Жить жизнь. Трилогия о любви и манипуляциях (СИ) - Богинская Анна

– Спасибо тебе за мартини и за то, что привез домой. – Она наблюдала за тем, как он ест.

– Я молодец? – игриво спросил он.

– Ты – молодец! – подтвердила Анна.

– Видишь?! – в его глазах светилось довольство.

Он сосредоточенно поглощал пищу. Анна думала: «Зачем все это? Почему нельзя остановиться и просто поговорить. Открыться. Признаться. Раскаяться. Способен ли ты на это?» Ее вновь охватила грусть от понимания: «Неужели я не смогу управлять собой? Нет. Только не я». Матвей отодвинул тарелку.

– Чуть не забыл! – воскликнул он. – Я взял из клиники твои анализы на гормоны.

Анна поразилась: она о них забыла. Он встал со стула и пошел к дивану, на котором лежала его сумка. Достал документы и протянул ей.

– Там у меня есть вопрос по одному показателю. Но лучше с гинекологом проконсультироваться. Обязательно сходи на прием, – дал рекомендацию доктор.

– Хорошо, – пообещала она.

– Как твое самочувствие? – Матвей смотрел своим фирменным взглядом.

– Не поняла?

– Грудь, – он глазами указал на зону декольте.

– Все нормально.

– Цикл восстановился?

Она кивнула. Матвей сел на диван и уставился на нее.

– Покажи мне.

– Зачем? Ты уже осматривал меня после снятия швов.

– Хочу убедиться, что все в порядке.

Анна недоверчиво улыбнулась. Матвей испепелял ее тем же взглядом.

– Десять лет пройдет, а ты будешь каждый раз осматривать, когда мы случайно встретимся?

– Покажи мне грудь, – глубоким голосом приказал доктор.

Она внимательно взглянула на него. Вздохнула. Подошла, забралась на диван и присела на корточки, так, чтобы быть напротив.

– Может, не надо?

– Что за детский сад? Я видел ее много раз, – в его голосе сквозило нетерпение.

Анна смотрела Матвею в глаза, смиренно расстегивая блузку. Завела правую руку за спину и справилась с застежкой бюстгальтера, оголила грудь. Они неотрывно смотрели друг на друга. Прикосновение к коже. Матвей не спеша провел пальцем по розовому шраму. Нежно коснулся округлости. Медленно скользнул большим пальцем по ареоле соска. По позвоночнику Анны пробежал жар. Движения доктора совсем не напоминали осмотр. Он не трогал – он нежно касался, гладил. Она чувствовала его теплые прикосновения. Запах ванили с нотами восточных специй окутывал невидимой сетью. Анна смотрела в глаза цвета горького шоколада. Они излучали энергию, которую, казалось, можно потрогать. Она отчетливо видела этот поток. Доктор продолжал гладить грудь. Внизу живота зажегся огонь страсти. Он разгорался с каждой секундой. До боли хотелось дотронуться до Матвея. Но Анна только продолжала смотреть ему в глаза. Она сглотнула. Никогда раньше она не испытывала такого сильного влечения. Словно нечто животное просыпалось внутри. Нечто, поглощающее всецело. Нечто, управляющее тобой без твоего согласия. Пламя страсти разгоралось все ярче. Матвей нежно гладил, словно подкидывая дров в и без того бушующий костер. Ее рука уже готова потянуться к нему.

– О чем ты думаешь, Аня? – грудным голосом произнес он.

Вопрос Матвея словно окатил ведром ледяной воды. Он напомнил о происходящем. О том, кто он такой, что делает и как. Вопрос погасил бушующее пламя. Энергия их взгляда исчезла. Анна выдохнула. «Что же тебе такое сказать?» Она продолжала смотреть ему в глаза.

– Я думаю о том, что, когда я была маленькой, мне казалось, что белка – это крупное животное, – серьезно сообщила она. – Килограмм пятнадцать! – сгустила она краски. Улыбнулась, еле сдерживая смех. – А потом, когда выросла, увидела живую и поняла, что такой не существует.

Матвей замер. В его взгляде читался шок. Анна еле сдерживала смех. Вся ее воля уходила на это.

– Ты знаешь, Аня, эта белка существует, – вдумчиво изрек он. – Она живет в твоей голове. Весит пятнадцать килограмм. И она продолжает расти!

Он убрал руку. Анна расхохоталась. Наконец она могла не сдерживать эмоции от происходящего. Ее накрыл безудержный смех. Она неспешно застегивала блузку в ожидании дальнейшей реакции. Матвей фыркнул и встал с дивана.

– Смотрю, ты прямо наслаждаешься своим образом Ренаты Литвиновой! – раздраженно бросил он.

Улыбка не сходила с ее лица. Анна не могла взять мимику под контроль. Матвей громко вздохнул и уверенным шагом направился к плите. По-хозяйски открыл шкафчик над вытяжкой, достал сигареты и закурил. Над комнатой нависла туча. Анна прекрасно понимала причину ее появления. Его план провалился. Момент упущен. Матвей курил и смотрел в окно. Анна выдыхала. Она наконец смогла обуздать свое влечение. Скорее всего, оттого, что безудержный смех погасил огонь страсти.

– О чем ты думаешь? – тихо поинтересовалась она.

– О работе, – расстроенно ответил он. – Этот маркетолог выполнил работу на две недели позже, чем мы договаривались.

Анна вздохнула. Она понимала, что маркетолог специально тормозит процесс по просьбе Марины. Ей стало бесконечно жаль Матвея. Он не знал, в чем разница между стратегией и тактикой в бизнесе. Мыслил недальновидно, совершенно не ведая, что его тактика в результате больше разрушает, чем способствует развитию.

Она подошла к нему и закурила. То, что он собирался предпринять, отдаляло его от успеха на годы. Она давно решила, что Матвей должен сделать выбор в отношении нее, основываясь не на расчете. По крайней мере, надеялась на это. Но и смотреть, как он губит свою карьеру, тоже не могла. «Все-таки он сделал мне операцию. Я же могу дать ему совет».

– Я говорила тебе, что ты зря тратишь деньги. Тебе не нужны маркетинговые исследования. С твоим рынком и так все ясно, – тихо сказала она. – Тебе нужны пиар-стратегии и технологии, бизнес-аналитика. Твое позиционирование нужно строить в нескольких направлениях.

Матвей посмотрел на нее заинтересованно.

– Во-первых, важно позиционировать тебя на таланте и цифрах. Нужно отправить тебя на обучение к лучшему пластическому хирургу Европы. И рассказать об этом великом событии всей стране. Только так можно заставить людей забыть о твоем возрасте. Во-вторых, нужно сделать акцент на узкой специализации. Ты маммолог, значит, твоей специализацией должна быть грудь и реконструкционные операции. В-третьих, нужно создавать бренд.

– Какой?

– Это долгосрочная стратегия. Бренд, который будет связан с именем. У меня есть идеи на этот счет. В-четвертых, сайт. Тот, что есть, не годится. В-пятых, имидж. Придется его изменить. Это далеко не все. Есть еще пункты.

– Почему ты говоришь об этом так уверенно?! – вспыхнул Матвей.

Анна вздохнула. Причина его неверия крылась в неведении. Она понимала его сомнения, но открыть правду не могла. Зарабатывать баллы, рассказывая о своих связях и регалиях, она отказывалась, потому что была убеждена: этот путь бесперспективен. Кроме того, не хотела унижать таким поведением себя. Да и его. Быть с женщиной из-за выгоды унизительно. Она не могла его унизить. Она отказывалась его унижать. Интеллект искал выход из сложившейся ситуации.

– Хочешь, я организую тебе консультацию с одним из лучших специалистов Европы по пиару?

– Когда? – у Матвея округлились глаза. – Через месяц? И что мне нужно для этого сделать?

Анна грустно улыбнулась: он стал заложником своей тактики. Если ты общаешься с женщиной ради выгоды, рано или поздно наступит момент, когда женщина начнет этой выгодой шантажировать.

– Нет. Прямо сейчас. Просто скажи, что ты хочешь, чтобы я это сделала. Просто по-дружески попроси помочь.

– Организуй мне консультацию специалиста по пиару, – в его голосе чувствовалась неловкость.

– Видишь, как просто?

«И необязательно использовать для этого приемы НЛП!» – эту мысль она оставила при себе. Анна направилась к камину за мобильным телефоном. Взглянула на часы: 21:30. В Лондоне еще удобное время для звонка.

– Откуда у тебя такие связи?

– Работали вместе в одном проекте, – пояснила она.

Ей не хотелось повторять, что он мало ее знает. Вместо этого она нажала «Вызов» и включила громкую связь. Гудок. Еще один. На третьем послышался радостный женский голос.