Мое тело – тюрьма - Кицунэ Миято

Михайловны иногда её используют и разные манипуляторы. «Якорем» может стать, в принципе, всё что угодно, но наиболее сильным эффектом обладают прикосновения. «Заякорить» можно также и любой предмет, там получаются «спонтанные амулеты», которые «успокаивают» или «дарят внутреннее равновесие» — потому что предмет связан с положительными эмоциями, которые вызывает «якорь».

Для демонстрации Эльмира вызвала Анну с её «невесткой» и попросила подумать о чём-то приятном. После чего коснулась колена ладонью и немного сжала. Приятные моменты менялись, а тренер каждый раз касалась одного и того же места.

— А теперь подумайте о чём-то не очень приятном. Не самое плохое воспоминание в вашей жизни, но какую-то досадную мелочь. Так… — Эльмира Михайловна снова коснулась колена Анны. — Что вы чувствуете по поводу этого случая.

— Я… — как-то растерянно прозвучал голос Анны, а на лице застыло удивление. — Словно мне… Не знаю. Что это не так важно и немного приятно как будто… Так странно. Раньше положительных эмоций это не вызывало.

— Якорь позволяет удерживать клиента, который слишком сильно окунулся в какие-то негативные эмоции, — пояснила тренер. — Его ставят в начале любой работы. Чтобы в случае соскальзывания вернуть.

Получалось, что те же объятия были своего рода «якорем» для положительных эмоций перед занятиями клуба. Всё же в обычной жизни обнимала чаще всего мама и этот жест пробуждал глубинное чувство защищённости.

Кира вспомнила слова Мити про «секту»: оказалось, что в сектах тоже постоянно обнимаются, как раз чтобы создать положительные эмоции и чувство доверия и общности.

После они снова разбились на пары и пробовали «заякорить» друг друга, делясь впечатлениями в плане прикосновений, их интенсивности и уместности. Кире, к примеру, было щекотно, когда хватали за колено, поэтому в это место ни у кого якоря поставить не вышло.

— Предлагаю закончить на сегодня, — сказала Эльмира Михайловна. — Завтра мы будем разбирать одну небольшую технику, так что подумайте над какой-то ситуацией, отношение к которой хотите изменить. Если вы собираетесь продолжать курс тренинга, то обычно под конец наступает проблема, что проблем нет…

— У меня и сейчас как-то с проблемами не густо… — пробормотала Кира.

— Что, правда? — спросила её Анна, с которой они оказались в паре после разных перестановок и обмена.

— Ага, типа того, — фыркнула Кира.

— Ну, ты просто молодая ещё. А такие к жизни слишком просто относятся, как моя невестка, ей вот на всё пофиг. Всё мимо ушей, как об стенку горох, — забухтела женщина.

Кира улыбнулась и поспешила одеться, чтобы не слишком поздно заявиться в гости.

А когда ужинала, тёте позвонила знакомая и Кира стала свидетелем разговора, который случился прямо перед ней.

— Да плохо живём… — вздохнула тётя, видимо, на вопрос о делах. — Сплошные проблемы. На заводе меня на пенсию хотят отправить и Володю тоже… Ага, ага… Так, а работать кому? Никто ничего не умеет. Зарплаты маленькие, еле-еле хватает на лекарства. А у нас и внуки, одному купи, другому купи, да ещё, вон, племянница ходит к нам постоянно, её кормить надо.

Глава 14

Изменение реальности

Кира шла утром в сторону садика на последний день тренинга и размышляла о том, что сказала тётя Альбина. Вроде как не ей, но при ней. Это был намёк, что она зачастила в гости? Или это было совершенно неосознанно, потому что тётя в принципе любила прибедняться? Или это вообще был очередной перл из разряда «Кира, будешь суп есть? А то его всё равно выкидывать!». Или что?

Вчера тётя ещё поговорила минут десять, а потом пошла укладываться спать. Кира тоже слишком устала за время тренинга, чтобы в принципе думать, поэтому выбрала «разобраться с этим завтра».

Но вообще-то подобных слов Кира не ожидала. От тёти… А вот её супруг, дядя Володя, отличался грубостью и несдержанностью, считал себя «правдорубом» и «юмористом», мог нахамить или обозвать, считая, что это смешно, ну или «он просто правду сказал». Когда они приезжали в гости раз в пару лет, дядя Володя всё придирался к маме Киры. То спрашивал «что ты такая толстожопая», то проходился по поводу «кормы, которая в дверь не пролазит», то ещё что. Мама отшучивалась и не показывала, что её это сколько-то задевает. За тётей дядя Володя следил и попрекал её за любой лишний килограмм. Все у него были либо «жирные», либо «тупые», либо «евреи».

Возможно, поэтому «по закону кармического воздаяния» Лара — жена Жэки — после родов резко набрала вес и стала шире мамы Киры в полтора раза и вот точно «не пролазила» в узкий проход «хрущёвки» из коридора в комнату — только боком. Впрочем, это просто было «лишним поводом» придраться, потому что жена их старшего сына оказалась еврейкой. Правда, выяснилось это гораздо позже их свадьбы. Но про евреев дядя Володя больше ничего не говорил. Их старшая невестка была из какой-то «крутой» семьи и в их случае «снизошла», но там была своя история.

Тётя Альбина была старшей сестрой отца Киры, и когда она поступила, её папа хотел, чтобы Кира жила с тётей. Но… из-за дяди Володи Кира отказалась наотрез, и мама её в этом поддержала. Хотя в первое время тётя всё ворчала, что «девочке не место в общаге». Но ходить раз в неделю в гости — это одно, а жить с родственниками… Нет. Впрочем, к дяде Кира тоже нашла подход, заметив, что у того большие солевые отложения на шее и что тот пытается сделать сам себе массаж с помощью деревянного массажёра по типу «вехотка». Тогда она предложила свои услуги для «проведения нормального лечебного массажа», провозилась больше часа, дядя был деревянным как стол и совершенно не проминался. И потом каждый раз, как приходила, звала на диван — «для массажа». В принципе, и делать у родственников особо было нечего, так что… через какое-то время дядя, которому стало легче со спиной, и сам её ждал и спрашивал «ложиться ему или нет уже». И ни одной грубости или какой-нибудь очередной «правды» себе не позволял.

— Может, дело в том, что раньше я приезжала по будням, а сейчас в пятницу вечером и остаюсь до обеда субботы? А в этот раз с двумя ночёвками и на обед ещё зашла? — вслух спросила Кира и снова вспомнила, что Грим пока не может ей ответить.

Ключей от своей квартиры тётя ей не давала, так