Бей или умри - Софья Валерьевна Ролдугина

нельзя приглушить или скрыть, то можно сделать облик настолько экзотическим, чтобы страх перевешивал желание.

Я представила его помоложе и с той же оглушающей инкубьей аурой. Прониклась. Сглотнула.

Разродилась новым образчиком логического мышления.

– А… язык? Он тоже, ну?..

Оро-Ич фыркнул и подразнил меня – чёрным змеиным раздвоенным языком. Определённо настоящим, его собственным.

– А как же речевой аппарат? – совершенно растерялась я. И вдруг поняла, что снова по щекам у меня текут слёзы. Прижала к лицу ладони, вздохнула прерывисто. – Ой… Простите, я…

– Это правильные чувства, Трикси. Не мешай им, – ответил мастер Лагона.

И, непостижимым образом очутившись совсем-совсем близко, вдруг обнял меня и погладил по голове. А я не ощущала ни обольстительных чар, ни неловкости, ничего – только колоссальное облегчение оттого, что осознала наконец: Тейт жив.

Всё будет хорошо.

– Не всё и не всегда, – вслух успокоил мастер. – Но сейчас вы уцелели. Радуйся.

– У-у, – согласилась я невнятно. И не удержалась, опять вернулась мыслями к щупальцам и чешуе: – А кто-то ещё знает?..

– Из живых – Эфанга. И несколько старых друзей и учеников.

Из груди вырвался дурацкий звук, нечто среднее между всхлипом и смешком, и промелькнула забавная идея: а ведь неплохой способ выбрал Оро-Ич, чтобы привести меня в чувство. Не по башке двинул ментально, не аурой своей обжигающей задавил – а удивил, поделился страшным секретом и сказал правду вместо глупой упоительной лжи.

А потом я вспомнила ещё кое-что важное – и опять задёргалась.

– Там, на побережье, свободные. Они хотят добраться до источника болезни, – затараторила я, запрокинув лицо. Отцепиться от мастера пока не рискнула – ноги держали плохо. – И Эрнан, кажется, он сильно ранен, и к врагам может подойти подкрепление, и…

– Тс-с, – насмешливо просвистел он, прикладывая палец к моим губам. – Не думай об этом. Не только твоё тело должно отдохнуть, но и разум.

Я заткнулась.

Естественно, Оро-Ич был прав. Мне требовался глубокий, спокойный сон – часов пять хотя бы, а лучше девять. Но не в меньшей степени, а то и в большей – долгая успокоительная беседа. Я отдавала себе отчёт в том, что веду и чувствую себя ненормально, но пока физически не могла просто развернуться и уйти, оставляя Тейта здесь.

Неразрешимая дилемма.

А если использовать биокинез? Нет, вряд ли сейчас получится, для этого нужно полное сосредоточение и контроль над своими способностями. А у меня ни того, ни другого. Побродить по Лагону в поисках того, кто поможет? Нет, только не после Кагечи Ро… Разве что к Лао обратиться…

В висках снова застучало; мысли начало затягивать паникой, как патиной.

Мастер смерил меня долгим взглядом, потом сильно, с нажимом погладил обеими руками по волосам; я ощущала, как сор и песок царапают чувствительную кожу его ладоней, обычно защищённую, как перчатками, айром-симбионтом – и застыла, зачарованная.

– Хорошо, Трикси Бланш, – напевно произнёс он. – Мы поговорим.

И, отстранившись, опустился на пол, подгибая под себя ноги. Я последовала его примеру, благо холодные камни оказались укрыты подушками для сидения. Туман сгустился, принимая форму низкой подставки с двумя пиалами и изогнутым глиняным сосудом.

Мимо по-змеиному прошелестело синее щупальце; шрахи проводили его настороженными взглядами.

Сюрреализм.

Оро-Ич улыбнулся и наполнил мою пиалу из сосуда. Жидкость была красноватой и пахла кисленько, затхло, как болотные ягоды.

– Попробуй, – искушающе предложил он и вложил пиалу мне в руку.

Я пригубила. Нёбо и язык защипало, защекотало – чудом удалось не раскашляться, но вообще-то вкус оказался приятный, согревающий и пряный.

– Похоже на подогретую газировку, – вырвалось у меня. И тут же накатило смущение: – Газированные напитки, они, то есть… это…

М-да, красноречие сегодня – явно не мой конёк. К счастью, мастера Лагона ситуация явно забавляла.

– Мне известно, как делают газированные напитки в твоём мире, Трикси, – сощурил он медовые глаза – и с видимым наслаждением сделал глоток. – Но это – результат брожения незрелых орехов. О, не надо бояться, оно не настолько крепкое, чтобы опьянеть, – рассмеялся мастер. Кажется, выражение лица у меня в тот момент было на редкость дурацкое. – Мне повезло наткнуться на него случайно – в одном месте очень далеко отсюда. В Лагоне, да и на побережье ничего подобного не делают, а я иногда испытываю… пожалуй, ностальгию.

Прежде чем пришло осознание, что Оро-Ич снова перехитрил меня и подкинул ребус, чтобы отвлечь от навязчивых мыслей о Тейте, я включилась в игру. Значит, «ностальгия»? «Не делают ни в Лагоне, ни на побережье»? Вывод напрашивается сам собой, но слишком уж невероятный.

– Если мне можно задать вопрос…

– Говори свободно.

Так. Хорошо. В конце концов, не так уж часто я не чувствую себя наедине с мастером Лагона околдованной пастушкой перед змеиным духом или шоколадной мышкой перед шрахом.

Можно сказать, уникальный случай.

– Мы ведь добирались сюда через несколько разных миров?

С одной стороны, идиотское предположение, но с другой – единственно возможное; чудес здесь, конечно, много, но три луны – явный перебор, равно как и закат, наступающий аккурат после непроглядной ночи.

– Верно, – подтвердил Оро-Ич, и в голосе его почудилось одобрение. – Нельзя мгновенно исчезнуть где-то и оказаться в другом месте, но это справедливо лишь для одного мира. Мне известно не много исключений из правила, – добавил он, и шрахи, затеявшие было возню за серыми драпировками, настороженно притихли. – Но если пересечь границу между мирами, то само понятие времени исчезнет. Немного опыта – и можно выбирать место и время для возвращения.

Оу. Любопытная информация для размышления.

Я отпила ещё немного красноватой жидкости; высокий там был градус или нет – не знаю, но в теле уже появилась приятная тёплая расслабленность, характерная для лёгкого опьянения… Впрочем, захмелеть можно и от ощущения безопасности после острого напряжения.

– То есть вы могли бы вернуть меня домой в любое время?

Он склонил голову к плечу.

– Если выполнить несколько условий. Однако я назову их лишь тогда, когда ты раз и навсегда решишь, где желаешь быть.

Что ж, разумно. Сейчас оставить Тейта…

Сердце резануло.

Я поспешила запить боль новым глотком и заставила себя мыслями вернуться к разговору. Точнее, к невероятному предположению, из-за которого вообще всплыла тема иных миров.

– Мастер, скажите… вы ведь не отсюда?

Его взгляд затуманился, точно обратился вовнутрь – на очень, очень давние времена. Оро-Ич отставил наполовину полную пиалу и пальцем провёл себе по нижней губе тем жестом, каким мама иногда ощупывала тоненький шрамик на ключице, единственный, который не трогала ни биокинезом, ни хирургией.

– Лагон – земля странников, – наконец произнёс мастер после долгой паузы. – Так было уже в