Миф о «застое» - Алексей Владимирович Самсонов

компартии Э. Роше не уступают премьеру Ж. Помпиду в своей оторванности от происходящего. Все они принадлежат истеблишменту, которому внушает глубокий страх волна ненависти народных масс» [235; с. 44]. Со стороны виднее. Их объединяла не только «принадлежность к истеблишменту», но и принадлежность к масонам.

Руководство ФКП намеренно отказалось от захвата власти. ФКП изо всех сил тормозила революционное движение, чтобы оно не вышло из «рамок». Всё внимание руководства занимала главная забота – как погасить забастовку, как демобилизовать войско. Они призывали рабочих вступать в переговоры, выторговывать себе выгодные условия и возвращаться к работе, даже если рабочие – некоммунисты и продолжали забастовку [235; с. 80]. То есть фактически руководство ФКП призывало рабочих-коммунистов стать штрейкбрехерами. Такая позиция руководства ФКП порождала ненависть к штрейкбрехерам-коммунистам.

В конце 68-го ЦК писал: «Лучший путь к социализму в нашей стране ведёт через организацию борьбы народных масс за передовую демократию и ослабление позиций крупного капитала… и т. д.» [235; с. 81]. Сплошная демагогия!

Чем же оправдывали свою позицию руководители ФКП и ВКТ? В одной из телепередач члену ЦК Жоржу Сеги был задан вопрос: «Устав ВКТ провозглашает своей целью свержение капитализма и замену его социализмом. Как насчёт этого?» Сеги: «Это фундаментальная цель, но необходимо сперва убедиться, все ли социальные слои готовы пойти так далеко». И он приходит к выводу, что «массы не готовы» и, закрывая глаза, утверждает, что не видит революционной ситуации [235; с. 73].

«Юманите» от 8 июня 1968 года: «Необходимо, чтобы люди были проникнуты идеями социальной революции, а это нельзя сказать обо всех 10-ти млн и особенно о крестьянах» [235; с. 52]. Отлично сказано! Так можно оправдать всё, что угодно: мол, народ не готов. А когда это было, чтобы 10 млн пришли к одному мнению?!

Такая позиция компартии напоминает позицию Г. Зюганова, что, мол, «лимит на революции исчерпан».

Исходя из этого положения, ФКП отказалась от возможности создания рабочих Советов. Хотя рабочие сами создавали свои комитеты, но ведущую роль в них играла ИнКП (троцкисты). Это были, например, «Оккупационный комитет Сорбонны», «Пресс-комитет», «Комитет по пропаганде», «Комитет рабоче-студенческого взаимодействия» [235; с. 33]. Рабочие оказались левее компартии. Точнее, лидеров компартии.

Каков же результат этой оппортунистической деятельности Роше и его «братьев»? 30 июня состоялись выборы в парламент. ФКП приветствовала выборы как «возможность для людей сказать своё слово», как будто они не сказали «слова» на баррикадах! И народ сказал своё слово: ФКП потеряла 604.675 голосов и половину депутатских мест от того, что было до 68-го. Зато эти голоса получила партия де Голля.

Временная победа де Голля

Но вернёмся к де Голлю. В самый разгар событий он не отменяет визит в Румынию, которой тогда руководил Николае Чаушеску, член «П-2» и английский лорд [90; с. 270, 280]. Может, де Голль хотел через него выяснить позицию масонства? Но, судя по дальнейшим событиям во Франции, де Голлю договориться с масонами не удалось. Генерал прервал визит и вернулся в Париж.

20 мая студенты во главе с ИнКП провели огромную демонстрацию. 21–22 мая в Национальном собрании обсуждался вопрос о недоверии правительству – но не хватило 1 голоса! 22 мая власти пытаются выслать Кон-Бендита из страны как иностранца (у него было гражданство ФРГ), но эти действия вызывают новую волну митингов, в Париже студенты устраивают «ночь гнева», растут баррикады. Де Голль предлагает провести референдум о «формах участия» граждан в управлении страной, но Соцпартия во главе с Миттераном проводит грандиозный митинг с требованием отставки де Голля. Бои с полицией усиливаются.

В этих условиях премьер-министр Помпиду предлагает генералу поехать в безопасное место. Это была провокация. И генерал летит на военную базу в Баден-Баден. С собой он взял свой архив, а в сейфе оставил политическое завещание.

Сразу после отъезда де Голля Помпиду заявил, что, мол, страна никем не управляется, а президент неизвестно где – хотя прекрасно знал, куда полетел генерал. Он и стоящий за ним «ВВФ» рассчитывали на «реакцию народа». Но они не думали, что поездка генерала в Баден окажется для него удачной.

Приехав на военную базу, де Голль потребовал от армии подтверждения в верности режиму, а так же сказал, что, в случае успеха революции в Париже, учредит правительство на правом берегу Рейна. Главком французских войск в Германии генерал Масю поддержал де Голля. И уже к вечеру 29 мая в Париже воцаряется спокойствие [235; с. 79].

Поддержка армии позволила де Голлю вернуться в Париж, где он выступил с речью. Он отказывается от планов проведения референдума, объявляет о роспуске Национальной ассамблеи и о проведении досрочных выборов. «Я или хаос», – сказал генерал. В тот же день голлисты проводят 500-тысячную демонстрацию в поддержку генерала.

Затем генерал провёл реорганизацию правительства Помпиду, заменив 10 министров. Профсоюзы пошли на компромисс. 12 июня был выслан Кон-Бендит, 16-го от студенческих комитетов была очищена Сорбонна, 17-го – заработало большинство заводов.

Троцкистские партии ИнКП и РКМ (входившие в IV Интернационал) были запрещены и ушли в подполье. Их лидеры на короткое время были арестованы. Но после поражения де Голля эти организации возобновили деятельность под другими названиями [235; с. 88]. Но их подпольная деятельность была сохранена.

23-го и 30 июня прошли, в два тура, выборы. Победили голлисты, получив 300 мандатов. Генерал увольняет масона Помпиду. Но война против де Голля продолжилась.

Попытка покушения. Финансовая атака

Видя неудачу «революции», закулиса организует покушение на генерала. Покушение готовило «Бюро убийств», которое выполняло решение «Круглого стола». Осуществить убийство было поручено известному террористу «Шакалу» (он же Карлос, он же Ильич Рамирес Санчес), связанному с английской разведкой МИ-6, в частности, с Уильямом Стефенсоном. В вину генералу ставился выход из НАТО и попытка «опустить» доллар. Но французской разведке удалось раскрыть план покушения и предотвратить его [102; с. 118, 224]. «В терроризме не видят ничего, кроме очевидных манипуляций секретных служб» [299; с. 134].

Профсоюзы пошли на компромисс, но правительство не смогло полностью удовлетворить требования рабочих и поднять намного зарплаты, так как банки, подконтрольные сионистам, отказали де Голлю в кредитах.

В ноябре 68-го произошёл новый путч против генерала – финансовый. Банки начали резко сбывать франки и приобретать марки ФРГ. В результате сумма, эквивалентная почти 1 млрд долларов, ушла из страны. Франк резко обесценился. Путч окончательно подорвал позиции генерала. Опять начались демонстрации, на которые стали выходить уже трудящиеся, недовольные падением уровня жизни.

В апреле 1969 года де Голль объявил референдум по вопросам реформы Сената, самоуправления и