Пламя войны - Евгений Руд

Кито посмотрела на Джеффа через плечо и замедлила шаг. Однако она с удивительной уверенностью шла по узкой и скользкой от воды каменной дорожке, окаймлявшей акведук.

— Хочешь, чтобы я шла медленнее? — спросила она.

— Нет, — раздраженно ответил Джефф. Он полностью сосредоточился на ходьбе, стараясь не думать, как легко можно соскользнуть вниз, навстречу унизительной смерти. — Продолжай идти вперед.

Кито пожала плечами, на ее губах заиграла самодовольная улыбка, и она отвернулась от Джеффа.

Они приближались к башне, и Джефф внимательно ее рассматривал. Строение казалось на удивление простым. Джефф представлял себе нечто изящное и мрачное, наводящее тоску на узников, для которых было бы недостижимым счастьем выброситься из башни на камни. А на самом деле башня не слишком отличалась от казарм, хотя была выше и с более узкими окнами, да и дверей Джефф заметил гораздо меньше. Башню окружала широкая лужайка, огороженная палисадом. У ворот стояли на посту стражники. Кроме того, у входа в башню тоже замерли часовые. Небольшой патруль расхаживал вдоль палисада.

— Выглядит довольно… симпатично, — пробормотал Джефф. — Просто чудесное место.

— Не бывает симпатичных тюрем, — ответила Кито.

Она неожиданно остановилась, и Джефф едва не натолкнулся на нее, что могло бы привести к трагическим последствиям. Он с трудом восстановил равновесие и мрачно посмотрел на Кито. В это время по улице, под акведуком, проходила группа странствующих певцов. У каждого из них была в руках зажженная свеча, как и предписывали традиции праздника.

Кито внимательно наблюдала за ними, пока они проходили внизу.

— Тебе нравится музыка? — спросил Джефф.

— Вы все поете неправильно, — ответила Кито, с нескрываемым любопытством глядя вниз. — Нужно петь совсем не так.

— Что ты хочешь этим сказать?

Она нетерпеливо взмахнула рукой.

— Мой народ поет те песни, которые возникают у него на губах. Иногда сразу несколько песен. И всякий, кто поет, сплетает свою песню с теми, что уже поются. По меньшей мере сразу три песни — если их меньше, то и силы тратить не стоит. Но вы, астелианцы, поете только одну. И вы все поете одинаково. — Она недоуменно потрясла головой. — Наверное, во время тренировок можно умереть от скуки.

Джефф усмехнулся:

— Но сами песни тебе нравятся?

Кито посмотрела вслед удаляющейся группе странствующих певцов, и в ее голосе появилась грусть.

— Вы поете неправильно.

Она снова зашагала вперед, и Джефф следовал за ней, пока они не поравнялись с Серой башней. Джефф выглянул из-за края каменного акведука. До утоптанной земли, где располагалась тренировочная площадка Гражданского легиона, оставалось никак не меньше пятидесяти футов. Рядом высилась стена палисада. С гор дул свежий весенний ветер, холодный и быстрый, и Джеффу пришлось наклониться назад, чтобы сохранить равновесие. Он заставил себя смотреть на крышу башни, не опуская взгляд вниз.

— Здесь около пятидесяти футов, — тихо сказал он Кито. — Даже ты не сумеешь туда спрыгнуть.

— Верно, — согласилась Кито.

Она отвела в стороны полы своего плаща и открыла тяжелый мешок из кожи, обработанной маратами. Из него она вытащила связку серой, с металлическим отливом веревки.

— Это та самая веревка, которая делается из волос ледовиков? — спросил Джефф.

— Да, — ответила она.

Кито вновь засунула руку в мешок и достала три простых металлических крюка. Она ловко соединила их вместе благодаря канавкам на обратной стороне, а затем обвязала куском кожаного шнура, так что крюки образовали круг.

— Эти крюки делали не мараты, — заметил Джефф.

— Верно. Ими владел вор-астелианец. Я видела, как он однажды ночью ограбил дом.

— И ты их у него украла?

Кито улыбнулась, пока ее пальцы ловко завязывали узел.

— Единственный учит нас: то, что дается другим, можно получить и нам. — Она широко ухмыльнулась и добавила: — Будем спускаться, астелианец.

Джефф опустился на одно колено, а Кито подняла крюк и стала вращать его у себя над головой, все быстрее и быстрее вытравливая веревку. Все произошло стремительно. Четыре круга, пять, а потом она швырнула крюк и прикрепленную к нему веревку на крышу. Металл негромко зазвенел, ударившись о камень.

Кито начала медленно тянуть на себя веревку. Когда веревка натянулась, она сильно отклонилась назад, проверяя, насколько надежно зацепился крюк.

— Вот здесь, в мешке, — сказала она. — Металлический зуб и молоток.

Джефф засунул руку в мешок и нашел оба предмета. Он снял свой плащ, сложил его несколько раз, а затем забил металлический зуб в камень акведука; материал плаща заглушал удары молотка. Джефф забил его так, чтобы он был наклонен в сторону, противоположную той, куда уходила веревка. Кито посмотрела на зуб и одобрительно кивнула.

Она передала ему конец веревки, и Джефф пропустил его сквозь отверстие в зубе. Затем он натянул веревку, Кито его страховала.

Коротко кивнув, Кито быстро завязала еще один узел — Джефф раньше таких узлов не видел. Затем она вытравила веревку так, что она натянулась, и кивнула Джеффу.

Он отпустил веревку, и с легким шорохом она натянулась между акведуком и башней, блестя, точно шелковая паутина, в далеком сиянии тысяч волшебных светильников.

— Значит, мы доберемся туда на веревке, чтобы избежать