Историческое подготовление Октября. Часть I: От Февраля до Октября - Лев Троцкий

В действительности же причины отставки были более серьезные. Они отчасти были вскрыты председателем правительства Львовым, который заявил, что «причина кризиса лежит в расхождении точек зрения: социалистической и буржуазной». Отставка кадетов была политическим маневром, который имел целью взвалить всю ответственность за последствия неудачного наступления и развивавшуюся хозяйственную неурядицу на так называемую социалистическую часть Правительства. Совершенно необоснованной представляется точка зрения Суханова, выдвигающего на передний план именно украинский вопрос и утверждающего, что украинское дело было не только предлогом, но и действительной причиной разрыва коалиции. Более отвечающим действительности является объяснение, данное Троцким в его книге «Октябрьская Революция»:

Когда кадеты, наиболее умные и дальновидные представители коалиции, поняли, что неудавшееся наступление 18 июня может тяжело ударить не только по революции, но и по правящим партиям, они поторопились отойти временно к стороне, взвалив всю тяжесть ответственности на своих союзников слева (Изд. 1918 г., стр. 23).

149

Речь эта была произнесена на объединенном пленарном заседании ЦИК и Исполкома Совета Крестьянских Депутатов, по докладу Дана который «освещал» от имени ЦИК события 3 – 5 июля. Первым фракционным оратором и выступил тов. Троцкий. После него были произнесены речи Мартовым, Ногиным и др. В результате пленум принял резолюцию, предложенную Либером от имени меньшевиков и эсеров.

150

Запрошенный нами по этому поводу Л. Д. Троцкий сообщил следующее:

Здесь речь идет, очевидно, о следующем: на процессе Петербургского Совета 1906 г. в моей речи перед судом я сказал: «Не способность массы убивать, а ее великая готовность умирать – вот что, господа судьи, с нашей точки зрения, обеспечивает в конечном счете победу народному восстанию». На эти слова сослался Дан, укоряя нас, что мы в июле 1917 г. призывали массы убивать. На это я ответил Дану, что он, ссылаясь на мои слова, сказанные 12 лет тому назад против прокурора Камышанского, сам от собственного имени повторяет обвинение, которое Камышанский выдвигал против нас в 1906 г.

151

«Русская Воля» – контрреволюционная газета, издававшаяся на средства русских банков. Одним из ее основателей был, между прочим, знаменитый Протопопов, позже фактический руководитель царского правительства.

152

«Новое Время» – монархическая газета, основанная в 70-х г.г. знаменитым Сувориным. В течение ряда десятилетий она была, по существу, официозом царского правительства. В эпоху керенщины «Новое Время» занимало первое место в контрреволюционной агитации и особенно травле нашей партии.

153

«Рабочая Газета» – центральный орган меньшевиков, отражавший взгляды их либер-дановского большинства. «Рабочая Газета» стояла за продолжение войны и за коалицию. После июльских дней, «Рабочая Газета» заняла двусмысленную позицию по отношению к травле и обвинению в немецком шпионаже вождей нашей партии со стороны белой печати. Даже Суханов вынужден признать сомнительность социалистического характера этой газеты:

«Рабочая Газета» после корниловщины, – пишет он, – решительно не знала, куда преклонить скорбную главу; она перепробовала всего понемногу – и коалицию вообще, и коалицию без кадетов, и даже богдановское «однородное правительство». Но ни на чем окончательно так и не остановилась. Каждому свое: кто передвинулся с одного места на другое, а кто, выбитый из седла, вообще остался без места. В эти времена над почтенным органом любил потешаться Троцкий. – Посмотрите, – говорил он мне, – что пишет газета вашей партии… Знаете, что я вам скажу: эта газета вашей партии самая глупая газета. Из всех существующих – самая глупая! (Суханов, «Записки о революции», кн. VI, стр. 41).

154

Эта речь была произнесена в связи с заявлением Чернова об его отставке. Неожиданно для всего заседания Чернов сделал заявление, что против него пущена клевета, и в силу этого он решил сложить с себя свое официальное звание. Как выяснилось, Чернова обвиняли в пораженчестве (о, ужас для селянского министра!). Ему вменяли в вину и то, что издававшийся им журнал «На чужбине» распространялся среди русских военнопленных в Германии и Австрии тамошними властями. Собрание, конечно, отклонило эти обвинения и почти без прений приняло следующую резолюцию:

Заслушав объяснения т.т. Чернова и Церетели о выходе Чернова из состава Временного Правительства… ЦИК выражает ему свое полное доверие и желает скорейшего возвращения его на пост, где он отстаивал и будет отстаивать интересы трудового крестьянства и всей демократии во имя спасения и укрепления революционной России.

Но, благословив Чернова на отставку, ЦИК расписался в получении политической пощечины, которую нанесла Чернову, а тем самым и ЦИКу, контрреволюционная буржуазия. Ведь тогда уже было ясно, что «клевета» на Чернова была лишь маневром для того, чтобы заставить уйти неугодного буржуазии «селянского министра».

155

Речь была произнесена по докладу Дана о совещании Временного Правительства с центральными комитетами политических партий (от кадетов до меньшевиков) и председателями Государственной Думы, ЦИК и Исполнительного Комитета Крестьянских Депутатов, по вопросу о конструировании Правительства, происходившем в Зимнем дворце (22 июля). На этом совещании кадеты вели себя вызывающе, требуя составления внепартийного правительства. Меньшевистско-эсеровские лидеры по существу капитулировали перед ними, заявив в своей резолюции, что они всецело доверяют Керенскому составление Временного Правительства.

156

Пальчинский – крупный деятель буржуазной интеллигенции. В эпоху керенщины вначале прославился систематической помощью итальянской забастовке крупного капитала, в качестве товарища министра торговли и промышленности. На этом посту он сделал все, чтобы возбудить к себе и Правительству ненависть рабочих масс. Как «деловая фигура», Пальчинский, настоящий корниловец, был назначен Керенским в дни корниловского мятежа на пост генерал-губернатора Петрограда. Первым актом деятельности Пальчинского было закрытие большевистского «Рабочего» и интернационалистской «Новой Жизни». Только организованное возмущение масс и шаткость положения Керенского привели к тому, что этот новоявленный жандарм был уволен через три дня. В дни Октября Пальчинский активно участвовал в борьбе против Военно-Революционного Комитета.

157

Исув – видный меньшевик, лидер московских оборонцев в 1917 г. На Лондонском Съезде 1907 г. вошел в ЦК от меньшевиков. Вместе с другими меньшевиками саботировал работу ЦК, активно помогая ликвидаторам. В годы войны Исув был оборонцем, а в эпоху керенщины защитником коалиции. После Октября Исув был постоянным меньшевистским оратором на Советских Съездах и Конференциях. В 1920 г. он умер.

158

О причинах этой отставки см. примечание 154.

159

Текст этого закона см. в примечании 167.

160

«Воля Народа» – орган крайнего правого крыла партии эсеров, безоговорочно поддерживавший всю политику Керенского. Политическая платформа этой газеты мало чем отличалась от либерально-буржуазной. Главные сотрудники этой газеты: Брешковская, Лебедев, Бунаков и др. позже были вдохновителями контрреволюционной борьбы против Советской России.

161

Алексинский – когда-то видный большевик, лидер большевистской группы в с.-д. фракции II Думы. После поражения революции, Алексинский вместе с Богдановым и др. отстаивал по-прежнему наступательную тактику, не поняв изменившейся обстановки. В 1907 г. он является одним из лидеров бойкотистского течения по отношению к III Думе. В 1908 г. обосновывает «ультиматизм», т.-е. необходимость предъявления ультиматума с.-д. фракции III Думы в смысле проведения ею революционной политики. В 1909 г. Алексинский, вместе с Богдановым, возглавляет лево-большевистскую группу «Вперед». Политическая линия Алексинского была скрытой формой отзовизма. С началом войны Алексинский проделывает политический сальто-мортале и из левого большевика превращается в ярого социал-патриота и защитника классовой гармонии. В союзе с Плехановым Алексинский занимается воспеванием царской России, сотрудничает в монархических органах. После февраля он делается настоящим контрреволюционером, редактирует журнал контрразведки, беспрерывно ведя травлю против большевиков. За годы гражданской войны Алексинский окончательно опустился, превратившись в политического лакея белогвардейщины. Достаточно сказать, что он работал в бурцевском «Общем Деле», которое даже белые прозвали «помойной ямой».