Пловец Снов - Лев А. Наумов

составит труда найти причины для любого персонажа… Скажем, если бы его выдала Люма, невесть как догадавшаяся о происходящем, значит, она не совладала с обидой… Хотя именно это маловероятно. Скорее, каждая из женщин пыталась бы спасти Горенова. Все-то его, дурака, любят…

В конце концов, чтобы восторжествовала справедливость, в герое могла взыграть совесть. Допустим, он сам позвонит и сознается. Впрочем, это до противного банально. Нужно что-то более неожиданное, резкое.

Например, внезапно выяснится, будто на нём лежит проклятье, заставлявшее его убивать. Тайный завет Достоевского… Попахивает полнейшим безумием. А если так: Георгий не сразу обратил внимание на то, что начал думать о себе в третьем лице и, отправившись на своё последнее дело, прикончил самого себя. По крайней мере выглядит справедливо. Ведь это он писал те книги, чтение которых не мог простить людям. Что-то в этом есть… Горюнов убивал собственных читателей. Иными словами, тех, кто так или иначе, по-книжному, условно, эфемерно, но полюбил его. Подобный классический, добротный и проверенный временем ход стоит иметь в виду. Ещё инспектор Джепп предрекал Пуаро, что тот непременно закончит свою карьеру расследованием собственной смерти. Эркюль, кстати, стал едва ли не единственным литературным персонажем, чей некролог был опубликован на первой полосе «New York Times». Настоящий, вовсе не книжный траур. Кристи же люто ненавидела своего бельгийского детектива или, по крайней мере, ревновала к нему собственных читателей. Она хотела перенаправить это обожание на другую героиню её авторства – мисс Марпл – но истории о ней людям нравились значительно меньше. Пуаро умирает в романе «Занавес». Этот текст писательница велела опубликовать только когда её самой не станет. Она очень боялась повторения судьбы Конана Дойла, которого настойчивыми просьбами и угрозами буквально заставили «воскресить» Холмса. Быть может, Кристи злобно отомстила «мерзкому бельгийцу», ведь в последнем романе он предстаёт немощным, больным, ещё более высокомерным, чем обычно, но главное, выясняется, что он и есть убийца. Именно потому эта книга не так широко известна. Её редко переводят, а при экранизациях стараются смягчить позицию автора – никому не нужен такой Пуаро.

Впрочем, есть ли здесь настоящее возмездие, или оно только рисуется болезненному и ревнивому читательскому сознанию? Может, наоборот, это – красивая точка в судьбе любимого спутника? Эркюль умирает неразоблачённым, непобеждённым. Он признаётся во всём сам, тоже посмертно, в письме Гастингсу. Опять главную роль играет бумажное послание! А ведь не будь этой депеши… Недалёкий капитан уже начал подозревать собственную дочь! У него и мысли не было, будто виновен старый друг… Как вообще можно подозревать дочь?!

Преступление Пуаро удачнее криминальных попыток Холмса. Но важно другое, практически все литературные блюстители закона и справедливости в тот или иной момент жизни опробовали «тёмную сторону». У каждого находились собственные мотивы и причины. Были они и у Горюнова. Это тоже – правило детектива, фундамент жанра.

Немощный Эркюль убивает садиста и маньяка, который наверняка погубил бы ещё многих. Тем самым он спасает Гастингса, поскольку старый друг, вероятно, стал бы следующей жертвой. А главное, Пуаро совершает преступление очень красиво: снотворное, пистолет… «Золотой комплект»! Прелесть жанрового предметного мира! Разве случившееся можно назвать поражением?!

В том же письме бельгиец признаётся, что это – его второе убийство. Предыдущее он совершил ещё в молодости. Иными словами, он был душегубом на протяжении всей эпопеи, с самого первого своего появления. Кто-то из читателей теперь пересмотрит отношение к нему?

Кристи изобрела отличный авторский ход, но после того, как он становится известным, вся магия исчезает. Мисс Марпл, кстати, так и осталась живой. Жив до сих пор и Ниро Вулф, но что толку? Детективы имеют смысл лишь до тех пор, пока в них сохраняется загадка. А может ли она остаться, если книга прочитана от начала до конца?

Как поступить в случае Горенова? Допустим, никаких убийств на самом деле не было, а все описанные события – лишь игра ума героя. Легко выпутаться из ситуации, заявив, что сейчас он летит на самолёте с мамой, будучи маленьким мальчиком, а история мстителя – это какие-то странные пришлые взрослые фантазии, посетившие детское сознание во время авиакатастрофы… Или нет, пусть Георгий вырос, стал большим и в данный момент плывёт где-то далеко в море, а на пляже его ожидает пакет с аккуратно сложенными вещами. Дождётся ли? Можно добавить, что он, дескать, ещё не решил, как поступить – продолжить путь или вернуться назад. Вообще говоря, Горенов вполне мог бы и утонуть. Или так: пловец достигает острова, на котором расположена прекрасная маленькая церковь, и там сводит счёты с жизнью. С чего вдруг? Это же известная загадка Мартина Идена. Пережив выдуманные события будто произошедшие, он понимает: ничего не нужно добиваться с больши́ми усилиями. Да, в действительности человек может очень многое. Почти всё. Но только у него кишка тонка придумать себе достойную цель, которая не обесценилась бы со временем. Однако стоит это проговорить прямым текстом, написать, даже с использованием заветной буквы «супер З», как манившая загадка исчезает в очередной раз. Вот ведь, оказывается, печаль какая.

Бытует мнение, что каждый рад «прочитать о себе». Но кто действительно согласится узнать себя здесь? Самая универсальная, правдоподобная и вечная история, описывающая положение человека, – это рассказ о том, как некто сидит и скучает, страдает и спит… Сон, скука, страдание и смерть… Секс ещё… Надо было изобретать букву «супер С», но слишком велик риск получить греческий строчный «эпсилон». Они всё придумали до нас… Можно разве что ещё поставить точку над этой литерой.

Кстати, произошедшее вполне может оказаться сном Горенова. Творческие люди вообще гордятся не столько поступками, сколько грёзами, которые становятся родом созидательной деятельности, приравниваются к актам. Летаешь по ночам, значит растёшь. А если плаваешь?

Допустим, случившееся – лишь ночное видение, правда, какое-то слишком сложное и длинное… Плюс в сюжете появлялись другие грёзы. Что же это – сны во сне? Именно так! Просто речь идёт не об утренней, а о более ранней и глубокой дрёме. Ведь в среднем мы наблюдаем и мысленно участвуем в каких-то событиях три четверти того времени, которое проводим в объятиях Морфея, а помним только самые последние видения и то – урывками.

Помимо всего прочего, существует широкий спектр заболеваний, связанных с нарушениями восприятия сна. Когда человеку, например, кажется, будто он не спал или дремал совсем мало, а на деле находился в ночном путешествии очень длительное время. Или, напротив, некто думает, что спал, а сам бодрствовал.

Может статься, всему виной пресловутый сомнамбулизм. Известно много случаев