Спуск к ядру - Максим Балашов

барьер, пульсирующий как живое существо и окружающее пространство на предмет укрытий и опасностей.

«Ну что ж, игра начинается», — подумал он, ощущая, как адреналин вновь наполняет тело. Теперь главное — продумать каждый шаг, ведь здесь любая ошибка станет последней.

— Твою ж мать! — вырвалось у Краса, когда он разглядывал открывшуюся панораму. — Вид — что надо! И вон те смотровые площадки… На одну из них я, походу, и должен был спускаться. — Он нервно провёл рукой по лицу, стирая пот. — Пля, там же толпа народу! Хорошо, что полез через Миаску, иначе как бы я упокоил этого чёртового…

Его монолог прервало внезапное осознание. Крутя головой на 360 градусов, он с удивлением констатировал: вокруг ядра — ни души. Ни стражей, ни техников, ни охранников. Только мертвенная пустота и гул работающего механизма.

— Ну и где же ваши легендарные гуматроны? — пробормотал он. — Придётся, что ли, в дудку дуть, чтобы вызвать…

Заметив очередной уступ в нескольких метрах ниже, Крас без лишних раздумий прыгнул на каменную площадку. Он не учёл одного — эта площадка находилась за границей охранного барьера.

В следующий миг его сознание взорвалось белой вспышкой. Он даже не успел понять, что произошло, как уже стоял на копире в мастерской, слыша собственный голос:

— Твою перемать! Это что, бл…ть, было? — он тряс руками перед лицом ошарашенных кузнецов. — Я даже моргнуть не успел! Там что, атмосфера меняет правила физики, и меня моментально убило, или…?

Крог и Дрог переглянулись. В их глазах читалось: «Ну и идиот».

Красу повезло — Дрог как раз ковырялся в механизмах неподалёку и услышав его громкую ругань решил помочь.

— Малый, чего раскричался? — гном отложил зубило. — Объясни толком, что случилось.

Когда Крас подробно изложил ситуацию, Дрог разразился громовым хохотом:

— А-ха-ха! Вот она, мощь Арха в действии! — Он стукнул кулаком по наковальне. — У тебя же «обучаемость» прокачана. Прокрути воспоминания в замедленном режиме — раз в сто медленнее.

Сергей закрыл глаза, погрузившись в свой внутренний мир. Кадры воспоминаний поплыли в замедленном темпе. И тогда он увидел: едва он пересек барьер, как из ниоткуда материализовалась тень, которая одним движением разорвала его голову, как переспелый плод.

— Твою мать! — вырвалось у Краса, когда он вернулся в реальность. — И как я должен этого монстра победить? Я даже процесс собственной смерти не сразу осознал! А мне его ещё и расчленить нужно… Просто охренительно.

— Работай головой, Морф, — усмехнулся Дрог, возвращаясь к своей работе. — Где твоя знаменитая смекалка?

Телепортировавшись обратно на уступ, Крас стал наблюдать. Его внимание привлекли несколько несчастных на дальних смотровых площадках — стоило им переступить запретную черту, как их тела мгновенно испарялись в клубах энергии. Зрелище не добавило ему уверенности.

— Ладно, — пробормотал он, ощупывая новое тело, — хотя бы теперь я знаю, с чем имею дело… Чёрт, а ведь мне действительно нужно как-то этого монстра одолеть.

Так он просидел почти сутки, пока до него не дошла одна идея. Очень долго наблюдая за уступом, который находился за границей барьера, он заметил, что энергетическая линия не захватывает буквально пару сантиметров горизонтальной поверхности каменной плиты. А это означало, что оставалось небольшое пространство до стены скалы пещеры.

— Ну что ж… — прошептал он, доставая глушилку. — Если гора не идёт к Магомету…

Следующий час он провёл, пробивая дугообразный туннель сквозь скалу. Глушилка гудела, превращая камень в пыль, а он методично продвигался к цели. Когда оставался последний тонкий слой породы, Крас осторожно пробил его — и тут же отпрыгнул назад.

Мелкие осколки, вылетевшие в пещеру, пересекли барьер. И тогда произошло то, чего он ждал… Вот тут-то он и познакомился со стражем во всей его красе.

За энергопеленой барьера, словно из воздуха материализовалось существо, похожее на приведение из старого фильма о мальчике и его злых дядях, которые в образе призраков охраняли ветхий дом. Вот только страж был явно не добреньким призраком. Он словно парил в воздухе, отсутствие ног ему вовсе не мешало, находиться в пространстве, конусообразное тело заканчивалось овальной головой без отверстий, только два кроваво-красных «глаза» пылали в этой гладкой поверхности, руки выглядели вполне гуманоидными, только их было целых шесть и они медленно шевелились в ожидании. Но самое жуткое было в его «коже» — поверхность постоянно переливалась, будто миллиарды металлических чешуек танцевали под невидимым ветром. Его тело казалось словно живым, оно переливалось всеми отблесками металлических оттенков, от золотого до матово-чёрного. Скорее всего, это явление указывало то на то, что наниты постоянно находящиеся в движении, меняли своё местоположение, создавая гипнотический эффект жидкого металла.

— Ну здравствуй, красавчик, — прошептал Крас, чувствуя, как по спине бегут мурашки. — Давай познакомимся поближе…

Страж застыл в воздухе, его кроваво-алые «глаза» прожигали Краса насквозь, будто два раскалённых кинжала, вонзившихся прямо в душу. Этот взгляд парализовал — холодный, безэмоциональный, полный безразличия хищника к своей жертве. Сердце Краса бешено колотилось, а ладони покрылись липким потом, несмотря на защитный костюм. Казалось, ещё мгновение — и это кошмарное существо ринется через барьер, чтобы вырвать его душу когтистыми пальцами. Но, к неописуемому облегчению героя, стражи явно были прикованы к защитному периметру, словно собаки на цепи.

«Ну всё, дружок, сейчас мы тебя приструним», — мысленно процедил Крас, с лихорадочной поспешностью выхватывая из котомки массивный хладомёт. Его пальцы дрожали от адреналина, когда он нажимал на спусковой механизм. Устройство взревело, выпустив всю накопленную энергию единым ледяным шквалом — плотным потоком сверхохлаждённого азота, который с шипением обрушился на гуматрона. За несколько мгновений он истратил целый кристалл энергии Хол+. Воздух вокруг существа мгновенно покрылся толстым слоем инея, а движение нанитов в его теле замедлилось до едва заметного дрожания, словно замедленная съёмка.

Не теряя ни секунды, Крас рванул вперёд, его мышцы напряглись до предела. Кинжалы Марика — изящные, с волнообразными клинками — уже сверкали в его руках. Но при первом же ударе, когда он со всей силы вонзил оружие в грудь стража, клинки со звоном отскочили от замороженной поверхности, будто он ударил по гранитной глыбе. По рукам героя прокатилась болезненная вибрация, а на лезвиях появились микроскопические зазубрины.

И самое ужасное — страж МОГ двигаться! Даже в полузамороженном состоянии его шесть механических рук успевали парировать каждый удар с пугающей точностью, даже не смотря на то, что герой ускорился до предела. Каждая