М. С. - Владимир Чистяков

— У тебя не знаю, какой в ней интерес. А у меня он такой. Я словно егерь в лесу. Егерь на участке которого завёлся… ну, допустим, тигр. Завёлся и давай кабанов с оленями лопать. А лесок-то того. Егеря в нём и поставили, чтобы кабанов с оленями от всяких браконьеров стерёг. С двумя или четырьмя ногами — без разницы. Но это всё-таки тигр. И мало их. И пусть я сильнее. Может быть. Но убью я тигра. И будут кабаны искать жёлуди, а олени щипать травку. А тигра не будет. А их и так мало. Настоящих. Хоть с двумя ногами, хоть с четырьмя… Это мой кусок леса. Я его защищаю.

Но ведь рядом есть другой. Почему бы не прогнать тигра туда. А что он там натворит, так это не мои проблемы будут. Я просто не хочу убивать этого тигра.

— Всё бы ничего. Но живут в лесу не кабаны с оленями. А не описанные в учебниках зоологии твари. Да и права тебе никто не давал, егерем быть.

— Но и тигру права никто убивать не давал. У меня интерес именно егеря. Выпроводить тигра. Куда угодно. В Москву, Нижний, Владивосток, Нью-Йорк. Лишь бы здесь его не было. Там пусть свои егеря его ищут, если найдутся такие…

А тебе только деньги нужны… Сколько? Хочешь я тебе их отдам, а ты отстань от неё. Я её сам найду. И скажу тоже, что говорю тебе.

— И она тебя, дурака, тут же пристрелит. И все секрьюрити тебя не спасут. Я то её знал. Она считает так: раз она в этом лесу, то должна сделать именно его таким, как ей кажется правильным. Именно этот, раз она здесь. В другом — пусть свои тигры заводятся. А в этом — она. И будет тут всё по её правилам. Она ведь не тигр. Она себя так не назовёт. Антибиотик она. Лекарство для больного общества. Её проще убить. Она не уйдёт.

— Лекарство, которое само себя прописало.

— Егерь, который сам себя назначил. Такой егерь зовётся браконьером.

— Вопрос в том, насколько болен организм, и болен ли он вообще.

— Организм болен. Это факт. Вопрос, насколько.

— Настолько, что не заслуживает подобного лекарства. Я примерно представляю её мораль. Могу понять, за что она убила многих… Но охранников-то — только за то, что они выполняли свой долг.

— Отрабатывали свои деньги. А деньги были грязными.

— Ну, пусть так. Большие деньги другими и не бывают. Я догадываюсь, за что она хотела убить меня… Основания серьёзные. Но среди застреленных есть как минимум пятеро не имевших ни малейшего отношения ни к нам подобным, ни к политике. Несколько достаточно обеспеченных людей, которые ей просто не понравились… Это не охота, и не лечение язв общества. Это ничем не мотивированное убийство! Хотела сократить количество зла в мире. И увеличила его в разы. У них остались семьи, маленькие дети. Да и К. просто красивая пустышка. Я знал её — абсолютно безвредное и глупое существо. Просто приложение к обеспеченному субъекту.

Это знаешь ли покруче номеров большевиков. По крайней мере, настоящих… Те хоть как-то разбирались, а не записывали всех кто в очках в контру. Она похуже — всяк кто на 'мерине' — мишень. Ещё лучше вместе с 'мерином' да из гранатомёта. Она ведь меня сжечь в машине хотела… Как её когда-то.

— Тебя-то за дело. А она в танке горела.

— Не спорю. Но когда тебя бьют, ты имеешь полное право защищаться. А ты можешь говорить, что хочешь. Но надо тебе в принципе тоже, что и мне — остановить её. И желательно не пулей. Другим можешь вкручивать всё что угодно про украденные деньги. Но не мне. Ты гоняешься именно за ней. А не за деньгами. Только за ней. И знаешь ты её гораздо лучше, чем говоришь.

— И что теперь? За мной гоняться будешь?

— А зачем? Может, договор заключим?

— Интересно, какой?

— Ты её найдёшь- известишь меня. Только известишь. Я найду — тебе позвоню. Я ведь совершенно не хочу её убивать.

— Я тоже.

Неожиданно позвонил художник. Немного рассеянный и непрактичный, как и почти все творческие личности, он только теперь вспомнил номер 'Газели' на которой к нему приезжала за заказом Марина.

Олег довольно быстро пробил машину по базе, и на следующий день Софи и Олег заявились в фирму- перевозчик пообщаться с водителем. Отказать подобной парочке весьма и весьма сложно — там где не хватит природного обаяния Софи, помогут весомые аргументы Олега. У водителя оказалась прекрасная память, и он вспомнил, куда отвозил картины.

На звонок в дверь никто не отозвался.

Замки на металлической двери были высококачественными, но медвежатник из Олега далеко не последний. Беглый осмотр помещения не выявил картин, но однозначно указал на принадлежность квартиры Марине.

Обстановка отсутствовала почти полностью. Имелась микроволновка, матрас, десятка три банок консервов и сейф. Олег и его вскрыл без труда. Внутри — ПП-945 с патронами, пистолет и несколько гранат. Считай, визитная карточка.

Капитана в известность ставить не стали, но засаду из братков Олега, знакомых с Мариной поставили. Результат не замедлил себя ждать. Через три дня в положенный срок они на связь не вышли.

В квартиру зашли с осторожностью. Все трое оказались связанными. Содержимое сейфа, а так же их оружие пропало. В кармане одного оказалась записка, написанная очень знакомым почерком.

''Олег, тормоз, тоньше работать надо. Совсем квалификацию растерял' .

В чувство троицу привести удалось с немалым трудом. Оказалось, что банально позвонили в дверь. Так как глазок отсутствовал, бывший омоновец открыл безбоязненно. За дверью, по словам не обремененного интеллектом шкафа обнаружился молодой парень из разряда лох ушастый. А на лестнице кто-то кокнул все лампочки. Парень нес какую-то чушь, а омоновец слишком поздно разглядел, что в темноте прячется ещё кто-то.

Марина выстрелила в шею ампулой со снотворным, вбежала в квартиру, и столь же быстро нейтрализовала двух других. Один, правда сумел-таки её рассмотреть. Последние сомнения после рассказа пропали — она. Да ещё и с сообщником. И, возможно, не одним. Совсем не весело.

Проштрафившихся охранников Олег отправил оттачивать утраченные навыки.

Срочно обратились в агентство, продавшую квартиру. Оказалось, офис на днях ограбили. Неизвестный украл все бумаги, какие смог найти, взломал все сейфы, но почему-то не тронул дорогой оргтехники. Тандем Софи и Олег и здесь смогли добиться желаемого. Оказалось, что жительница Владивостока Галина Козлова приобрела на свое имя пять квартир в разных районах города. Правда, Галину описывали как довольно высокую голубоглазую шатенку. Но многим запомнилось, что она никогда не снимала перчаток. И расплачивалась наличными.

Олег сказал, что следить за четырьмя квартирами у него не хватит людей, к тому же он предположил, что Марина не только с этой фирмой сотрудничала.