Оборотный случай - Иван Кононенко

Узлик старался держаться около меня, чтобы не дать развязать веревки. Далон крутился вокруг него и тупил меч ударами об гиганта, не приносившими тому никакого ущерба. Стяк воспользовался моментом, когда остальные вампиры или валялись, преставившееся, или лежали, не разбирая пространства и времени, и подобрался ко мне.

— Мы вовремя? — спросил он, пробуя кинжалом перерезать путы. Они были такие толстые, что резались легко.

— Могло быть и позже, — улыбнулся я.

Только бы он не смотрел вниз, где лежит человеческий труп! Хотя вообще очень странно, что Стяк не упал в обморок еще раньше, не дойдя до дома. Может, это грозящая мне опасность его так преобразила?

Велуду пришлось несладко. Хромт был невероятно силен, и его сердце остановить не получалось. Из последних сил лесник старался не попасть под удары и отбивал тяжелым и тупым уже топором тараноподобные удары врага, но надолго это не растянулось бы: нога болела, а кости пальцев на руке еще не срослись.

В дверь влетела Ктори и с разбегу кинулась на пару вампиров, ударив по шеям. Упали они уже мертвыми.

А Стяка сшиб на пол ударом локтя не контролирующий себя Франьен. Его зрачки были необыкновенно узкие, а изо рта шла вязкая слюна. Он посмотрел на меня, скорчил несимметричную, непонятного значения рожу и неразборчиво произнес:

— Он умеет уговаривать.

Интанит наконец смог, отбив удар Велуда, схватить его и победно поднял над головой. Еще чуточку, и задел бы потолок. Сейчас кинет его в Далона, а от силы удара они могут и скончаться…

Но темным пятном на хромта налетела Ктори. Она врезалась плечом прямо в пах великану, и от боли и неожиданности у того не хватило сил и сознания держать своего противника. Велуд упал, да, но просто так, а не после чудовищного размаха, который был не за горами.

— Успела, — довольно облизнулась девушка.

Стяк плохо знал Франьена, так что никакие личные мотивы не запрещали ему его бить. Но вампир, пусть и вчерашний, обладал большей силой и скоростью, чем не привыкший к дракам и не особо крепко сложенный человек, так что исход битвы легко просчитывался. Мой друг едва мог уворачиваться от ударов и многие пропускал, одной рукой защищая лицо, а другой стараясь наносить неточные и плохо поставленные выпады.

А чего это, собственно, я сижу? Веревка подрезана! Нужно помогать друзьям!

Полминуты усилий — и меня уже ничто не сдерживало. Совесть всецело перешла на мою сторону и теперь отдавала жизнерадостные приказы…

«Вперед, повеселимся!» — рычала она.

Даже не знаю, где бушевали большие страсти — на улице (там еще не прошло это стихийное сумасшествие) или здесь, на первом этаже гостиницы. Сражаясь вчетвером, мои друзья сумели обезвредить большую часть врагов, а я, когда был один, не смог справиться даже с одним из них. Сейчас весь пол был усеян телами, а стояло лишь пятеро вампиров и двое хромтов, не считая моих друзей со мной.

Разминая суставы, не успевшие толком затечь (а вообще, разве нужна причина?), я быстро расправился с двумя вампирами и лишил сознания троих ракотлушцев, валяющихся с различными ранениями. Ктори избивала съежившегося от боли между ног хромта, Далон до сих пор успешно уворачивался от второго… Велуд, так неожиданно для меня оказавшийся живым, уже стоял и задел стрелами из своего маленького лука оставшихся двоих вампиров.

Я скрепя сердце отбежал от лесника, так и не задав желаемой горы вопросов. Лучше помочь Далону! Его положение не такое хорошее, как казалось на первый взгляд: вся спина моего друга была всячески изранена. Окружающие вампиры достали и до него! И хромт не мог не победить в этой схватке, просто решил взять выносливостью.

— Осторожней там, у хромтов ядовитая слюна! — Крикнула Ктори.

Словно ей в ответ, раздался смех. Сначала спокойный и тихий, он становился все громче, все неистовей и вскоре перешел в хохот, заполнивший весь домик.

Принадлежал хохот Нигизу. Он сидел на столике, не подавая признаков смерти, а стрела, попавшая ему в сердце, валялась рядом. Рубашка была порвана и ее окрасила кровь… Но не более.

Отсмеявшись, вампир крутанул в руке своим идолом на цепочке, похожим на гнилое яблоко, и мягко спрыгнул со стола. Велуд сразу постарался остановить ему сердце… но эффекта не последовало. Лесник встал на ноги и даже вытянул правую руку:

— Почему ты такой живучий?!

Нигиз еще раз хохотнул.

— Меня не возьмет твоя дурная магия, как и твоя медленная стрела. Чтобы пробить мою кожу, нужно что-то, двигающееся с подобной скоростью, — в мгновение ока вампир оказался рядом с Велудом, отшвырнув по пути пару трупов, разлетевшихся вдребезги. Он схватил моего друга и злобно зарычал, а тот обмяк, как будто его напоили снотворным снадобьем.

— Ты поклялся никого не трогать, если придет Стяк! — прокричал я, не зная, что делать и как добежать до вампира так, чтобы он не успел никого убить, особенно Велуда, которого мне совершенно не хотелось терять еще раз.

— Ах да! — пробормотал Нигиз. В нем словно бы проснулась совесть.

— Так отпусти меня, — напомнил о себе Велуд, держась обеими руками за горло вампира, хоть и безуспешно.

Чуть помолчав, Нигиз затем оскалился и зычно крикнул на весь этаж:

— Убейте их всех!!!

Так и знал, что доверять ему нельзя!

Франьен еще избивал Стяка. Тот оказался терпеливой грушей для битья, которая иногда давала очень меткие удары в ответ, а еще очень юрко перемещалась благодаря своему росту. Еще чуточку, и… тут, очередной раз коротышка отскочил, а вампир угодил кулаком прямо в затылок Нигиза. От неожиданного подзатыльника оказавшийся не в том месте и не в то время главарь отвлекся от Велуда и разжал руки. Тот немедля исчез из этой части комнаты и оказался рядом со мной.

Нигиз в ярости мощнейшим ударом отшвырнул моего бывшего друга так, что он проломил стену и вряд ли выжил. Но ему достался другой пленник: подвернувшийся под руку Стяк.

— Ведь он и нужен этому уроду, — выдохнул я, сам этого не заметив.

Стяк понял, во что влип, и его лицо исказилось от страха и омерзения. Он завыл:

— Зачем я тебе?! Отпусти! Я волшебное слово знаю: «пожалуйста»!

На Нигиза это не произвело никакого впечатления. Он тихо произнес:

— Ты мне пригодишься… Только не брыкайся.

Велуд очередной стрелой попал великану-хромту, сражающемуся с Далоном, в голову, тот отвлекся и пропустил удар в глаз от измотавшегося донельзя стражника Веоры. Кляня себя за нерасторопность, я побыстрее подскочил к ним (мир тесен: сделал всего четыре шага) и парой ударов, в которые вложил всю свою силу, расширил ранку на макушке врага и смачно приложил бревном со стены.