Одиссея Грина - Филип Фармер

— Здесь, ниже, воздух прохладнее, — заметил Калл. — Чувствуешь — веет? И вонь куда-то пропала.

— Может, мы просто принюхались, — возразил Федор.

— Нет, его сменил аромат, — ответил Калл, — неужели ты не чувствуешь?

Федор покачал головой.

— Я никогда не отличался хорошим обонянием, — пояснил он. — Я глух к запахам, если можно так сказать.

Но к звукам он не был глух. На протяжный вой он отреагировал почти так же быстро, как и Калл.

— Бог ты мой, — прошептал Калл. — Что это? Где…

— По-моему, там, — ответил Федор, показывая в туннель за спиной Калла.

Рука Федора дрожала. Да и весь он дрожал мелкой дрожью, зубы его стучали. Филлис вцепилась в шест.

— Пойдемте в другую сторону, — предложил Калл.

Вдоль туннеля опять пронесся вой. На этот раз он раздался с противоположной стороны.

Калл бросил факел, оттолкнул Филлис так сильно, что та растянулась на полу и, подпрыгнув, ухватился за шест. К его удивлению, шест на этот раз показался ему совершенно сухим, и удержаться на нем не представляло особых трудов. Он забрался футов на двадцать и посмотрел вниз. Федор не последовал за ним, он стоял рядом с шестом и смотрел вверх.

— Теперь, когда ты знаешь, что сможешь легко забраться обратно, — сказал он, — почему бы тебе не пройти дальше?

— Ты что, не слышал этого воя?

— Слышал, но я не остановлюсь на полпути. Если ты вернешься, я пойду один. Конечно, я с тобой чувствую себя лучше, храбрее.

Калл не мог объяснить, почему он перестал взбираться дальше. Ему было наплевать на то, что подумает о нем Федор.

Скорее всего, он просто испугался возвращаться один. А может, любопытство пересилило страх. Он знал: ему не будет покоя пока он не выяснит, что творится в сердцевине этого мира. Он соскользнул обратно. Когда он спускался, шест опять стал скользким — какая-то биполярная смазка.

Филлис уже стояла на ногах и держала свой факел. Заметив ее презрительную усмешку, Калл тут же отвернулся.

Ведомые Федором, они пошли вдоль туннеля, который становился шире с каждым шагом. Вскоре света факелов уже не хватало, чтобы различить другую сторону туннеля. Внезапно они оказались на узком выступе. Примерно в двадцати футах под ними текла медленная черная река. Со дна ее поднимались пузырьки. Но один из пузырьков, заметно больший, чем все остальные, начал подниматься выше и выше и наконец превратился в голову.

Голова эта была раз в шесть больше головы Калла — покатый лоб, никаких волос, слоновьи уши, огромные черные глаза, но ни волос, ни шерсти. Рот был широким, но с тонкими губами; он был открыт, обнажая ряд зубов, как у тигра, и два огромнейших клыка. Изо рта высунулся язык, казавшийся бесконечным. Наконец кончик языка коснулся воды. Они заметили, что и язык покрыт маленькими крючковатыми зубами.

Это был демон. Когда он повернул голову, его глаза сверкнули в темноте.

Калл не представлял, как глубока здесь река и каков может быть рост этого монстра. Он вполне мог выпрыгнуть из воды. Демон поднял правую руку, но это была не рука, а лапа, и лапа эта держала человеческую ногу. Пока они наблюдали за ним, лапа бросила ногу на язык, и тот начал втягиваться в рот. Затем рот захлопнулся и послышался хруст — челюсти начали жевать. Глаза, дюймов по шесть величиной, пристально смотрели на них. Они, казалось, выбирали следующую жертву.

Люди, все трос, начали медленно отступать, держась у края прохода и боясь оторвать взгляд от чудовища. Они, конечно, могли побежать, но ведь и чудовище могло плыть рядом с ними — туннель тянулся вдоль реки.

— Может быть, это нога того демона, которого мы преследовали? — тихим голосом спросил Федор. — Демоны едят демонов, демоны едят все, что попадается под руку.

— Давай-ка лучше не попадаться ему под руку, — прошептал Калл.

Они продолжали отступать. Внезапно монстр открыл рот и разразился громогласным хохотом. Хохот! Только этого не хватало. В панике они бросились бежать со всех ног. Они бежали, пока внутри у них не начало гореть от нехватки воздуха, пока не начали задыхаться, пока их легкие от усталости не превратились в какое-то желе, судорожно пульсирующее в теле.

Потом они сидели на тропинке, отпыхивались и смотрели на маслянистую гладь воды. Демона не было видно, но он вполне мог сидеть под водой как раз напротив них.

Едва отдышавшись, Федор сказал:

— Демоны должны что-то есть. Но здесь для них не может быть достаточно человеческого мяса. Значит… — Он показал на кусок дерьма, проплывающий по реке, и добавил: — Я думаю, они просто мусорщики, они просто поддерживают канализацию в чистоте.

«Может, это и правда, — подумал Калл. — Но это не уменьшает опасности».

Позже он узнал, что здесь обитали не только демоны, но и воробьи, и стервятники, и шакалы, и гиены. Они прошли еще около двух миль и вдруг услышали голоса. Им оставалось одно: идти дальше, туда, откуда раздавались голоса. Наконец они увидели четверых человек — людей ли? — стоящих по грудь в воде. Все они закрывали глаза руками, защищаясь от света факелов.

Неподалеку из реки выступал островок, первый остров, который они увидели. Он был из того же серого металла, что и сам туннель. Он был около пятидесяти футов в поперечнике и возвышался над водой примерно на фут.

Калла передернуло от мысли, что и его может ожидать такая судьба. Может, и эти люди когда-то залезли в канализацию, чтобы открыть тайны этого мира? Неужели они не смогли выбраться отсюда обратно, потерялись и были обречены жить здесь, в темноте, и питаться тем, что попадется под руку. Неужели и ему предстоит то же?

«Нет, — выругался он про себя. — Я лучше утоплюсь в этой реке, захлебнувшись ее грязной тошнотворной водой, чем стану таким, как они. Вслепую, наощупь искать куски пищи, всегда ходить мокрым, трясущимся, вонючим и полуживым.

А что, если они тоже утонули, но воскресли в том же самом месте? Что, если другого выхода просто нет?»

Федор подошел к обрыву, наклонился и крикнул:

— Не бойтесь! Мы хотим помочь вам. У нас есть веревка. Мы спустим ее и вытащим вас наружу.

— Ты что, с ума сошел? — яростно прошептал Калл. — Они же отберут у нас нашу пищу и, чего доброго, сбросят нас в реку и оставят здесь. Мы не можем рисковать! Брось, это безумие!

Люди внизу ничего не отвечали. Они уставились на Калла и его спутников между пальцами. Похоже, они начали понемногу привыкать к свету факелов, который вначале казался им ослепительным. Для них пришельцы были, очевидно, просто тремя тенями, стоящими на берегу в блеске режущего яркого света. Но оказалось, что они видели достаточно хорошо. Один из мужчин схватил большой кусок дерьма и запустил им в Федора. Славянин не смог уклониться, и мерзкий шмоток попал ему в грудь.