Всем врагам назло! - Елена Харькова

Пыня, уже почувствовав себя в роли заместителя Продюсера, представил Анжелику всем собравшимся.

– Знакомьтесь, это Ангелочек, новая подружка Продюсера. Теперь она будет жить с нами. Запомните: если кто посмеет её обидеть или облапать – будет иметь дело со мной! Понятно? – высокомерно процедил рябой.

– Я не понял: а чёй-то ты тут выступаешь? Паханом, что ли, заделался? – возмутился Цукер. – Мы и без тебя знаем, что девку трогать нельзя. Поэтому не хрена тут перед нами пальцы гнуть.

– Да Пыня хочет, чтобы Продюсер его главным над нами поставил, поэтому и виляет задом перед девкой, выслуживается, – ехидно подлил масла в огонь Меченый.

– Кто это виляет задом?! – обиделся Пыня. – Ничего я не выслуживаюсь! Это ты, Меченый, мастер шестерить. Вспомни, как сам перед Элеонорой выёживался.

– Что?! Я выёживался?! – взбесился Меченый. – Да ты, гнида, ща договоришься! Я тебя, сучара, за такие слова как соплю по стенке размажу!

– Ща посмотрим, кто кого размажет! – набычился Пыня.

А дальше их «дружеский диалог» перешёл с русского языка на матерный, а затем плавно перетёк в рукопашный бой, в который постепенно, по мере того, как дерущиеся нечаянно задевали кулаками или ногами рядом стоящих, вступили и все остальные обитатели дома (кроме Ангелочка, разумеется). Даже карлик Чита время от времени подбегал к драчунам и, стукнув кого-нибудь кулаком в зад, тут же отбегал, радостно хихикая. Анжелика сначала попыталась утихомирить парней, но её жалобное «Мальчики! Мальчики! Прекратите сейчас же!» ни на кого не оказывало никакого воздействия. В конце концов Анжелика, опасаясь за собственное здоровье, отошла подальше, села на диван и со спортивным азартом стала наблюдать за потасовкой.

Но вскоре драка приблизилась к тому дивану, откуда Анжелика, как из театральной ложи, наблюдала за представлением. Спасаясь от ударов, девушка залезла на спинку дивана. Но не тут-то было. Парни в азарте тоже полезли на диван. Уйти ей оттуда было некуда, и, пару раз увернувшись от мелькавших вокруг неё рук и ног, Анжелика решила, что пора прекращать это безобразие. Зажмурившись от страха, она пронзительно завизжала. Драчуны замерли и ошарашенно уставились на продолжающую визжать девушку.

– Ты чего? – почти хором спросили они.

Анжелика открыла глаза и затараторила:

– Прекратите драться! Немедленно! Если вы будете ссориться, то я… то я… – она лихорадочно соображала, чем же можно испугать бандитов, и наконец выдала: – …то я скажу Мишелю, что вы пытались меня изнасиловать! И он вас всех отсюда выгонит! Вот!

Анжелика выдохнула после произнесённого на одном дыхании монолога и только тут поняла, глядя на уставленные на неё исподлобья хмурые взгляды бандитов, что сказала что-то не то. Воцарилось тяжёлое молчание. Парни глядели на девушку с нескрываемой ненавистью. Теперь-то она уж точно стала их общим врагом. Анжелика дико перепугалась, что бандиты, решив, что терять им уже нечего, исполнят высказанную ею же самой угрозу.

«Ну вот, кто меня тянул за язык?! Надо же было такое ляпнуть! Правильно мне Ольга советовала зажимать язык зубами. Ой, что сейчас будет! Что будет!!!»

Анжелика подтянула к себе коленки, стараясь полностью залезть на спинку дивана, словно оттуда бандиты её не достанут. Но парни, видимо, истратив воинственность в драке, решили не связываться с ней и разошлись. Оставшись одна, Анжелика ещё несколько минут сидела на диване, не веря, что опасность миновала и Бог опять не пожелал взять её к себе.

– Вот и подружились, – тяжело вздохнула она.

Придя в себя, Анжелика соскочила с дивана и галопом понеслась в свою комнату. Там она распахнула шкаф и, открыв заветную панель, стала щёлкать кнопками. Наконец в наушниках послышались голоса бандитов. Они все собрались в комнате у Пыни. Слышимость была очень хорошей, как будто она сама находилась в той же комнате.

«Да, не зря я выложила столько денег из собственного кармана».

– На хрена Продюсер притащил сюда эту бабу? – услышала она недовольный голос Цукера. – Раньше он никогда шлюх наравне с нами не ставил. Значит, всё, пацаны, он втюрился в неё. Стопудово! А чё, девка она смазливая, такая любого мужика наизнанку вывернуть сможет. Вот увидите, скоро Продюсер вокруг неё на цырлах бегать будет и нас заставит. Дело говорю.

– Да, теперь нам всем кранты! – поддержал его Пыня. – Эта девка Продюсеру мозги крутить в свою пользу будет и на нас его будет натравливать. Ага, кто ей не понравится – всё, не жилец. Эта сука подластится к Продюсеру и наврёт, что изнасиловать хотел. И всё, хана пацану!

– Что же делать? Девка нас точно подведёт под дуло! – запаниковал Репа.

– Что делать, что делать, – передразнил его Меченый, – замочить её, вот что! И чем скорее, тем лучше, пока Продюсер из-за неё нас самих не выпотрошил.

Анжелика после этих слов панически забилась поглубже в шкаф и даже прикрылась платьями на вешалках, словно это могло хоть как-то уберечь её от смерти.

– Вы что…? – матюгнулся Череп. – А что мы Продюсеру скажем?

– Что она уехала, – предложил Пыня. – Мочить её, мочить надо! Срочно!

Рябой теперь очень старался показать дружкам, что он за них, а не за «девку».

«У, предатель! – разозлилась Анжелика. – Правильно тебя гнидой назвали. Гнида ты и есть!»

– Так вам Продюсер и поверит! С чего это она вдруг уехала? Он её в свой дом привёз, надарил ей наверняка кучу цацек, навешал на уши лапшу про любовь до гроба. Да ни одна баба после этого от Продюсера не сбежит! – продолжал отговаривать Череп.

«Всё-таки нормальный Череп парень. Нужно его будет спасти, когда все погибать будут», – расчувствовалась Анжелика.

– Да-да, Продюсер не поверит! – поддакнул Чита, который надеялся и дальше получать от девушки спиртное.

«И Читу спасу! – решила Анжелика. – Всё-таки добрая я баба, сердобольная! Уже двоих, считай, от смерти спасла! Может, и ещё кого спасу…»

– И потом, будет слишком подозрительно, что она сделала такой ремонт, украсила их любовное гнёздышко, а перед самым приездом любовника взяла и вдруг смылась, – продолжал Череп. – Мочить её надо только после того, как она хотя бы месячишко здесь поживёт.

У Анжелики аж дыхание спёрло от возмущения.

«И этого гада я хотела спасти! Нет, не будет ему прощения! Всё, вычёркиваю Черепа из списка помилованных».

– Давайте подождём, пока эта сука сама с Продюсером поссорится, тогда и убьём, – предложил Пыня.

– Точно! Тогда-то он поверит, что она сбежала, – обрадовался Цукер.

– А мы ещё и денежки у Продюсера сопрём. Пусть на девку думает, что с собой прихватила, – захихикал Чита.