Демон (СИ) - Артем Петров

Но женщина если и приходила в себя, то ненадолго, глаз не открывала, с губ срывался шепот, словно в бреду, но слов было не разобрать.

Но больше всего Салима беспокоила не новая вспышка безумия, а то, что состояние Катерины определить было невозможно. Пульс был ровный, дыхание слабое, хриплое, но стабильное. Но кожа еще бледнее чем раньше, почти как мел. Глаза пустые, остекленевшие, будто женщина если присутствовала здесь телом, то душой находилась где-то очень далеко отсюда, на недосягаемой высоте.

Ее раны получилось обработать сначала самому, потом это сделал неплохой доктор в небольшой деревушке, куда орк все же рискнул заехать. Его приняли там достаточно холодно, однако немного смягчились, поняв, что он везет раненую.

Риск, разумеется, был, и немалый. Еще одно поселение с ни в чем не повинными людьми могло быть вырезано. Но другого выбора не было. Наемник не был врачом, да и первую помощь умел оказывать слабо, только перевязки.

А в этой пустыне, полной антисанитарии, получить гангрену, как раз плюнуть.

Катерина же и так выглядела не лучшим образом. К бледности прибавилась болезненная худоба, словно разрушительная магия выпила все жизненные соки. Несколько лет жизни такой выброс точно отнял. А выцветшие рыжие волосы со шрамом на лице, разумеется, не испортили красоту столь кардинально, но вряд женщина, если придет в себя, будет с удовольствием смотреться в зеркало.

Поэтому, когда рыжеволосая пришла в себя и, конечно же, начала расспрашивать Салима о произошедшем, он молчал, отделываясь лишь какими-то общими фразами.

Злить Катерину было опасно, но и раскрывать тайну произошедшего опасно вдвойне.

На себя она успела насмотреться, и хоть реакция оказалась достаточно сдержанной, орк понял, дальше все будет только хуже.

Разговор начистоту состоялся лишь не следующий день. Салим сидел в телеге напротив, положив двустволку на колени. Тишину мексиканской пустыни прерывало лишь редкое ржание лошади, переступающей с одного копыта на другое.

— Зачем это? — посмотрев на оружие, холодно спросила Катерина.

— На всякий случай, — ответил орк, внимательно наблюдая за реакцией собеседницы.

Она слабо помнила, что произошло. Все казалось размытым сном. И теперь предстояли неприятные открытия.

— Что последнее ты помнишь?

— Себя на виселице.

Наемник напряженно думал, стоит ли приукрасить горькую правду или утаить самые кровавые детали. Ведь женщина вряд ли вернется обратно в Леон, чтобы посмотреть на результат своих действий.

Но сложно вот так просто взять и солгать, когда от тебя ждут ничего, кроме правды. Да и добьется ли этим он хоть чего-то хорошего?

— Мы освободились, Мэрдок сказал, куда направился наш таинственный незнакомец. Мы направляемся в США…

— Правду, Салим, — потребовала рыжеволосая усталым голосом.

Орк тяжко вздохнул и откинулся на телеге поудобнее:

— После освобождения появился Брандон, что-то он быстро выздоровел. Хотел, чтобы я бросил тебя и бежал из города. Грозил убить в следующий раз. Больше я его не видел…

— Меня не интересует этот орденский недоносок, — процедила Катерина. — Что произошло в городе? Я помню пожар. Там было много конфедератов, сомневаюсь, что ты просто взял и переубедил своего давнего врага.

— Ты права, не переубедил… переубедила ты.

Глаза женщины округлились.

— Я не представляю, что с тобой случилось. Тебя словно подменили. Я никогда не видел такой разрушительной магии… видел не только некромантию в твоем исполнении, но и нечто другое, страшное… идти по твоим следам было еще страшнее. Теперь ты понимаешь, почему я не расстаюсь с оружием?

Руки рыжеволосой задрожали, а потом закрыли лицо. Орк почувствовал сильное желание обнять и утешить, но сдержался, не зная, как она на это отреагирует.

— Но есть еще одна проблема… — продолжил Салим, раз уж они говорят начистоту. — В суматохе были убиты два члена ордена крестоносцев… и выдать это за зверство конфедератов, перебив оставшихся, я бы не смог при всем желании. Поэтому если считаешь, что тебе нужно скрыться, я двинусь дальше в одиночку…

— Ты меня боишься? — не убирая рук от лица, глухо спросила Катерина, явно сдерживая рвущиеся наружу рыдания.

— Да…

— Можешь не бояться. Я больше не чувствую в себе силы. Я потеряла все…

Она подняла руку и попыталась что-то сотворить, но ничего не вышло.

— Борджиа был в этом состоянии перед своей смертью. Тогда, если бы его не прикончили некроманты, тоже потерял бы силу… прав был профессор, когда говорил о демонической энергии, что была под церковью… вся моя мощь… все это исходило от демонов и их порчи. И я рада, что рассталась с этим окончательно.

Воцарилось тягостное молчание. Разговор прошел гораздо лучше, чем представлял орк, но на душе все равно было гадко. Просто невероятно гадко. Но он даже не представлял, где нужно было поступить иначе, чтобы все можно было исправить. Похоже, здесь, как и во многих других случаях, тот момент, когда ничего от одной личности совершенно не зависит.

— Поэтому, если орден меня настигнет, это будет заслуженная кара, — наконец, продолжила женщина. — Мой сын наверняка такой же, как я, если не хуже. А, может, нет, не знаю… но если так, то его нужно будет уничтожить, пока он не повторил бойню, что я устроила…

Похоже, к ней начали возвращаться воспоминания, причиняя лишь боль. Наемник решил для себя, что все же стоило применить все свое красноречие. И убедить не искать горькой правды.

Возможно, профессор смог бы…

Ах, чертов профессор. Снова он. Но, как ни крути, Хэммет бы смог заговорить женщине в зубы, этого не отнять.

Пожалуй, сейчас более чем, нежели когда они были на виселице, Салим бы не отказался от помощи Михаила и Уильяма. Но сейчас они были где-то далеко. Поэтому с проблемами приходится вновь сталкиваться один на один. Впрочем, это было для наемника-одиночки не в первой.

— Если я не смогу выполнить свой долг, обещай, что сделаешь это, если будет такая возможность. Мне, правда, нечем тебе заплатить… — рыжеволосая посмотрела с настоящей мольбой, отчего орк отвел взгляд.

Тяжело было видеть гордую независимую женщину такой сломленной, готовой пойти на все, лишь бы получить обещание.

— Я попробую, — мог лишь сказать наемник.

Но Катерине больше и не требовалось.

Разговор закончился, после чего Салим медленно тронул телегу вперед, решив проехать еще немного времени до заката.

Женщина сидела сзади и сосредоточенно молчала. В ее голове роилось множество мыслей совершенно разного толка. Но в одном она уверилась достаточно. Мощь ушла, и от этого стало гораздо легче.