Трилогия Айс и Ангел - Сюзанна Бэк

Но, это был не гризли и не волк. Даже не кролик, изучающий забавного вида чужаков, вторгшихся в его владения. На небольшом холмике, отделяющим наши владения от соседних, стояла маленькая хрупкая фигура, завернутая в тяжелую парку. Я подняла свои руки в нерешительном взмахе, надеясь, что кем бы ни был наш молчаливый наблюдатель, ему нечего скрывать, кроме своих рук в карманах жакета.

Из глубин мехового капюшона парки донесся женский, слега колеблющийся, голос. “Кто вы?” – не двигаясь с места спросила женщина: “Это – частная собственность. Если придется, я могу позвонить в полицию”.

Я узнала массачусетский акцент, так забавлявший меня в детстве. На лице появилась недоуменная улыбка: “Миссис Андерсон? Это вы?”

“Кто вы?” – повторил, ничуть не обрадованный, что его узнали, голос.

Я вздрогнула, застыв в замешательстве несколько дольше, чем это было бы прилично, затем смирившись с судьбой, открыла рот в надежде на обвал несуществующей горы или появление гризли, поедающего женщин. Больше всего на свете мне хотелось провалиться сквозь землю.

Но не тут-то было.

Дело в том, что в маленьком кусочке ада, именуемом Болото, огромное количество времени – по крайней мере мне так казалось – мы с Амазонками проводили, играя в небольшую игру “Угадай настоящее имя Ангела”. Да, разумеется, они знали мою фамилию. Все. Ее, по крайней мере, четыре раза в день громко называли на поверках. Ну, или чаще, если я чего-то нарушала или была нужна на каких-то работах.

Но мое имя… Да, этот мой маленький секрет охранялся лучше, чем Форт Кнокс. И началось это еще в нежные годы моей юности и прошлой жизни, когда меня частенько дразнили из-за него.

Удивительнее всего было то, что Корина не смогла его отгадать, хотя ее длинные щупальца проникли во все аспекты тюремной жизни. Правда, мысленно возвращаясь в те времена, я полагаю, что она могла и знать его уже в первые секунды моего заточения в Болоте, но никогда не имела желания, или, быть может, возможности, использовать против меня это оружие. Я была и навек прибуду безумно благодарна ей.

Что же касается Айс… Однажды, в разгар очередной игры, когда особенно изобретательные догадки заставили меня краснеть от ног до головы, от кончиков пальцев до корней волос, я поинтересовалась ее кажущимся безразличием к этому вопросу.

Она пожала плечами и ответила в своей обычной прямой манере: “Если тебе нравится имя Ангел, значит, так оно и будет. Я буду звать тебя Ангел”.

Вот так просто.

Сзади меня раздалось легкое покашливание. Я моргнула, осознав, что не только наша гостья дожидается ответа. Вместе с ней его ждет и Айс.

Проклятие.

Тысяча проклятий.

“Я Тайлер, миссис Андерсон”, – наконец промолвила я. Возможно, мой ответ был несколько тише, чем следовало, но сильно громче, чем я по некоторым соображениям желала.

“Тайлер?” – повторила женщина. Капюшон парки дернулся вперед, повинуясь столь знакомому мне с детства изумленному жесту маленькой птичьей головки: “Тайлер Мур? Это действительно ты?”

Я рассмеялась. Хотя не думаю, что мой смех был особо ободряющим.

Однако, наверное, для нее этого было достаточно, поскольку она начала спускаться с холма, направляясь в нашу сторону с грацией человека, привыкшего пробираться сквозь глубокие сугробы.

“Не произноси”, – я тихо предупредила твердыню позади себя: “Даже не думай”.

Тишина.

“Даже не мечтай”.

Благодарю тебя, Господи.

“Мэри”.

Если бы я не была абсолютно уверена всеми фибрами своей души, что Айс в мгновения ока может порубать меня на мелкие кусочки, я бы набросилась на нее быстрее, чем волк на кролика. В итоге мне пришлось удовлетвориться легким поворотом головы в ее сторону и испепеляющим взглядом, способным, я уверена, растопить стекло.

К сожалению, даже снег, падающий между нами отказал мне в этой малости – растаять от моего горячего взгляда. Что же касается до объекта моих жалких попыток ярости, она выглядела спокойной и собранной, как будто ничто не в силах ее испугать. Неужели так сложно хотя бы притвориться напуганной? – ее лицо было безучастно, и только в глазах застыла хитрая улыбка.

Дождетесь у меня, миссис Высокая и Могучая. Отольется тебе той же монетой.

Я больше не успела ни о чем подумать, поскольку оказалась заключенной в крепкие объятия, неожиданно сильные для такой хрупкой женщины. Жалея старческие кости, я обняла ее вполсилы.

Прошло много времени, пока мы оторвались друг от друга. Она приложила свои теплые, укрытые перчатками ладони к моим онемевшим щекам: “Милость Божья, дите, это действительно ты! Ты так выросла, что я с трудом узнала тебя!”

Я рассмеялась и, разумеется, покраснела. “Да, конечно, годы берут свое”. Я едва видела ее лицо, но хорошо чувствовала свет улыбки, пробивающийся сквозь темноту капюшона, как путеводная звезда искренности ее приветствия.

Делая шаг назад, она рассмеялась очень музыкальным, полным любви голосом: “Хотела бы я, чтобы и в моем случае годы брали свое. Просыпаясь каждое утро, я готова поклясться, что усохла за ночь на очередной миллиметр”.

Затем она откинула назад капюшон, и я впервые смогла разглядеть лицо, столь знакомое мне, как будто я видела его только вчера. Седины и морщин стало чуть больше, но глядя на нее, я чувствовала, что опять вернулась в прошлое, сделав очередной шаг к Сумеречной Зоне. Это был день, наполненный де жа вю.

“Так удивительно видеть вас”, – ответила я. Должно быть, со стороны это выглядело полным идиотизмом. Снег заметал мои плечи, а я стояла и улыбалась, глядя на нее.

Мягко взяв меня за руку, женщина вернула улыбку: “Мне тоже удивительно видеть тебя, дорогуша. Я думала, что этого уже никогда не произойдет. Твоя мать не особо рассказывала о твоих похождениях, а потом мы и вообще перестали встречаться”.

Продолжая хранить на лице уверенную улыбку, я пребывала в некоторой растерянности.

Хотелось выпрыгнуть в воображаемое окно, но тут Айс почувствовала мой дискомфорт. Она продолжила рыться в рюкзаке в поиске неизвестно чего, издавая при этом гораздо больше шума, чем обычно.

Этот отвлекающий маневр придал мне силы, улыбка стала более естественная: “Миссис Анедрсон, позвольте представить вам мою подругу Морган. Морган, это миссис Андерсон. Моя соседка”.

“Приятно познакомиться, мадам”, – ответила Айс, деликатно пожимая руку старушки.

“Хватит”, – ответила та, крепко пожимая руку моей возлюбленной: “я уже семьдесят пять лет как Руби. Мне бы хотелось, чтобы вы так меня и называли, Морган”. Повернувшись, она подмигнула мне: “Это касается и вас, Тайлер”.