Паутина Судеб - Елена Самойлова

Пока я одевалась, Мицарель рассказала мне, что по дворцу невесть откуда распространяются слухи о том, что ее величество слишком юна и неопытна, чтобы править Андарионом, что она слишком тесно общается с драконами, которые, как известно, долгие годы были врагами айранитов, и только-только подписанное мирное соглашение еще ничего не значит. Что Совет министров собирается назначить королеве «наставника», который будет призван направлять ее действия, а фактически – править, прикрываясь ее именем, и в этом случае Ведущий Крыла, который, как говорят, уже давно является тайным любовником ее величества, даже близко не будет подпускаться к королеве, за исключением официальных встреч. И еще много чего «занимательного».

Я догадывалась, кто из Совета может распускать подобные слухи – только двое были фанатично преданы отцу Азраэла и больше всех были шокированы известием о поступках ныне опального принца. Сместить их я, к сожалению, не могла – это были великолепные управленцы, наладившие торговлю с соседними государствами и значительно улучшившие условия труда в шахтах, где добывали «черное серебро», и я не была уверена, что сумею подыскать им достойную замену, но и они не рисковали выступать против меня в открытую. До тех пор пока на моей стороне аватары, а значит, и регулярная армия, а также Храм с целительницами и магичками, Совет министров мог сколько угодно вести закулисную грызню и распускать слухи, но пытаться найти более «подходящего» кандидата в правители они не станут. По одной простой причине – этот «достойный» должен будет самолично снять с меня корону с Небесным Хрусталем и попробовать ее надеть, а это не выйдет до тех пор, пока сила талисманов Андариона не изберет другого «достойнейшего». То есть пока я не умру или же не выполню нечто такое, что древняя сущность, разделенная натрое и заключенная в предметы власти, сочтет достаточной платой за предоставленное право творить и защищать.

– Совет министров приветствует ее величество королеву. – Управляющий делами внешней торговли встал, склоняя голову, но его крылья цвета старого золота в медную крапинку даже не дрогнули.

Ненавязчивая демонстрация недовольства. Интересно, чем именно – моим длительным отсутствием, наличием человека на Совете или же чем-то еще?

– Королева приветствует совет министров. – А вот я даже не кивнула, справедливо решив, что раз сегодня Голос Совета предпочел выказать недовольство, то я вправе вообще игнорировать церемонии. Я уселась в кресло во главе стола и, поудобнее разместив крылья, обвела взглядом присутствующих.

Среди шести советников только одна женщина – управляющий социальной сферой и просвещением. Весьма умная и довольно жесткая, умеющая прокладывать путь к намеченной цели даже по головам соперников, видимо только поэтому и сумевшая удержаться на столь высокой должности. Не то чтобы она поддерживала меня, но, по крайней мере, не чинила препятствий. Нейтралитет во всем своем проявлении.

Серокрылый айранит в неприметных одеждах и с простым, плохо запоминающимся лицом – некто вроде начальника тайной службы за границами Андариона. По правде говоря, из всего Совета именно он в свое время вызывал у меня серьезные опасения – понять, что же на самом деле скрывается за его вечной вежливой улыбкой, было совершенно невозможно. Ему, в отличие от аватаров, не требовалось носить шлем, чтобы скрыть свои мысли – его лицо и было ему маской, причем самой лучшей из всех, что я знала. Он запросто мог лгать не только лицом, но, как выяснилось впоследствии, и жестами тоже. Если бы в свое время Данте не порекомендовал этого айранита после того, как его предшественник трагически погиб во время налета драконов на Андарион, я никогда бы не рискнула пригласить его стать управляющим внешними связями. Но Ведущий Крыла за него поручился, а я доверилась мнению Данте. Как оказалось впоследствии – не зря. Особой поддержки Керен мне не оказывал, но любое предложение всерьез рассматривал и предлагал свои весьма уместные изменения. И, что меня особенно радовало, всегда имел собственное мнение и не шел на поводу у более знатных и опытных в государственных делах коллег.

Управляющие благоустройством города и земледелием были совершенно непохожи друг на друга внешне, но при этом оказались удивительно схожи характерами и мнениями. Характеры были жесткими и целеустремленными в отношении дела и совершенно податливыми, когда речь заходила о принимаемых государственных решениях. К сожалению, оба они были подвержены влиянию Голоса совета, и потому завоевать их поддержку, в случае если министр внешней торговли был против, задача практически невыполнимая.

Сам же Голос совета, сидящий напротив меня и при моем появлении что-то негромко обсуждавший с управляющим горными разработками, после обмена традиционными приветствиями сверлил меня взглядом, и взгляд этот не обещал ничего хорошего. Айранит, долгие годы служивший отцу Азраэла, привыкший к немалому влиянию, весьма болезненно воспринял смену правящей династии и мое воцарение на престоле. Малолетней, невесть откуда взявшейся девчонки, которую почему-то принял Небесный Хрусталь, одарил немалой силой и обеспечил народную любовь. Вот так просто, всего за несколько дней… неудивительно, что он не питает ко мне добрых чувств.

– Ваше величество, позвольте поинтересоваться о причине столь поспешного сбора Совета. Что побудило вас к этому поступку, ведь, как мне доложили, вернулись вы весьма уставшей?

– Исключительно забота о сохранении целостности Андариона. – Я откинулась на спинку кресла и задумчиво побарабанила кончиками когтей на левой руке, затянутой в перчатку, по подлокотнику. – А поскольку времени, как мне кажется, нет совсем и я действительно несколько устала, то перейду сразу к делу…

Изложение несколько сокращенной версии событий, связанных с последней встречей с Азраэлом и исчезнувшим в результате криво проведенного ритуала Источником темного пламени, заняло у меня примерно четверть часа. В течение этого времени только управляющий горными разработками и Ладислав позволили себе откровенно скучающее выражение лица. Управляющий честно считал, что я изобретаю проблемы на ровном месте и вообще чрезвычайно мнительна, что, впрочем, неудивительно для моего «подросткового возраста», а некромант вообще предпочитал делать вид, что происходящее его мало интересует, что не мешало ему слушать каждое слово. Когда я закончила, в Малом зале ненадолго повисла тишина – советники обдумывали изложенную ситуацию и, как я подозревала, в первую очередь ее правдоподобность.

Первым высказал обоснованные сомнения Голос совета: