бросок Мейгона на Мафекинг, с той разницей, что не было поддержки дружественных сил, с которыми можно было бы объединить свои усилия. Тем не менее, вначале все шло хорошо. 30-го числа отряд достиг Вармбата, где великолепный, одиноко возвышающийся отель отмечал расположение бывшего модного курорта. 1 апреля австралийские разведчики, пройдя более пятидесяти миль, вошли в Нилструм. Переход периодически оживлялся обстрелами, но настоящих боев не было. Собирая пленных и беженцев по пути следования, отряд двигался без помех, а у них за спиной, как пчелы, работали железнодорожные инженеры. 5 апреля, преодолев еще пятьдесят миль, они вошли в Пит-Потхитерсрюс, а 8-го числа британский авангард вошел в Питерсбург. Мудрость Китчинера и энергия Плумера были вознаграждены.

Буры эвакуировали город, и британцы не встретили никакого серьезного сопротивления. Самым ярким было сопротивление одного школьного учителя, который в порыве то ли неконтролируемой ярости, то ли патриотического воодушевления застрелил трех англичан, прежде чем сам был убит. Несколько подвижных составов, одно малокалиберное орудие и почти сотня пленных – таковы были трофеи; бурский арсенал был разрушен, а печатный станок выведен из строя, и правительство в капских повозках поспешно отбыло в поисках новой столицы. Питерсбург был важен как база, с которой можно было осуществлять зачистки как севера, так и юго-востока. Если взглянуть на карту, то можно увидеть, что отряд, двигающийся из этой точки и отряд из Лиденбурга, координируя свои действия, могли стать клешнями краба, которыми можно было бы охватить огромную территорию, где более мелкие части занимались бы подчисткой. Без малейшей задержки войска были дислоцированы, не менее восьми отрядов отправились в погоню. Лучше всего будет проследить за движением отряда Плумера, затем рассказать о действиях небольших групп, действовавших с юга и о результатах этих операций.

Было известно, что Вилджоен с некоторым количеством буров находится в районе, расположенном к северу от линии в дистрикте Миддслбурга. Непроходимый бушвельд стал для них укрытием, из которого они совершали постоянные вылазки, нанося повреждения поездам и нападая на посты. Теперь эту территорию необходимо было систематически зачищать. Прежде всего, нужно было остановить северную линию отступления. Река Олифант образует здесь петлю, а поскольку течение в этом месте довольно сильное, успешная оборона береговых позиций не позволит противнику отступить в этом направлении. С этой целью Плумер 14 апреля, на шестой день после взятия Питерсбурга, двинулся на восток от города и, пройдя по вельду через грозный Чунис-Пасс, перебрался на северный берег Олифанта, пленив по пути около тридцати-сорока буров. Его маршрут пролегал по плодородной территории, усыпанной краалями туземцев. Дойдя до реки, которая являлась границей его линии обороны, 17 апреля Плумер растянул свои войска на много миль, чтобы блокировать главные броды. На вспышки гелиографов Плумера отвечали многие вспышки со стороны южного горизонта. Что это были за силы и откуда они прибыли, необходимо сейчас разъяснить читателю.