Соперница - Нора Робертс

– Нет, я должен оставить тебя здесь. Ты не хочешь посмотреть телевизор? – Он пересек комнату, взял с тумбочки у кровати пульт управления. – У нас есть все кабельные программы.

Сдерживая истерический хохот, она закрыла глаза руками.

– Нет-нет, не сейчас.

– Ты сможешь смотреть телевизор, когда захочешь. А на этой полке полно видеозаписей. Фильмы и пленки, на которые я снимал тебя. А это альбомы с вырезками. – Он суетливо бегал по комнате, как энергичный хозяин, беспокоящийся, как развлечь гостей. – Я собрал их все для тебя. Здесь все, что когда-либо было про тебя написано. А вот стереопроигрыватель. У меня есть все твои любимые записи. А в ванной стоит маленький холодильник с напитками и закусками.

– Джеф… – Дина чувствовала, как внутри ее нарастает волна паники. Она встала, ее руки тряслись. – Ты столько беспокоился ради меня. Я это понимаю. Я понимаю: ты сделал это потому, что думал, что должен поступить так, а не иначе. Но это неправильно. Ты ведь держишь меня в тюрьме.

– Нет, нет, нет! – Он быстро подошел к ней, схватил за руки. Она отпрянула назад. – Ты как принцесса из сказки. Я защищаю тебя. Я охраняю тебя. На тебя как будто наложено заклятье, Ди. Однажды ты проснешься, и я буду здесь. И мы будем счастливы.

– Нет никакого заклятья! – Дина дернулась прочь. В ней медленно кипели гнев и страх, как экзотическое варево. – И я не принцесса, черт побери, я человеческое существо, и у меня есть право сделать собственный выбор. Ты не можешь запереть меня здесь и ждать, что я буду тебе благодарна за то, что могу пользоваться ванной!

– Я так и знал, что сначала ты рассердишься. – Он разочарованно вздохнул и нагнулся, чтобы собрать посуду. – Но потом ты успокоишься.

– Черта с два я успокоюсь! – Дина прыгнула на него и замахнулась свободной рукой. Первый удар скользнул Джефу по скуле. Китайское блюдо упало на пол и разлетелось вдребезги, с шумом, похожим на град пуль. Рыча, Дина потянулась за осколком.

Она визжала и дралась, как сумасшедшая, когда Джеф повалил ее на пол. Он оказался сильным, намного сильнее, чем выглядел, со своими длинными костлявыми руками. Он не произнес ни слова, ни единого звука, просто больно сжал запястье, пока Динины пальцы не разжались и не выпустили импровизированное оружие.

Потом Джеф потянул ее на кровать, терпеливо снося град ударов руками и ногами. Когда он навалился на нее сверху, его возбужденный член твердо вжался ей в бедро. Ужас Дины удвоился. Были вещи и похуже, чем сидеть взаперти.

– Нет! – Она старалась сбросить его. Динины пальцы то сжимались в кулаки, то разжимались, пока он не подтянул ее руки вверх и не заложил ей за голову.

– Я хочу тебя, Дина! Боже, я хочу тебя! – Неловким поцелуем он обслюнявил ее подбородок. От ощущения ее тела, корчившегося под ним, глаза Джефа застилала красноватая дымка вожделения. Ее сердце стучало, как поршень в моторе, совсем рядом с его сердцем, а кожа казалась мягкой, как вода, горячей, как огонь. – Пожалуйста, пожалуйста, – чуть не плача, он прижался губами к ее губам, – разреши мне хотя бы дотронуться до тебя!

– Нет! – Чувствуя тошноту, она повернула голову в сторону. Контроль. У нее оставалась только одна надежда. – Ты не лучше Джеми! Ты делаешь мне больно!

Слезы текли по его щекам, когда Джеф поднял голову.

– Извини меня, Дина. Извини меня, пожалуйста. Просто я так долго ждал. Мы не станем заниматься любовью, пока ты не будешь готова. Клянусь! Не бойся меня.

– Я боюсь. – Он не собирался насиловать ее, поняла Дина. И был почти пристыжен, что она так поняла. – Ты запер меня здесь. Ты сказал, что никто меня здесь не найдет. А что, если с тобой что-нибудь случится? Я могу здесь умереть!

– Со мной ничего не случится. Я все распланировал. Каждую деталь. Я люблю тебя, Дина, и знаю, что ты тоже меня любишь. Ты показывала мне это сотни раз. Тем, как улыбалась. Как дотрагивалась до меня или смеялась. Тем, как ловила мой взгляд через комнату. Ты сделала меня директором. Я не могу даже объяснить, что это значило для меня! Ты доверила мне управлять своим шоу. Ты поверила в меня. В нас.

– Это не любовь. Я не люблю тебя.

– Ты просто еще не готова. Теперь тебе надо отдохнуть. – Одной рукой он сжал оба ее запястья, а другой достал шприц.

– Нет, не надо. – Она извивалась, дергалась, умоляла. – Пожалуйста, не надо. Я и так не убегу. Ты сам сказал, что я не могу убежать.

– Тебе надо отдохнуть, – спокойно сказал он и вонзил иголку ей под кожу. – Я буду охранять твой сон, Дина.

Ее голова запрокинулась назад, а слезы Джефа капали вниз, Дине на щеки, смешиваясь с ее слезами. С несчастным видом он ждал, пока она прекратила бороться против действия наркотика. Когда ее тело обмякло, он наклонился, испытывая непреодолимое желание погладить ее руками.

Нет, пока она не будет готова, напомнил Джеф себе и удовлетворился только тем, что смахнул слезы с ее щек. Очень нежно он переложил ее на подушки и целомудренно поцеловал в лоб.

«Моя принцесса», – думал он, глядя на спящую Дину. Он построит для нее башню из слоновой кости, и они будут жить там вместе. Всегда.

– Разве она не безупречна, дядя Мэтью? Разве она не красива? Ты тоже полюбил бы ее. Ты понял, что она – единственная. Одна-единственная.

Он вздохнул. Дядя Мэтью не отвечал ему. Напрасно он позволил вожделению вмешаться в его планы. За это ему полагается наказание. Только хлеб и вода на целых два дня. Так поступил бы его дядя. Джеф кротко наклонился, чтобы собрать разбитую посуду. Навел в комнате порядок, выключил свет. Потом в последний раз посмотрел на Дину и выскользнул из комнаты, тихо задвинув за собой панель.

– Мне кажется, будет лучше, если вы заберете мисс Рейнольдс домой.

Дженнер с Финном ехали вверх на лифте. Дженнер все еще обижался на Финна за нажим, к которому репортер прибегнул в их последнем разговоре, но держался со спокойным достоинством, мастерски скрывая свои чувства.

– Я предпочел бы, чтобы ее не было в офисе, когда мы опять будем допрашивать персонал.

– Как только она выяснит, что именно вы собираетесь делать, то и с места не сдвинется. – Довольный, что дело вроде бы сдвинулось с мертвой точки, Финн прислонился к стене. – Я сделаю все, что будет в моих силах, чтобы убедить ее вам не мешать, но ничего более радикального даже предложить не могу. Дина на удивление преданный человек. Она не захочет даже допустить, что в этом деле замешан кто-нибудь из ее людей.

– По-видимому, ей придется это допустить. – Дженнер бросился из кабины в тот самый момент, когда распахнулись двери. – Если она поднимет слишком большой шум, то мы можем вызвать ее людей в участок. Не думаю, чтобы это ей понравилось.