Позвонок - Ив Ланда

Юноша его не перебивал. Он посадил последний дрон и теперь со всей серьезностью внимал неформалу. Тот вздохнул, опустил голову и продолжил, вперившись в планшет:

— Этот газ являлся беспощадным химическим оружием во времена Первой мировой войны. Хлорциан, если слышал… Быстро действует, вызывая удушье и поражение нервной системы. — Последний мини-дрон тоже совершил успешную посадку возле собратьев. — Теперь он числится среди запрещенных из-за высокой токсичности даже в небольших концентрациях.

Фрик повернулся к Брауну и с хмурой физиономией положил руку тому на плечо. Глядя в глаза, он заговорил, как строгий учитель:

— Никогда не повторяй мои трюки дома. И не только дома.

Он убрал руку.

Теперь же Франк мог сколько угодно представлять, как банда Ромула корчится, раздирая глотки, как все они страдают в предсмертном припадке…

С этим знанием пришло некоторое облегчение. Юноша даже почти улыбнулся, но этого никто не увидел.

Вскоре к крупным дронам в салоне присоединились и маленькие дроны с камерами. Браун уложил их компактно, придерживая странный тубус у стенки, чтобы тот не свалился.

Фрик уселся за руль, а его напарник расположился на сидении рядом. Неформал завел двигатель, и автомобиль медленно тронулся с места, направляясь далеко на северо-запад. Старшеклассник долго молчал, смотрел в окно, наблюдая, как мимо проносятся улицы и здания. Яков в отражении вызывал у парня напряжение, параноидальное недоверие к его беспамятству. Поначалу Франк пытался отвлекаться, размышлять о странном районе, куда они едут, но все равно мысли возвращались к подонку в салоне. К убийце Роберта.

Вдруг он сейчас очнется? Что делать, если его уродливая сестра вылезет из шеи и набросится? Быть может, тогда накормить тело Якова пулями? Раздавить ему череп прежде, чем Джулия сожрет всех?

Ярость Франка Брауна так и жаждала вырваться на волю. Вымышленные кадры насилия проносились в сознании подростка, совершенствуясь с каждым разом. Ему хотелось разорвать Якова так, как никто никого не разрывал за всю историю существования Земли.

Брата переваривала Джулия. Топила в себе и переваривала! Однако, Браун решил, что Яков будет страдать еще сильнее. Нужно придумать нечто такое, от чего бы воротили лица даже самые отмороженные садисты.

Но если служитель проснется прямо сейчас?

«Тогда я убью его», — признался себе юноша и разочарованно поджал губы. Если Яков решит восстать прямо сейчас, то все пытки рискуют отмениться, ведь церемониться с этой мразью парень больше не будет. Не сможет. Предел его терпения достигнут.

— Ты уверен в том, что Яков не очнется в пути? — спросил Франк, повернув голову к водителю.

На лице парня с татуировками появилась змеиная ухмылка. Следя за дорогой, он бодро ответил:

— Нет.

— Нет?! — Внутри Брауна словно все обрушилось.

— Друг мой, как я могу быть уверен, если я даже не уверен в человеческой физиологии Якова? — Фрик стал серьезным, даже хмурым. — Препарат, который я ввел ему, надежно усыпляет обычного взрослого мужчину его весовой категории. Теоретически, мы успеем доехать прежде, чем он начнет отходить. К сожалению, в университете не рассказали, как погружать в сон служителей Сущности.

Старшеклассник приподнял бровь, рассматривая напарника теперь совершенно по-новому. Университет? Этот расписанный странный тип учился в университете?

Тот, заметив его взгляд, снова расслабил лицо и усмехнулся:

— Ты сам видел, Яков не задохнулся даже среди смертельно опасного газа. Как можно насчет него хоть что-нибудь точно прогнозировать?

— То есть, ты сделал укол наобум?

Фрик поднял плечи вверх и опустил.

— Ну да. — Он мягко остановился на светофоре. Перед фургоном заструился поток пешеходов. — Так мы получили хотя бы шанс на то, что Яков побудет в отключке подольше.

Из-за бледноты служитель Деворинфир казался не спящим, а мертвым. Если не брать во внимание размеренно вздымающуюся грудную клетку. Что бы там ни вколол ему Фрик, это работало. Пока что.

Франку стало спокойнее. Одной рукой он приоткрыл боковое окно, а второй прогладил рукой карман джинсов в поисках пачки сигарет. Увы, все, что оставалось, он добил еще во время трансляции. Выдохнув с досадой, юноша обратился к неформалу, который, дождавшись зеленый сигнал светофора, повел машину дальше:

— Есть сигарета?

Тот мотнул подбородком.

— Обычно, я не курю, парень.

Удивление вновь легло тенью на лицо Франка Брауна. Несколько секунд старшеклассник недоверчиво смотрел на Фрика, в очередной раз отмечая его залитые чернилами глаза, исписанное татуировками тело, пирсинг… Такой образ ассоциировался с весьма экстравагантным образом жизни. А тут некурящий тип, который получал или получил высшее образование… Если это правда, то она не укладывалась в голове.

— Любой может прикинуть, что из себя представляет человек напротив. Легко сделать это сразу, всего-то пробежавшись взглядом по внешности. Однако, приятель, помни о том, что видно не все.

Фургон завернул налево и поехал мимо гнетущего вида завода, обнесенного высоким массивным забором. Дорога начинала ощутимо портиться. Покрытый трещинами старый асфальтобетон то тут, то там испещрялся выбоинами.

Легкий мираж над землей приветствовал редких гостей Пыльного района — самого странного места на далекой окраине Города-1.

Проплывающие мимо высокие серые многоэтажки тянулись к солнцу, будто призраки. Давно заброшенные и пустые, они выступали сухим скелетом некогда живого и развитого спального района.

О былой инфраструктуре остались лишь воспоминания в виде вереницы магазинов. Вероятно, торговых точек здесь было гораздо больше, но они разбросались по всей безлюдной окрестности.

То, что проезжаемые одноэтажные здания когда-то являлись именно магазинами, Франк Браун догадывался интуитивно, потому что вывески отсутствовали почти везде. Он видел в больших разбитых окнах от пола до потолка ничто иное, как витрины. Кое-где на входе уныло колыхались ветряные колокольчики, покрытые толстым слоем грязи свинцового цвета.

Ни единого прохожего… Только раскаленная мертвая тишина, какая бывает среди пожухлого поля в середине летнего дня.

Вокруг Пыльного района ходили разные слухи, ведь как может такая большая застроенная территория внезапно потерять актуальность? Люди, жившие здесь, имели свою недвижимость, в пешей доступности у них была школа, детский сад, больница… Что же случилось?

Когда-то отец рассказывал Франку, будто люди начали переезжать из Северо-Западного района, который пока еще не получил название «Пыльный», из-за смещения «сердца» города. Так обозначали деловой центр, где были сконцентрированы офисные здания, крупные компании, банки и прочие места с престижной работой. Якобы, местный металлургический завод закрылся, а в шахте произошел мощный взрыв метана, после которого пришлось закрыть и шахту. Жители остались без работы и были вынуждены стекаться ближе к центру мегаполиса.

Однако, юноша слабо верил в эту версию. В школе, на уроке географии, он услышал иную историю: якобы, обитатели Северо-Западного района эвакуировались из-за подземных пожаров, которые, собственно,