Историческое подготовление Октября. Часть I: От Февраля до Октября - Лев Троцкий

118

Переверзев – известный петроградский адвокат. По политическим воззрениям был близок к Керенскому. В июльские дни был министром юстиции и опубликовал подложные документы, направленные против нашей партии (в них, например, утверждалась связь большевиков с германским штабом и т. д.).

119

Третьяков – московский фабрикант. В 1917 г. был одним из руководителей торгово-промышленной России. Во время разных правительственных комбинаций Третьяков не раз намечался в министры. В созданное Керенским 25 сентября правительство Третьяков вошел, в качестве председателя Высшего Экономического Совета. В годы гражданской войны Третьяков играл крупную роль у Колчака. В эмиграции Третьяков является одним из руководителей союза бывших фабрикантов.

120

Брамсон – один из лидеров партии народных социалистов. По некоторым вопросам Брамсон расходился с правым большинством этой партии. В 1917 г. входил в ЦИК от н.-с.

121

Шингарев – видный земский деятель к.-д. В Государственной Думе Шингарев играл крупную роль, возглавляя вместе с Милюковым и другими так называемый прогрессивный блок. В Временном Правительстве второго состава Шингарев занимал пост министра финансов. В послеоктябрьские дни он был убит в больнице неизвестными лицами.

122

Дан – крупнейший политический вождь меньшевиков. На протяжении 20 лет, со дня основания меньшевизма до наших дней, Дан последовательно проводил и проводит реформистские идеи. В рядах меньшевиков Дан всегда был самым твердокаменным, стопроцентным оппортунистом. Не в пример Мартову, Дан никогда не делал резких уклонов влево и, на всех крупных поворотах, неизменно отстаивал против Мартова реформистские принципы. Уже в годы ликвидаторства, Дан проявил себя, как последовательный политик, став во главе открытых ликвидаторов. В годы войны Дан, хотя формально и не числился оборонцем, но по существу был таковым, что подтвердилось позже его идейной солидарностью с так называемым «революционным оборончеством». Возвратившись в 1917 г. из сибирской ссылки, Дан становится во главе партии меньшевиков и ЦИК'а. Вся политика коалиции вдохновлялась прежде всего Даном. Недаром она получила название либер-дановской. В борьбе против Мартова и даже Аксельрода, в борьбе против левых меньшевиков, Дан ведет меньшевистскую партию к коалиции и – тем самым – к политической смерти. После Октября Дан, формально не присоединяясь к сторонникам вооруженной борьбы с Советской властью, по существу поддерживает таковых. В последние годы Дан вместе с Мартовым возглавлял заграничный центр меньшевиков. После смерти Мартова Дан остался единственным крупным политиком разложившейся партии меньшевиков.

123

Р. Гримм – лидер Швейцарской с.-д. партии. В эпоху войны Гримм активно участвовал в Циммервальдской конференции, будучи по существу пацифистом, а не революционером. В 1917 г. Гримм прибыл в Россию с намерением, по-видимому, принять активное участие в заключении мира между Россией и Германией и тем «спасти» русскую революцию. Вся шумиха, поднятая буржуазной печатью, возникла из-за следующего: Гримм получил в Петербурге телеграмму (перехваченную разведкой), в которой член швейцарского правительства Гофман передавал Гримму о благоприятных перспективах со стороны Германии на заключение сепаратного мира между Германией и Россией. Эта телеграмма была ответом на запрос Гримма, который, как было отмечено, тщился выступить в качестве посредника между воюющими странами. Буржуазная печать подняла бешеный вой, обвиняя Гримма, а с ним вместе и всех циммервальдцев, как германских агентов. Терроризованные ею советские вожди немедленно выслали Гримма за границу.

124

Речь Милюкова, о которой говорит т. Троцкий, была произнесена Милюковым на частном совещании членов Государственной Думы 3 июня по вопросу внешней политики, состоявшемся у Родзянки. Ввиду того, что именно с этого момента начинается неслыханная травля руководителей левой советской оппозиции, в особенности Ленина и Троцкого, мы приводим полностью отрывок из указанной речи Милюкова, на которую ссылается тов. Троцкий:

К сожалению, провокационный шаг германцев не единственный: Германия ищет сепаратного мира не только на фронте, в окопах, она ищет его и в России. И вот является в Петроград сам председатель циммервальдской конференции, Роберт Гримм, личность очень хорошо и определенно известная во всей европейской социал-демократии. Я должен сказать, что в мою бытность министром я запретил Роберту Гримму въезд в Россию, зная, что Роберт Гримм является агентом германского правительства. Сегодня мы читаем в газетах, что Роберт Гримм выслан обратно за границу смешанным министерством с участием министров-социалистов. Только теперь они узнали, что Роберт Гримм есть агент германской власти, и что в качестве агента он является посредником, через голову правительства, опять все по тому же вопросу, – по вопросу о сепаратном мире. Есть и еще один печальный факт того же рода. Недавно арестован, как вы знаете, довольно известный писатель Колышко, писавший под именем Баяна и Серенького в разных газетах. Его арест раскрывает неожиданные вещи. Оказывается, что г. Колышко на германские деньги очень много поработал над удалением из первого состава министерства военного министра Гучкова и министра иностранных дел Милюкова. Таким образом, германская работа не ограничивается академическими предложениями сепаратного мира. Ведется весьма энергичная и чисто практическая работа. Работая параллельно с идеологами Кинталя и Циммервальда, германские агенты достигают целей, которые приятны, с одной стороны, нашим крайним партиям, а с другой стороны, – германскому правительству. Нужно только прибавить одно, – наше Временное Правительство арестовало Колышко и выгнало Роберта Гримма. А Ленин, Троцкий, вновь проповедующие «перманентную революцию», и их товарищи, достаточно нагрешившие против всех параграфов уголовного кодекса, гуляют на свободе и вносят заразу в русское общество и в русскую армию. Я думаю, надо пожелать нашему правительству быть последовательным и перейти от агитаторов иностранных и буржуазных к агитаторам социалистическим, но однородного типа. Будем желать, чтобы когда-нибудь и Ленина с его товарищами послали туда же, где находится Колышко («Речь», 4 июня 1917 г.).

125

Вопрос о Государственной Думе не стоял специально на повестке дня Съезда, а возник в процессе трений по вопросу о Временном Правительстве. Поводом к нему послужило совещание правых членов Государственной Думы, которое пыталось выступить активно и в дальнейшем. Таким образом, реакция, которая ранее несколько утихла, снова подняла голову. Несмотря на то, что контрреволюционные поползновения Родзянки и K° были очевидны, эсеро-меньшевистские лидеры не решались, под давлением буржуазного большинства Временного Правительства, распустить Думу. Церетели же в своих аргументах против большевиков дошел даже до утверждения, что Государственная Дума пользуется большим авторитетом в массах населения. Эсеры, которые вначале стояли за роспуск Думы, позднее, под влиянием меньшевиков, перешли на сторону противников ее роспуска. Съезду были предложены три резолюции. Одна – большевиками и интернационалистами, которую защищали Луначарский и Троцкий, другая – Мартовым и третья (см. ниже), предложенная Гоцем от имени меньшевиков и эсеров, которую защищали Дан и Богданов. Эта третья резолюция и была принята большинством 491 голоса против 216 при 41 воздержавшемся. Отношение меньшевистских лидеров к Думе было настолько позорным, что даже Суханов в своих «Записках» квалифицирует его, «как образец мелкого и скверного политиканства в тогдашних правящих советских сферах».

Резолюция меньшевиков и с.-р. о Государственной Думе и Государственном Совете, принятая на заседании Съезда Советов 9 июня.

Принимая во внимание, что в последнее время группа бывших членов Государственной Думы, выступая от имени Государственной Думы и используя положение, занятое ею в первые дни революции, пытается под империалистическими лозунгами стать центром для собирания сил, действующих против революции и демократии, – Всероссийский Съезд, считая необходимым установить, что революция, разрушив основы старого режима, тем самым: а) упразднила Государственную Думу и Государственный Совет, как органы законодательной государственной власти, б) что она же лишила их личный состав звания, дарованного им старым порядком, – полагает: 1) что в дальнейшем отпуск средств на содержание и функционирование Государственной Думы и Государственного Совета, как законодательных учреждений, должен быть Временным Правительством прекращен, и 2) что поэтому все выступления бывших членов Государственной Думы и Государственного Совета являются выступлениями частной группы граждан свободной России, никакими полномочиями не облеченных.