Обезьяний лес. Том 2 - Мари Штарк

Но очаровывалась.

– Три дня, – не отступал Юншен. – Сделает раньше, придет раньше, делов-то!

Юншен говорил с Улиткой не как со своим господином, а как со старшим братом или другом. Ни малейшего стеснения, сплошные уверенность и непоколебимость.

– Ладно, – довольно просто согласился Улитка, пристально следя за Юншеном. – Нравится мне эта твоя черта и в то же время жутко бесит.

У Кэсси как камень с плеч рухнул. Она вздохнула и разжала пальцы. Подняв голову, уверенно произнесла:

– Спасибо, господин Нацзы! – Она сглотнула, собирая всю волю в кулак. В наступившей тишине ее голос звучал тонко и неубедительно: – Я справлюсь.

Пускай это сейчас для нее звучало громко и неправдоподобно. Она поставила себе цель, которую должна достигнуть во что бы то ни стало.

Иначе ее выгонят.

А там Святой Йонас и Охором.

Чем больше Кэсси узнавала подробностей ее вероятного будущего, тем страшнее ей было и тем крепче становилась ее воля. Она обязана справиться.

Потому что Кэсси хотела жить.

– Отлично. – Улитка расплылся в довольной улыбке и зыркнул на Юншена, который тоже радостно улыбался. – Его отблагодарить не забудь, парень старается ради тебя.

Сердце пропустило удар. Онемевшим языком она промолвила, глядя на Юншена:

– Спасибо, – она кивнула. Кэсси прекрасно понимала, что Улитка имел в виду, но надеялась, что Юншен просто будет использовать ее способности, и ему этого окажется достаточно.

Когда она посмотрела на Юншена, заметила как его темные глаза сверкали. Всякий раз, когда она глядела на него, она не могла свыкнуться с тем, что в реальной жизни он выглядел еще краше, чем в ее мыслях. С Микой было иначе. Юншен подмигнул и показал пальцами «пистолетик». Конечно, этот жест наверняка обозначал что-то другое, но Кэсси не помнила что.

Улитка расхохотался, глядя на них двоих.

– Какая милота! – он резко перестал смеяться и грубо выдал: – А теперь проваливайте оба, я пошел спать.

* * *

Теплая вода воняла тиной и железом.

Дэвида облили ею из ржавого ведра. Он растерялся, с трудом разлепил слипшееся от засохшей крови и слез веко.

Новый мучительный день. Палящее солнце стояло в зените, обгоревшая кожа была самым малым из того, что с ним сделали медузы.

Мужчина по имени Керо, тот, что с гулькой на голове, и тот, что без сожаления убил Вафи и Нилама, поставил пустое ведро возле клетки, собранной из свежего бамбука.

Дэвид неподвижно сидел в углу и щурился. Ему было больно от любого движения. Они сломали ему ногу чуть ниже колена. Она распухла, посинела. Пальцы почти не сгибались. На груди ему ножом вырезали какие-то иероглифы. Медузы ненормально смеялись, когда один из них выводил эти слова. Что они значат, ему не сказали. Но они долго смеялись, пародируя обезьян – прыгая вокруг клетки.

Клетка находилась в тростниковом поле. Стояла влажная жара, которую сотрясал непрекращающийся стрекот цикад. По светло-голубому небу плыли редкие облака. Дэвид смотрел на них сквозь щели между бамбуковыми решетками. Ему уже не хотелось есть, он сидел полностью голый в клетке и был не в силах даже отогнать от гниющих ран ос и мух, что отрывали от него по кусочку и потихоньку жрали.

Обещали сегодня отрезать пальцы на правой руке. Дэвид уже не боялся, просто ждал этой участи, обессиленно навалившись избитой спиной на решетку. Единственное, что радовало, – это ветер. Он порой был таким приятным. А еще он ждал ночью дождь. Где-то там гремел гром, звездное небо заволокло, но на землю не упало ни дождинки.

– Как спалось, Дэвид? – спросил Керо и постучал по решетке кулаком.

Дэвид никак не отреагировал и ничего не сказал. Он дышал через открытый рот, нос был сломан, один глаз заплыл: вчера перед уходом одна медуза врезала по нему. Дэвид знал, что это только начало. Он тут всего-навсего второй день.

Мужчина тяжело вздохнул и стянул с плеча рюкзак. Чуть склонившись, он вытащил из него маску красной обезьяны и прижал к бамбуковым решеткам. Дэвид пытался поначалу их сломать, но на них нанесли какие-то символы, которые сделали бамбук крепче железа.

Красная безглазая морда обезьяны находилась напротив него. Дэвид глянул на нее одним глазом и медленно моргнул, чтобы пот, смешанный с грязью, перестал щипать глаз.

– Святой Йонас сотрудничает с Ямисару. Но при этом Святой Йонас убил Всеволода, который тоже с ними сотрудничал. Что твой босс скрывает от Ямисару?

Этот вопрос Дэвид слышал раз сто за последнее время. И все время молчал. Тогда ему сломали ногу. Дэвид своим криком распугал птиц, что сидели в высоких зарослях тростника. Он окружал клетку со всех сторон, лишь одна петляющая утоптанная тропинка уходила в сторону. Возле клетки, что они поставили на бревна, находились круглый столик и два стула. Стол был завален пыточными принадлежностями: начиная с простого ножа и заканчивая диковинными штуками, которых Дэвид не видел в своей жизни. Но выглядели они настолько устрашающе, что он все же надеялся никогда не познать их смысл. Неподалеку от столика находился стул с развернутым зонтиком на длинной ножке. Под ним сидел сторожевой. Они сменялись.

Было жарко. Так жарко, что кружилась голова. Дэвид закрыл глаз, слушая глухие удары сердца в груди. Силы его покидали, он предпочитал спать, чтобы не ощущать боль в теле и нестерпимое желание напиться воды.

– Какой план у Ямисару? Что ты делаешь для «станции» и Ямисару?

Вопросы Керо оставались без ответа. Он выпрямился, бросил маску назад в рюкзак и развел руки в стороны, потягиваясь.

Голой кожей Дэвид ощущал жар от земли. Здесь был чернозем, втоптанные в грязь стебли сахарного тростника покрывали участок.

– Рую, какие ты ему обещал пальцы отрезать?

Рую сидел под зонтом, прицепив на шею маленький вентилятор, который дул ему в лицо, пока тот смотрел новости по телефону.

– Мизинец и средний. На правой, – бесцветно выдал он, не отрываясь от телефона. – Господин Керо, используйте ножницы на столе.

Они говорили на конлаокском, чтобы Дэвид понимал все слова. Не понимал он только одно – вырезанное на его груди. Но догадывался.

– Где прячется Святой Йонас? – спросил Керо, когда подошел уже с острыми ножницами в руке. Они выглядели крупнее обычных и толще. Он пару раз пощелкал ими, лезвия с лязгом рассекали воздух. Дэвиду показалось, что нажми он сильнее и быстрее – они бы и искры высекали. – Зачем ему понадобились чернила?

Цикады заполнили собой все пространство, как только Керо замолчал. Он встал возле клетки напротив Дэвида и брезгливо окинул его взглядом.

– Они на пару с Ямисару воскресили красных обезьян, создали новый вид лихорадных, запустили их в трех городах Ив Рикара, потом в одном из городов в Садтурии,