Соперница - Нора Робертс

Он находился в доме уже почти час, когда наконец-то нашел что-то интересное. Под подушкой лежал дневник. Он был переплетен в глянцевую кожу с замочком, а замочек был заперт на ключ. Финн сунул было руку в карман за перочинным ножиком, но вдруг услышал, что в замке поворачивается ключ.

– Черт побери, Фрэн! – Его взгляд метнулся обратно к чулану, но он тотчас же отказался от этой мысли. Во-первых, потому, что она была слишком банальна, а во-вторых, такой поворот событий показался ему просто унизительным. Лучше встретиться с врагом лицом к лицу, чем прятаться от него. Поэтому Финн шагнул вперед, к двери спальни, как раз в тот момент, когда внизу Джеф вошел в холл и, посвистывая, направился на кухню.

– Ты не кажешься слишком расстроенным, правда? Ах ты, сукин сын! – пробормотал Финн и скользнул к лестнице.

Он не мог дождаться, когда увидит ее. Джеф знал, что рисковал, уйдя из офиса раньше, когда Фрэн так настаивала, чтобы он остался. Но он просто убежал. Ему не терпелось попасть домой, попасть к Дине. В офисе все было вверх ногами, думал он. Никто не мог работать, и всегда можно было сказать, что ему захотелось побыть одному. Никто не сможет винить его за это.

Он налил стакан молока, положил красивое печенье к чаю на блюдце китайского фарфора и поставил все это на поднос вместе с еще одним розовым бутоном.

Теперь она уже отдохнула, уверенно размышлял Джеф. Она уже чувствует себя лучше, привыкла к новой обстановке. Скоро, очень скоро она увидит, как замечательно он умеет о ней заботиться.

Финн ждал наверху у лестницы. Он слышал, как Джеф насвистывал, слышал, как гремела посуда. Потом раздались шаги, тихий щелчок, через несколько мгновений еще один.

И больше ничего.

Да куда же пошел этот мерзавец? – подумал Финн. Неслышно ступая, спустился по лестнице. Он скользил как тень из комнаты в комнату. Но когда дошел до кухни, был просто ошарашен. На столе лежала открытая коробка из-под печенья, в воздухе еще чувствовался сладкий запах сахарной глазури. Но Джеф растворился как дым.

– Ты выглядишь прекрасно. – Чувствуя себя в безопасности в звуконепроницаемой комнате, Джеф робко улыбнулся Дине. – Тебе понравилась одежда?

– Да, очень красивая. – Она заставила себя улыбнуться ему в ответ. – Я приняла душ. Поверить не могу, что ты сумел подобрать мои любимые марки.

– А ты видела полотенца? По моему заказу на них вышиты твои инициалы.

– Да, я знаю. – Внутри у нее все сжалось. – Как это мило с твоей стороны, Джеф! А это что, печенье?

– Да, твое любимое.

– Точно, мое любимое. – Глядя на него, Дина подошла поближе, стараясь не скрежетать зубами. Не отводя взгляда от глаз Джефа, выбрала одно печенье, аккуратно надкусила. – Замечательно, – и отметила, что он перевел взгляд на ее рот, пока она жевала откушенный кусочек. – Тебя так долго не было.

– Я вернулся, как только смог. На следующей неделе подам заявление об уходе. У меня отложено полно денег, плюс наследство от дяди. Я больше не оставлю тебя одну.

– Мне здесь так одиноко. Я ведь совсем одна. – Она присела на край кровати. – Ты теперь останешься со мной, правда?

– Столько, сколько ты захочешь.

– Сядь рядом со мной, – словно приглашая его, она прикоснулась к покрывалу кровати рядом с собой. – Кажется, если ты теперь все объяснишь, то я смогу понять.

Дрожащими руками он поставил поднос.

– Ты не сердишься?

– Нет, я все еще немного боюсь. Мне так страшно оставаться здесь взаперти.

– Извини меня. – Он опустился рядом с ней, стараясь к ней не прикасаться. – Когда-нибудь все изменится.

– Джеф, – она прикоснулась к нему, накрыв его ладонь своей, – почему ты решил это сделать? Почему ты решил, что настал подходящий момент?

– Я знал, что это должно случиться скоро, до свадьбы. Вчера, когда я вошел в твой офис и увидел тебя в свадебном платье, то понял, что не могу больше ждать. Это был знак. Ты была такой красивой, Ди.

– Но ведь это был ужасный риск. Внизу меня ждал Тим.

– Это был я. Я тебя ждал. Надел его шляпу, пальто и солнечные очки. Мне пришлось убрать Тима с дороги.

– Как?

Он опустил взгляд, глядя на их соединенные руки. Дине показалось, что у нее вот-вот остановится сердце.

– Джеф! Тим мертв?

– Я сделал это не так, как с другими. – Он озабоченно и страстно посмотрел на нее. В его глазах была детская надежда. – С ним я этого не сделал бы. Тим не причинял тебе никакого вреда. Но мне надо было убрать его с дороги и побыстрее. Он мне тоже очень нравился, правда. Так что я все сделал очень быстро. Он ничего не почувствовал. Я положил его в багажник, а после того, как привез тебя сюда, отогнал машину на стоянку в центре города. Оставил ее там и пришел домой, чтобы быть вместе с тобой. – Его лицо искривилось, когда она отвернулась. – Ты должна это понять, Дина.

– Я стараюсь. – О господи, Тим! – Но ты не сделал ничего плохого Финну?

– Я же пообещал, что не буду. Он все время был с тобой, а я все время ждал.

– Я знаю, знаю, – чисто инстинктивно она смягчилась. – Они меня ищут, правда?

– Но они тебя не найдут.

– Но они ищут.

– Да! – выкрикнул Джеф, вскакивая с кровати. До сих пор все шло прекрасно, напомнил он себе, просто прекрасно. Но Джеф чувствовал себя так, словно стоял на краю пропасти и не мог разглядеть дна. – Они будут искать и искать. А потом перестанут. И никто больше нам не помешает. Никто.

– Все в порядке. – Она тоже встала, хотя ее ноги дрожали. – Ты же знаешь, какая я любопытная. Всегда задаю разные вопросы.

– Ты не будешь скучать по телевидению, Ди. – Рукавом рубашки он смахнул слезу. – Я буду твоим самым лучшим зрителем. Я могу слушать тебя часами. Правда. Но теперь мне не придется смотреть пленку. Теперь все будет по-настоящему.

– Ты хочешь, чтобы все было по-настоящему, правда?

– Больше всего на свете.

Ее сердце сильно забилось в груди, когда она подняла руку и погладила его по щеке.

– И ты хочешь меня?

– Ты – это все, чего я хочу. – Его лицо дернулось под ее ладонью. – Все эти годы ты была всем, чего я хотел. Я никогда не был с другой женщиной. Не так, как Пайк или как Райли. Я ждал тебя.

Дине хотелось бы, чтобы в ее сердце не осталось ничего, кроме ожесточения, но какая-то часть ее души рыдала, оплакивая Джефа.

– Ты хочешь прикоснуться ко мне? – Внутренне сжавшись, она подняла его руку и положила себе на грудь. – Вот так?

– Ты такая мягкая. Такая мягкая…

Рука Джефа дрожала на ее теле, и в этом было что-то трогательное и ужасающее, хотя его пальцы пытались ее приласкать.

– Если я разрешу тебе трогать меня, вот так, как сейчас, ты выпустишь меня наружу?

Он отпрыгнул обратно, словно обжегшись. Горечь предательства клокотала в его горле.