Ночь шрамов - Алан Кэмпбелл

Карнивал побледнела. В какой-то момент она казалась совершенно потерянной. А затем, к ужасу Рэйчел, в ее черных глазах вновь загорелся голод.

— А почему бы, черт побери, и нет? — Карнивал собралась последовать за мертвым ангелом.

Рэйчел схватила ее за руку, но остановилась. Девушка заметила, как Карнивал надела кольцо на палец.

— Пойдем, — шепнула она Неттлу.

За дверью начинался коридор, который резко опускался, а через короткое расстояние снова поднимался. Из красного камня ручьями сочилась вода. Существо остановилось на дне ямы и жестом позвало пришельцев следовать за ним.

— Гох, — сказало оно. — Усис. — Оно развернулось и зашагало по коридору.

— Оно сказало то, что мне кажется? — Рэйчел нахмурилась.

Карнивал мрачно смотрела монстру в спину и не произнесла ни звука.

— Предлагаю пойти другим путем.

Кулаки Карнивал сжались, она размяла сломанное плечо: кости затрещали, и крыло выпрямилось. Ангел зарычала и пошла вслед за Шином.

Выругавшись, Рэйчел последовала за ней. Позади послушно скрипел костыль господина Неттла.

Странное жирное вещество капало с потолка и собиралось в мутные молочно-белые лужи. Рэйчел старалась обходить их стороной, но цепь шлепала по воде, и брызги разлетались во все стороны. Рэйчел по привычке тянулась к оружию на поясе, которого там давно не было. Время истекало.

Красный коридор закончился тяжелой дверью. Шин остановился, снова покачал головой, одарил гостей мерзкой улыбкой и потянул за дверную ручку. Дверь заскрипела и начала открываться. Поток холодного воздуха ударил им в лицо, и они зашли.

Вода с оглушительным грохотом падала с обеих сторон, формируя высокий туманный коридор без пола или потолка. Они стояли на небольшом выступе на стене огромной пещеры. Новая пропасть? На цепях крепился старый подвесной мост, петлявший между стенами воды и растворявшийся в туманной дымке там, где горел слабый красноватый огонек. Под выступом крепились проржавевшие, слабые цепи моста, который на расстоянии казался не прочнее паутины. Дна совершенно не было видно: только кипящая пена и брызги.

Что там внизу? Ад?

— Гох, — сказал Шин и вприпрыжку побежал по мосту.

Рэйчел, Карнивал и господин Неттл осторожно последовали за существом. Мост оказался предательски скользким. Прогнившие доски скрипели и крошились на щепки прямо под ногами. От металла и дерева валил пар. Кожаный костюм спайна вскоре насквозь промок. Красный огонек постепенно становился ярче, а стена воды — прозрачнее, водопад превратился в завесу тонких серебряных ниточек, в бисер блестящих капель. Туман растворился, раскрыв путникам дворец Ульсиса. Дворец Цепей.

Железный дворец повис в воздухе без какой-либо видимой опоры и сиял в темноте, будто зловещее красное солнце. Все сооружение походило на клубок лестниц, переходов, балкончиков, площадок, окутанных бесчисленными цепями. Внутри горели огромные фонари. Дворец Ульсиса был тюрьмой без единой стены. Пленники толпами томились в клетках, вплетенных в гигантский клубок или подвешенных на цепях.

Хранитель Душ наблюдал за приближением гостей, восседая на массивном троне в центре дворца.

— Гох, — сказал Шин.

— Это значит «Бог», — прогремел голос. — Его голосовые связки сгнили лет триста назад, — с сожалением отметил Ульсис. — А с ними вместе и крылья, и мозги. Починить я пробовал, но когда там полно червей, ничего уже не поделаешь. Этот — самый плохой из всех. Его голод недостаточно силен, чтобы он мог поддерживать жизнь.

Рэйчел, Карнивал и господин Неттл спустились с моста в мрачные владения Ульсиса. Трон размещался на помосте в центре высокой платформы. Вокруг висели бесчисленные клетки, под ногами хрустел ковер костей. Рэйчел ослабила ремни на поясе, которые держали стрелы. Клетки заскрипели, а голодные глаза не отрываясь следили за пришельцами.

— Они беспокоятся, — сказал Ульсис. — Чуют мясо.

— Гох, — позвал Шин.

Ульсис поднял с пола кость и швырнул мертвому ангелу, но промахнулся. Кость покатилась по платформе и свалилась в пропасть.

Шин кинулся ловить подачку, не успел и, опустив голову, остановился на самом краю.

— Гох?

— Когда-нибудь инстинкт выживания его тоже оставит, — прошипел Ульсис. — И я наконец-то от него избавлюсь. То, что сидит на дне, разорвет бедняжку на кусочки.

— Снова твои рабы?

— Там лежит Лабиринт Айрил, — ответил бог.

— Что такое на самом деле Айрил?

— Хочешь знать, — улыбнулся Ульсис.

— Гох?

— Убирайся!

Существо подумало некоторое время, нелепо поклонилось и убежало обратно по подвесному мосту.

Бог Цепей бросил презрительный взгляд на арбалет в руках Неттла.

— Я так понимаю, это человечина? Или что-то вроде того? — Голос его гремел, словно камнепад. — Эти постоянно спускаются ко мне из какого-то необъяснимого желания лично предстать перед богом. Я уже чего только не видел: от огромных летающих машин с баллонами, парусами, плавниками и пропеллерами до чудаков на стульях, к которым привязана стая воробьев. — Бог презрительно махнул рукой. — Я даже стул потом починил.

— Его зовут господин Неттл, — сказала Рэйчел. — И он не собирается представать пред чем бы то ни было. Он ищет дочь.

— Ты видел ее? — спросила Карнивал.

Гнев исказил лицо бога.

— Проголодалась, дочурка? Месяц истекает? — Ульсис откинулся на троне и улыбнулся. Из его рта потекли грязные слюни. — Скольких ты прикончила? Или уже забыла? Хоть последний шрам помнишь? Нет? Ну, теперь по крайней мере помнишь первый.

— Я постараюсь запомнить следующий.

Рэйчел схватила ангела за плечо. Цепь. Не забудь, мы прикованы друг к другу. Но Карнивал не двигалась, ее глаза уставились в пространство за троном. Темнота пришла в движение. Сначала на свет выступили несколько ангелов. Потом еще и еще. Они все разлагались и гнили; хотя ни один не выглядел так плачевно, как Шин. Ободранные крылья потемнели, ржавые остатки доспехов закрывали посеревшую плоть. Ангелы были вооружены мечами и копьями, булавами и длинными луками.

— Мое войско, — громогласно объявил Ульсис. — Они помнят тебя, дочурка. Когда-то ты была настоящей красавицей, — ехидно прошипел он. — Цветы и ленточки в волосах, настоящая красавица. Они все тебя помнят.

Архоны Ульсиса с презрительными усмешками уставились на Карнивал. Рэйчел была в отчаянии, почти в панике. Она уже видела этот взгляд на лицах солдат после того, как Холлоухилл освободили от дикарей. Тогда солдаты остались наедине с хашеттскими женщинами. В гневе Рэйчел убила четверых, когда узнала, что те наделали. Она била, не останавливаясь, до тех пор, пока ее не оттащили спайны.