История итальянцев - Джулиано Прокаччи

реальной альтернативой иной оппозиции. В накаленной атмосфере конца XIX в. выделилась группа католиков, возглавляемая молодым священником из Марке, поселившимся в Риме, который в 1898 г. основал журнал «Культура сочиале» радикального, даже воинствующего направления, созданный по образцу социалистического журнала «Критика сочиале». Имя этого священника — Ромоло Мурри (1870–1944). Его последователи, вскоре назвавшие себя «христианскими демократами», развили в 1898–1902 гг. активную пропагандистскую и организационную деятельность, и, кроме того, им удалось создать многочисленные католические «белые лиги»[398]. Цитаделью зарождавшегося католического синдикализма стали северные районы Италии, особенно Ломбардия, где было много текстильных фабрик, на которых работали главным образом женщины. К тому же значительную часть населения этих районов составляли крестьяне, традиционно являвшиеся основной опорой духовенства. Однако влияние христианской демократии и ее организаций сильно выросло и на Сицилии, где тогда впервые вступил на политическое поприще другой молодой священник, о котором впоследствии будут много говорить и который приобретет большую известность. Им был Луиджи Стурцо[399].

Однако позиция, официально занятая Католической церковью по отношению к руководимому Мурри движению, оказалась не слишком благосклонной. В частности, это движение сильно сковывали папские постановления, изданные в феврале 1902 г., а последовавший затем, в июле 1904 г. роспуск ОДК, на некоторое время вообще приостановил его деятельность. Вот почему и позднее католические организации поневоле вступили в политическую жизнь и оказались не на левом, а на правом фланге борьбы, т. е. в соответствии с интересами умеренных клерикалов, а вовсе не с ожиданиями христианских демократов.

Развитие социалистического движения скоро убедило нового папу Пия Х (1903–1914) в том, что сначала следует ослабить, а затем и окончательно отменить известное предписание, относившееся ко времени падения Порта Пиа, которое запрещало католикам участвовать в выборах. Напротив, верующих призвали объединить силы с защитниками установленного порядка от бунтовщиков и возмутителей спокойствия. Однако семя, брошенное христианскими демократами на заре XX в., все же принесло свои плоды. В начале века на политическую сцену вышли не только социалисты, но и католики.

Экономическое и промышленное развитие

Последняя четверть XIX в. стала для экономики капиталистической Европы эпохой «тощих коров» — периодом решительного спада производства и деградации. Однако, как известно, на рубеже двух столетий экономика вступила в новую фазу — фазу ускоренного развития и экспансии. А для Италии, которая, возможно, испытала на себе последствия недавнего спада даже сильнее, чем любая из европейских стран, этот новый экономический подъем стал отправной точкой для нового роста и настоящего «взлета».

Начиная примерно с 1896 г. все экономические показатели сохраняли устойчивую тенденцию к повышению. За период с 1896 по 1908 г. индекс годового прироста промышленной продукции Италии в целом заметно вырос и достиг 6,7 %, а по некоторым ведущим отраслям, например таким, как металлургия, химическая промышленность и машиностроение, он превысил 12 %. Впечатляющий подъем переживало производство автомобилей. Возникало отчетливое ощущение, что итальянские машиностроители, словно заглянув в будущее, могли узнать заранее, какое стремительное развитие получит эта отрасль в не столь отдаленные времена. Количество фирм, производивших автомобили, возросло с 7 в 1904 г. до внушительной цифры — 70 — в 1907 г. Уже тогда главной стала компания ФИАТ, основанная в 1899 г.: стоимость ее акций претерпела головокружительный рост и увеличилась за несколько лет с 25 до 1885 лир. Еще одной новой отраслью, созданной совсем недавно, стала энергетика. На ее развитие многие тогда смотрели с возрастающим, даже чрезмерным оптимизмом, видя в ней возможность освободить Италию от необходимости импорта крупных партий угля. Производство электроэнергии возросло со 100 млн киловатт-часов в 1898 г. до 950 млн киловатт-часов в 1907 г., причем ускоренные темпы роста сохранялись ив 1914 г., когда выработка электроэнергии достигла 2575 млн киловатт-часов.

Довольно быстро Италия превратилась из страны с абсолютным преобладанием сельского хозяйства, какой она оставалась еще в конце XIX в., в аграрно-индустриальную державу. Если в 1900 г. продукция аграрного сектора составляла 51,2 % ВВП, а промышленная продукция — лишь 20,2 %, то в 1908 г. разница между этими показателями значительно сократилась (она составила, соответственно, 43,2 и 26,1 %), причем наметившаяся тенденция с тех пор продолжала оставаться неизменной. Следует, однако, подчеркнуть, что лишь в 1930 г., впервые за всю историю Итальянского государства, объем промышленной продукции превысил объем продукции сельского хозяйства. Вследствие столь быстрого индустриального развития многие, особенно большие города Италии постепенно приобретали облик современных крупных промышленных центров. Прежде всего этот процесс происходил, естественно, в Северной Италии, где Милан стал уже на вполне законных основаниях претендовать на роль духовной и экономической столицы королевства. Что касается Турина, то с появлением там большого числа фабрик и автомобильных заводов он начал постепенно восстанавливать свой статус и значение, которое потерял после переноса столицы. Из крупного, но все же провинциального города, управляемого представителями местной аристократии и клира, он довольно быстро превратился в крупный промышленный центр, где развернули весьма активную деятельность предприимчивые и циничные буржуа. На Юге же лишь Неаполь имел своеобразный промышленный район — Баньоли, где в 1905 г. начал работать металлургический комбинат компании «Ильва».

Индустриальный подъем, охвативший Италию в 1900-х годах, ничуть не изменил, а даже, напротив, еще более определил особенности ее предпринимательства, которые сформировались в последние десятилетия XIX в. Учреждение смешанных банков по немецкому образцу, совершавших кредитные операции под залог движимого имущества для финансирования индустрии, стало еще одним фактором, указывавшим на зависимое и подчиненное положение промышленности по отношению к финансовой сфере. В результате большая часть «замороженных» средств банковского капитала вкладывалась в предприятия, обещавшие наивысшую и чаще всего немедленную головокружительную прибыль. Речь идет о так называемых «защищенных» отраслях, находившихся под особым покровительством государства, которые стали основой первого промышленного бума в Италии. Прежде всего это относилось к предприятиям черной металлургии, которые в результате ряда слияний и соглашений все больше превращались в самые настоящие тресты. Во главе этих организаций стояли либо старые предприятия Терни и Савоны, занимавшиеся вторичной переработкой сырья, либо недавно возникшие заводы в Пьомбино и Баньоли, работавшие в режиме полного цикла и использовавшие руду, которую ввозили с о. Эльба. Себестоимость продукции металлургического треста, в финансировании которого принимал активное участие Банка коммерчиале, значительно превышала цены на международном рынке, поэтому его предприятия работали в основном по государственному заказу. Государство полностью взяло под свою защиту и хлопчатобумажную промышленность, продукция которой выросла в 1900–1908 гг. с 118 602 до 179 776 тонн пряжи, а объем капиталовложений в эту