Бандиты эпохи СССР. Хроники советского криминального мира - Федор Ибатович Раззаков

публично развенчать. В обвинительном заключении по делу К. Иванова называлась даже конкретная сумма, потраченная на эти пиршества:

18 696 рублей. Перестроечная пропаганда затем вовсю отыгралась на этом деле.

2, 3 и 4 декабря 1987 года Центральное телевидение показало документальный фильм «Трясина», подготовленный творческой группой передачи «Человек и закон». Фильм демонстрировался сразу после того, как 1 декабря в Волгограде Верховный суд РСФСР вынес приговор всем обвиняемым по этому делу: К. Иванов получил 10 лет тюрьмы, А. Кириллов – 11, А. Шумилин – 5 и А. Тютюнов – 12. Следователь по особо важным делам Прокуратуры РСФСР Б. Исаенко в газете «Советская культура» заявил:

«Это была самая настоящая преступная организация. Если хотите – мафия. Чем они занимались?

Начальник управления К. Иванов, его заместитель А. Тютюнов, курировавший службы БХСС и вневедомственной охраны, начальник управления вневедомственной охраны А. Шумилин и начальник хозяйственного отдела УВД А. Кириллов организовали регулярные хищения продукции с местного ликеро-водочного завода, городского молочного завода, мясокомбината, кондитерской фабрики. Кроме того, все они регулярно получали взятки как деньгами, так и ценными подарками.

Не могу не вспомнить рассказ одного из его подчиненных. Не буду называть фамилию этого человека – он был в этой истории не столько свидетелем, сколько пострадавшим.

В течение 15 лет он поднимался в 3 часа ночи. В 4 утра он был на местном стадионе «Динамо», выставляя там охрану из постовых милиционеров. Затем лично проверял беговую дорожку, убирал камешки. В 5 утра на стадион ступал сам Иванов.

После серии оздоровительных забегов генерал шел в подготовленную сауну. Путь от стадиона до парилки и бассейна устилался чистыми простынями. В бассейне дежурил другой сотрудник, в чьи функции входило постоянно поддерживать температуру воды для генеральского тела не выше и не ниже 24 градусов…

Когда Иванов ехал по городу, никто из других водителей не имел права его обгонять. Тот, кто рискнул это сделать, тут же останавливался, и Иванов своей генеральской рукой молча рвал его водительское удостоверение, после чего двигался дальше».

Подобные статьи в то время появлялись чуть ли не каждый день во всех центральных, республиканских и областных газетах. Тогда казалось, что чем больше разоблаченных из среды сильных мира сего явится миру, тем светлее и чище станет наша жизнь в дальнейшем. К сожалению, сегодняшняя действительность доказала обратное. На смену одним «хозяевам жизни» пришли другие, не менее жадные в своих запросах и наглые в своих поступках. Жизнь вернулась на круги своя, и бывшие «золотые перья» перестроечной журналистики теперь хранят гробовое молчание относительно нынешних ивановых и тютюновых.

Спустя несколько лет, когда СССР уже не существовал, К. Иванов написал книгу воспоминаний «Расправа». В одной из интервью, посвящённых этой книге, он так описал события 1986 года:

«Когда к власти пришел Горбачев, началась «активная» борьба с несунами, с хищениями. И я попал под эту кампанию. Почему был выбран именно начальник УВД Волгоградской области? Тогда обновилось руководство областного комитета КПСС, во главе его стал Калашников – земляк Горбачева. (Владимир Калашников родился на Ставрополье, в 1975–1982 годах был секретарём Ставропольского крайкома, в 1984–1990–1-м секретарём Волгоградского обкома, в 2008 году, в возрасте 78 лет, погиб, попав под электричку. – Ф. Р.). Он решил показать себя, какой он хороший, какой правильный. Стал вести горбачевскую линию – бороться с застоем. В то время наш город был наиболее посещаем: различные делегации высоких лиц из нашей страны и из-за рубежа были постоянными гостями Волгограда. Конечно, все эти визиты не обходились без участия Волгоградского УВД, которое в то время было базовым в системе МВД.

Мне особенно обидно, что за свои 36 лет, которые я отдал работе в органах, прошел от рядового до генерала, 16 лет находился во главе УВД Волгоградской области, не имея ни одного взыскания ни по партийной линии, ни по административной, попал под такую жесткую расправу. Нужно было скомпрометировать период застоя – жертвой выбрали меня. Еще раз повторю – Волгоград был городом очень посещаемым, сюда приезжали руководители соцстран и наше руководство, члены Политбюро и кандидаты в члены Политбюро. По долгу службы мне приходилось встречать, провожать таких высоких гостей. Потом во время следствия меня пытались заставить дать показания и против нескольких высокопоставленных лиц, но я отказался лжесвидетельствовать. Потому что знал – таких людей затем просто ставили к стенке. В связи с этим в отношении Иванова и была организована такая расправа. Это было заказное дело. Федорчук – тогдашний министр внутренних дел Союза, угробил кадры, которые были высокопрофессиональные. Он пришел, чтобы разогнать их. Было такое задание еще от Андропова, перешедшее и на горбачевскую эпоху. Тогда многие пострадали: и Горьковское УВД, и ряд других…

Я писал жалобы о несправедливости в отношении меня. Писал и до суда, и находясь в колонии. В общей сложности я написал больше тысячи жалоб. Разумеется, на то были основания: во-первых, все, что мне инкриминировалось, было сплошной ложью; во-вторых, разве можно подсчитать за 10 лет, на какую сумму было съедено обедов иностранными делегатами – гостями города и УВД? В обычной семье за три месяца и то трудно просчитать, на какую сумму кто чего скушал. Мне подсчитывали бутерброды, сколько их ушло на угощение делегаций, от меня требовали дать показания кому и что я вручал в качестве презентов… Были такие, Шумилин и Кирилов, начальник отдела вневедомственной охраны и начальник хозяйственного отдела УВД. С их слов и было построено обвинение: взятка похищенными продуктами на 18 689 рублей. А затем приговор – 10 лет лишения свободы. В общем, жестокая расправа. Поэтому свою книгу я так и назвал – «Расправа».

Я отбывал наказание в спецколонии в Казахстане, недалеко от Алма-Аты. В ней содержались бывшие партийные, советские работники и сотрудники правоохранительных органов. Но были там и зеки (процентов 30), судимые за воровство, убийство, грабеж. Их подселяли к нам специально, чтобы ломать нас. Тогда в лагерях находились секретари обкомов партии, председатели исполкомов и т. д., которым вменяли разную мелочовку: сегодня кто-то где-то с кем-то поужинал, а назавтра был арестован по факту получения взятки. Но я скажу одно: мои сокамерники были людьми вполне достойными.

Конечно, приходилось видеть и тех, которые ломались. Но в основном достойные люди и в колонии вели себя достойно.

Я был спортивным человеком и даже в тюрьме продолжал заниматься общей физической подготовкой. В тюремном дворике, который был размером с собачью будку, я делал дыхательные упражнения. В колонии по утрам, еще до подъема, совершал пробежку: администрация делала мне исключение.

Все