Эпоха Древних - Замиль Ахтар

В небе порхали белые и бежевые птицы, тощие птицы и толстые. После прошлогоднего нашествия дронго Аланья лишилась такого разнообразия.

Красновато-коричневые стены дворца, очевидно, были недавно укреплены и казались совсем новыми. Не особо свежими выглядели тела, торчавшие на шестах над стенами. Одни высохли до скелетов, а с других еще капала кровь. Их насадили вниз головами, и шесты торчали из ртов и анусов. Я могла только предполагать, что это были сторонники Селуков и таким образом султан объявлял о своей позиции.

После такого ужаса мне стало не так стыдно, как прежде. Я творила варварство, но на кол никого не сажала. Кандбаджар – жемчужина вселенной, и я не представляла, как можно запятнать его красоту.

Селуки жестоки, и чтобы справиться с ними, пришлось сравняться в жестокости. Но в расположении тел на шестах, равномерно по всей длине дворцовой стены, чувствовалось нечто большее, чем просто желание вызвать страх. В этом был пугающий артистизм.

Под скрежет цепей решетка поднялась, и мы вошли на территорию дворца, такую же зеленую, как и город. Извилистую дорожку затеняли яблони, а под ними стояли корзины, переполненные розовыми плодами. Вскоре пара янычар отворила нам дверь, над которой стоял изуродованный селукский павлин.

Я не могла не сравнивать дворец со своим. Стены были покрыты лавандовыми контурами каллиграфических парамейских строк в резкой остроугольной манере, контрастирующей с плавными аланийскими росчерками. Фрески изображали сражения Утая Завоевателя, основателя Сирмянского царства. На одной лицом к лицу стояли ряды конных воинов перед боем. А над ними парили рогатые джинны и нашептывали что-то военачальникам. Кто бы ни был этот художник, он умел видеть суть.

Мы вошли в большой зал. На роскошной оттоманке восседал мужчина с каштановой бородой, одетый как янычар. Рядом с ним стояла темноволосая женщина в цветастом забадарском жилете. Оба были бледнокожими, как рабы. Чтобы оскорбить Сирм, часто говорили, что этим местом правят рабы. Увиденное здесь это подтверждало.

– Ты отправила мне послание, – сказала Лунара женщине.

– Ты явилась больше чем через год после того, как я его отправила, – отозвалась она. – Да еще в другом теле.

Эти двое, похоже, знали друг друга. Султан подался вперед и пригладил бороду, лицо у него было твердое и безмятежное.

– Изменилось не только тело, – сказала Лунара. – И мои намерения тоже. Больше я не служу тому, чему когда-то служила.

– Смерть многое меняет, верно? – Женщина спустилась с помоста и остановилась перед Лунарой. – Но я умирала гораздо чаще тебя. Каждая смерть меняла меня. И в большом, и в малом.

Я подумала о том, был ли смертью момент, когда Зедра выбросила мою душу из тела. В любом случае этот разговор тревожил меня, как и многое в нашем путешествии.

– Кто это с тобой? – Султан улыбнулся мне.

Тон был приятным и живым, и я испугалась, что покраснела.

– Я султанша Сира, правительница Аланьи.

– Рад с тобой познакомиться, султанша Сира. Мое имя – Арсалан. Я султан Тагкалая.

– А я его сестра Надия, – приветливо кивнула женщина.

– Рада встрече с вами обоими. Так приятно знать, что я не одинока в сопротивлении тирании Селуков.

Султан Арсалан хлопнул в ладони.

– А ты знала, что шах Мурад готовится выступить против тебя?

– Догадывалась.

– Его армия будет у ваших ворот через одну луну, как раз перед снегопадом в пустыне. Это значит, зимовать они намерены в одном из твоих городов.

Нелегко было это слышать. Все три шаха из рода Селуков одновременно воюют со мной. Как же я не сумела натравить их друг на друга? Может, слишком отчаянно выступала против всего, что они олицетворяют.

– Шах Бабур будет у моих ворот через несколько дней. – Я одарила их беспечной улыбкой, как надеялась, убедительной. – Полагаю, победа над ним будет неплохой тренировкой.

– Сирмяне сильнее, – ответил Арсалан. – Они выковали много доспехов из Архангела и еще больше копий и клинков. Тебе известно об этом колдовском металле?

– Да. Кева носит такие доспехи. Должна признать, он оказался настоящей занозой.

– Он опасный враг. – Арсалан встал и спустился с помоста. – Вероятно, доспехи дал ему Мурад. Может быть, сирмяне сочли, что Кева сможет победить тебя в одиночку.

И почти победил.

Арсалан схватился за рукоять шамшира и одним резким движением обнажил оружие. Лезвие блеснуло как жемчуг, как клинок, который преподнес мне Базиль.

– Вот то, что тебе нужно.

Распахнув накидку, я показала им клинок Базиля. Глаза Арсалана и Надии округлились.

– Так вот оно что. – Надия вопросительно взглянула на брата. – Идем. Мы хотим тебе кое-что показать.

Перед нами предстали знаменитые хранилища Тагкалая. Снаружи они выглядели как каменный шпиль, напоминающий разрушенную теперь Башню мудрости. Внутри вились ряды массивных железных ящиков, уходившие высоко вверх и даже под землю. Чтобы открыть каждый из них, нужно было в определенной последовательности повернуть огромное железное колесо. А как именно – знали только члены святого ордена. Надия пояснила, что большинство из них бежали, когда начался мятеж, но оставшиеся оказались полезны.

– Я слышала, что хранилища разграбили, – сказала Лунара, когда мы смотрели на самый верхний этаж.

– Я распространил этот слух, – ухмыльнулся Арсалан. У него недоставало нескольких зубов – признак того, что когда-то он был беден. – На самом деле все хранилища целы. Кроме одного.

У меня болела спина от одного взгляда на лестницу, огибавшую башню.

– Нам придется подниматься? Боюсь, с моей хромотой это будет просто пытка.

– Пощади ее, Арсалан, – сказала Надия. – Пощади всех нас. Я не жажду туда взбираться. Не хотелось портить сюрприз, но там больше Слез Архангела, чем когда-либо хранилось в Костане или Зелтурии.

– Сколько их у вас? – скрестив руки на груди, спросила Лунара.

– Недостаточно, – ответила Надия. – Полагаю, ни одна из вас никогда не была этосианкой. Вы вряд ли знаете историю о Слезе Архангела.

Мы с Лунарой покачали головами.

Надия предложила нам сесть на расшитые птицами подушки, разложенные вокруг низкого столика. Я с радостью приняла приглашение.

Она села напротив.

– Знаю, что дома тебе предстоит битва, потому расскажу краткую версию. Этосиане верят, что в древние времена, много столетий назад, на этой земле жил Балхут, Архангел. Та эпоха известна как время первого Ордена Двенадцати, праведного мироустройства, которое этосиане мечтают вернуть. Но, как и всегда, правда не так сладка. Я видела это множеством глаз за свой долгий век. Мне довелось лицезреть эпоху древних, когда мир был белым гладким яйцом, дрейфующим в пустоте. И на том яйце обитали два племени, мы теперь называем их ангелами и джиннами. Они прибыли сюда, когда Утренняя звезда и Кровавая, соединившись в огне, разрушили их миры.

– Я