Научный «туризм» - Владимир Михайлович Пушкарев

на воинской базе ему отгружают машину со спецодеждой. Или на заводе – “фуру” автомобильных шин. Или в Одессе (Одессе!!!) берет три машины с продуктами. И пусть эти продукты не самые ходовые – одесский растворимый кофе, супы в пакетах, кисели, но за полцены в селах они продаются относительно быстро. Здесь нужен какой-то особый талант убеждения или гипноз. Вскоре Эдик от бандитов сбежал. С приличными деньгами. Теперь он из глубин России шантажирует их, требуя дополнительные деньги за молчание.

Валерик

Валерик Харченко был первым из моих приятелей, купивших себе автомобиль. Случилось это еще в далеком 1976 году! В первую аварию он попал на собственной свадьбе, когда на железнодорожном переезде ему в “зад” въехал автомобиль со свидетелями. Машина его (ВАЗ 2101) вскоре стала соответствовать описанию автомобиля Толи Зекина (см. ниже), но, кроме того, спинка переднего сидения у нее никак не крепилась, и пассажир, чтобы ехать сидя, а не лежа, вынужден был цепляться руками за выступающие части на передней панели.

Валера приобрел известность после следующего эпизода. В Киеве в 70-е годы ходил трамвай №25. Это был самый длинный маршрут в городе – от вокзала, через Подол, на Пущу. Ходил он нечасто. Официальный интервал движения в часы “пик” составлял 1 час 40 мин. Однажды, в период интенсивного изучения мною города Киева, я решил проехаться этим маршрутом, прождал больше 2 часов, но так и не дождался. И вот Валера на углу улиц Жадановского и Коминтерна таранил этот трамвай своим автомобилем. Самое интересное, что трамвай пострадал больше (жигуль – страшная машина!), и Валерику пришлось уплатить приличные деньги за его ремонт.

Сережа

У Сережи был Москвич-2141 – гордость московского автопрома, который он купил, находясь на гребне коммерческого успеха. Специализировался он, как дипломированный биохимик (кандидат наук!), на продаже отравы для колорадских жуков. Следует отметить, что, находясь на упомянутом гребне, Сергей крайне редко пребывал в трезвом состоянии. В означенном состоянии он, как правило, и садился за руль. Обычно его останавливал патруль ГАИ и, получив от состоятельного Сережи “сотку”, бережно, в составе двух автомобилей эскортировал его до дома. За дополнительные 50 долларов гаишники разрешали ему «поздороваться» со всем домом через мегафон, установленный на милицейском автомобиле. Вид разбуженных соседей, выскакивавших при этом на свои балконы в одном белье, доставлял пьяненькому Сереже особенное удовольствие.

Через полгода на машину было тяжело смотреть. Как-то вечером, выйдя из дома чтобы поставить автомобиль на стоянку (надо было проехать 50 м), он даже на столь короткой дистанции умудрился совершить две аварии. Вначале он наткнулся на соседский автомобиль, припаркованный возле дома, затем таранил машину, выезжавшую со стоянки, водитель которой чудом успел избежать лобового столкновения. Он впоследствии рассказывал, что Сережа шел прямо лоб в лоб, как Гастелло.

Затем на Сережин автомобиль упал светофор. Случилось это во время сильной грозы на перекрестке улиц Белицкой и Гречко. Светофор сорвало порывом ветра, и он обрушился на крышу «москвича». Сережа отделался большим испугом. Он попытался, было, заставить ГАИ возместить, по крайней мере, материальные потери, но те отослали Сережу вдаль, усугубив, таким образом, его моральный ущерб.

Но самым известным приключением его было следующее. Проезжая через Московский мост в крайнем правом ряду и пытаясь уклониться от прижимающего его к бровке тротуара троллейбуса, Сережа засмотрелся и на полном ходу врезался в милицейскую «семерку», стоявшую на мосту перед Десенкой. Перепуганные «гаишники» бросились врассыпную от машины, а восторгу проезжающих мимо водителей не было границ!

Так отомстил Сергей «ментам» за светофор.

Хорошо в деревне

Хорошо в деревне летом,

Выйдешь в поле…

С.Есенин

Над деревней Клюевкой опустился вечер.

Небо залунявилось, звезды – пальцем тронь…

Где-то вдалеке пичуги малые щебечут,

Где-то недалече скрипнула гармонь…

Ю.Лоза

Сейчас все народонаселение стремится в город. Время такое. В городе культурная жизнь. Балет, опера, теплый клозет, широкий выбор промтоваров. Рестораны тут же. В общем, есть за что поспорить, побороться, пошевелить локтями. В селе ничего этого нет. Поллитру самогону на грудь принял, посмотрел в клубе фильм, созданный на заре шестой пятилетки, получил в хайло после танцев и со спокойной душой в койку. Выбор промтоваров ỳже, и значительно, зато всё в одном месте. В городе бегаешь-бегаешь, а все обувные, к примеру, так и не охватишь. В селе зашел в магазин – и все товары, наличные в окрестной торговле, перед тобой: хочешь – бери валенки 46-го размера, хочешь – халву покупай. Тут же костюм висит финский над ящиком с гвоздями, рядом другие ящики – с молдавским белым по 2.70, водочкой. Да что там говорить – удобно!

…все хлеба поубраны, все поздали загодя,

трудодни получены – божья благодать…

Ю.Лоза

А зимой! В городе грязь по щиколотку, в трамвай зайти противно, снег уже сразу черный падает и сырость жуткая – английское дубло не спасает. То ли дело в селе! Идешь себе, скажем, с утреца в правление колхоза, под ногами мерно скрипит и играет чистейший снег, толщиной с полметра, морозец прихватывает ноздри… И люди кругом здоровые, бодрые, морды красные, выпуклые, щеки из-за ушей торчат…

Но на эту красоту надо еще прорваться. Тут, граждане, придется немного потерпеть. В пригородный автобус вы садитесь не то чтобы по своей воле – вас вносят и роняют в угол. Вокруг разворачиваются батальные сцены, слышны выражения: "закрой дырку, падла", "козел смердящий", "быдло" и другие, не менее выразительные, но менее цензурные. Кто-то на кого-то уже замахнулся, нервная дамочка зовет в окно милиционера, с кого-то сбили шапку, и он пытается ее нащупать ногой… Атмосфера, в общем, своеобразная, ну да вы не на светском рауте – потерпите. Зато в селе…

Там, у соседа мясо в щах,

На всю деревню хруст в хрящах,

И дочь-невеста вся в прыщах -

Дозрела значить…

В.Высоцкий, "Смотрины".

В село вы едете не просто так, любоваться месячной нормой осадков – вы едете колоть кабана! А это событие первостепенной важности, сравнимое только с храмовыми праздниками в честь любимых святых. Погодка чудная, морозец градусов 15, яркое солнце, словом – хорошо! И вот уже хозяин с родственниками, прибывшими на подмогу (такие мероприятия вершатся обычно в семейном кругу), заходит в хлев. Хозяин задумчиво тычет толстым, коричневым от табака, перстом в сытого хряка, тупо глядящего из своего угла маслянистыми глазками. Приводятся доводы, почему колоть именно этого, а не того, возле корыта. Затем палец перемещается к