Великий Север. Хроники Паэтты. Книга VII - Александр Николаевич Федоров

в Тавере — большинству северян было неуютно в городе, словно это был другой мир. Шервард понимал их, но он не мог понять того испуганного отторжения, что испытывали многие из его сородичей к имперскому образу жизни. Эти люди так яростно цеплялись за прошлое, что не видели очевидных преимуществ будущего, которое для Шерварда олицетворялось именно этим вот видом шеварского города.

Да, разговаривая с некоторыми дружинниками за минувшее время, юноша понял одно важное отличие между ним и людьми, подобными кормчему. Он видел цель грядущего похода Враноока в том, чтобы, условно говоря, принести Шевар на Баркхатти, тогда как они, похоже, наоборот, надеялись насадить Баркхатти на территории всей Кидуанской империи.

Впрочем, он довольно быстро позабыл и о хмуром кормчем, и о оставшемся далеко позади Келлийском архипелаге. Пружинистой походкой счастливого человека он шёл знакомыми дорогами к той самой гостинице, в которой жил прошлой зимой. По пути ему то и дело попадались знакомые лица, пусть он и не помнил, или же вовсе не знал их имён, и ему было особенно приятно видеть приветственные улыбки на их лицах, слышать дружелюбные окрики. И он отвечал тем же.

Оказалось, правда, что за целый год отсутствия он порядком подзабыл имперский, а гортань, щёки и язык, как и год назад, возопили от непривычного напряжения, но Шервард не отчаивался. Он знал, что через несколько дней вновь будет уверенно, пусть и не совсем правильно, говорить на этом языке.

Заселившись в гостиницу, где его, разумеется, сразу узнали и очень обрадовались, юноша, конечно же, поспешил в таверну мэтра Хеймеля. Старый добряк был так счастлив появлению былого завсегдатая, что настоял на том, чтобы заказанный обед был за счёт заведения. Разумеется, Шервард и не думал отнекиваться.

Первым делом он спросил о Бруматте и Динди.

— Как же, захаживают, не забывают старика, — тепло усмехнулся трактирщик. — Не так часто, как бывало, конечно… Точно уж не упомню — где-то с неделю тому назад были здесь, или чуть больше. Думаю, в ближайшие дни обязательно наведаются. Господин Хэддас регулярно в городе по делам имения бывает.

— Ну а вы как здесь живёте сейчас? — всё-таки Шервард подрастерял разговорный навык, и строил предложения не совсем правильно.

Однако мэтр Хеймель его прекрасно понимал. Вручив на время бразды правления жене, он охотно составил компанию обаятельному северянину. Они просидели вместе едва ли не целый час, пока трактирщик лавиной заваливал собеседника мелкими, ничего не значащими новостями. Впрочем, Шерварду было действительно интересно — он наслаждался этой беседой. И всё же время от времени он ненароком бросал взгляд на входную дверь, словно надеясь, что Бруматт, повинуясь какому-то чутью, именно сегодня решит наведаться в Тавер.

Однако он съел обильный обед (Великая Мать, как же он соскучился по вкусу этих блюд!), а Бруматт и Динди всё-таки не явились. Мэтр Хеймель в конце концов вернулся к своим делам, а Шервард, поболтав со знакомыми посетителями ещё часик или два, отправился в город. Первым делом, разумеется, он наведался на рыночную площадь, где получил щедрую порцию восторженных приветствий и ласк от местных торговок. Но и здесь брата и сестру Хэддасов никто не видел больше недели.

В конце концов Шервард вернулся в гостиницу. По крайней мере, теперь, едва лишь Бруматт покажется в городе, то наверняка услышит о возвращении северянина от сотни разных людей. А это значит, что они с Динди сами придут к нему. Поскорее бы…

***

Новости разносились по городу со скоростью осеннего шторма. Уже на следующий день Шервард встретил неподалёку от рыночной площади Бодена — тот как будто совершенно случайно оказался здесь. Они поздоровались, особенно не таясь. Боден и не думал делать секрета из своей дружбы с северянином. Впрочем, в тот момент они лишь перекинулись несколькими обычными для такого случая фразами.

Главный разговор состоялся позже — в таверне мэтра Хеймеля. Они встретились ближе к вечеру, когда в харчевне было полно народу и гул голосов служил лучшими стенами для заговорщиков. Они выбрали укромный уголок, где могли говорить, не опасаясь нескромных ушей.

— У вас там всё в силе? — первое, о чём спросил Боден.

— У нас — да. А что у вас?

— Я обещал, что всё будет как надо, — напомнил Боден. — Всё так и есть. Когда вы начнёте, здесь будет, кому подхватить. Когда?

— Я ещё не знаю сам, — смутился Шервард. — Летом.

— Лето большое, — чуть поморщился торговец. — Хотелось бы больше подробностей.

— Я говорил с Вранооком. Он сказал — летом.

— Подготовка уже началась?

— Она началась ещё две зимы назад.

— Я не о том, — с явным раздражением буркнул Боден, но даже теперь он контролировал себя полностью и не повысил голос. — Собираются ли уже войска? Я не знаю, как это там у вас делается… Ну, ты видел — велика ли армия?

— Я не видел, — не стал врать Шервард. — Но Враноок сказал, что будет много-много тысяч людей. Келлийцы, шеварцы, люди Загорья. За эту зиму построены сотни кораблей.

— Это хорошо, — кивнул Боден. — А что насчёт Труона?

— Что — Труон?.. — не понял юноша.

— Необходимо взять под контроль Труон.

— Я ничего не знаю об этом, — покачал головой Шервард. — Я не думаю, что Враноок хочет завоевать всю страну. Это — ваша страна, делайте с ней что хотите. Мы поможем рушить империю, но дальше вы будете решать сами.

— Тавер может в достаточной степени контролировать устье Труона, но не менее важно — кто будет владеть рекой выше по течению.

— Разве Труон не течёт по землям Шевара? — озадаченно спросил Шервард.

— Да, но не только. Кроме того, если уж пошло такое дело, что наша добрая империя может развалиться на куски, то стоит ли обращать внимание на формальности? Зачем нам огромные королевства с зажравшимися королями? Не лучше ли устроить всё так, как на ваших островах? Нет королевств, есть свободные города и свободные люди, которые сами решают, как и где им жить. Может быть, Тавер станет как раз таким вольным городом, и — отчего бы и нет! — подберёт под себя весь нижний Труон!

— Это ваше дело, — повторил Шервард. — Но мне хочется сказать тебе, что вы плохо цените то, что у вас уже есть. Ты не жил на островах, а я жил. И мне кажется, ты не захотел бы так жить.

— Странная речь человека, приехавшего сюда, чтобы поднять мятеж против империи, — хмыкнул Боден. — Если у нас всё так хорошо, а у вас — плохо, так какого же демона вы собираетесь всё это разрушить? И главное —